Перейти к основному содержанию

Дед, а за что воевали?

Проблема ещё и в том, что у России есть опыт в поддержании такого мятежа, но нет опыта его подавления.

Ольга Касьяненко

Примечание редакции. Редакция, например, четко представляет себе, за что сражаются бойцы ВСУ, НГ и батальонов. И сама редакция отлично понимает, зачем и почему.‏ Поскольку видит и ощущает, что на нас прёт.

Когда я стояла на площади Ленина в Донецке и обещала людям, что Донбасс будет независимым, мне и в голову не могло прийти, к чему это все приведет в 2014/2015 году.

Я думала про референдум, переговоры, про политическое разрешение скрытого конфликта. То был конец 2006-го — время, когда перевороты в Украине обходились без крови. Потом страсти, подогреваемые пропагандой, росли, и я уговаривала пророссийские силы Донбасса начать договариваться с силами проукраинскими. Однако уже в 2008 году мне стало ясно, что миром это все не закончится. Я приехала тогда в Донецк из Москвы, привезла книги для библиотеки в ДК Куйбышева и разговаривала с местными как раз обо всем этом... А в 2014-м, после Революции в Киеве, спусковые крючки провокаторов развязали братоубийственную войну. Линия фронта пролегла не только по Украине, но по всему миру, разделив даже национал-патриотическую оппозицию в России на два враждующих лагеря.

Поначалу большинство на Донбассе восприняло с воодушевлением идею борьбы за свободу. Молодые парни шли в ДНР, где им вручали автоматы, карманные деньги и сухой паек, а главное — почти безграничную власть над теми, кто отказался брать оружие в руки. Это породило многочисленные случаи пьяной стрельбы на улицах, мародерства и прочего беспредела. А потом начались долгие месяцы войны. В городе Авдеевка, что находится рядом с Донецком, со стороны аэропорта, стоят украинские войска. В Авдеевке уже больше полугода нет воды. Каждый день рано утром люди, в основном старики, с тележками и бидонами тянутся через весь город в частный сектор, туда, где еще остались колодцы, по воду. К обеду город вымирает, никого нет на улицах, кроме военных, люди сидят дома с семьями или в подвалах, потому что бомбят каждый день. Электричества нет неделями, телефонная связь часто пропадает, транспорт не ходит, денежные переводы не работают. Население отрезано от всего мира и застыло в ожидании конца. Они ненавидят украинских военных, которые принесли голод и смерть.

В Енакиево - это город между Донецком и Горловкой, где я родилась, - война пришла позже. Тут правит «ДНР». Вода пока есть, газ и свет тоже. Телефонная связь работает с перебоями. Нет наличных денег, поэтому те, кто сумел сохранить рабочие места, получают продукты в магазине по карточкам, остальные — или идут воевать за 300 гривен в сутки, или мародерствовать, или умирают от голода, без медицинской помощи и под снарядами. ДНРовцев тут тоже не любят, даже те, кто еще летом оказывал им поддержку, плюют им в след. Помощи от пророссийской армии никакой, зато они облагают непомерным налогом людей, которые пытаются вести коммерческую деятельность.

Граница двух армий проходит по поселку, в котором я выросла. Сегодня Красный партизан — на переднем краю. Жители поселка живут теперь в подвале, где в детстве я прятала уличных собак. Там сыро, холодно и крысы, но после того, как несколько сел в округе были буквально стерты с лица земли, люди оставили многоквартирные дома и спустились в подвалы под ними. Они в прямом смысле живут, как животные.

Почему не уезжают оттуда? Некуда. В России, как оказалось, население Донбасса никому не нужно. Российские паспорта, так же как и разрешение на работу, им никто не выдает. Украинец с Донбасса — такой же нелегал как и таджик, армянин или китаец. «Неожиданно» оказалось, что в центр Украины ехать лучше. Тут беженцев ставят на учет, возобновляют выплаты пенсионерам, матерям и малоимущим — с моментальной выплатой всех задолженностей, которые не могли получить жители АТО, пока находились в зоне конфликта. Плюс беженцам положены 400 гривен в месяц на человека помощи.

Конечно прожить на эти деньги нереально, но если вы мама с грудным ребенком: четыреста ваши, плюс четыреста детские, плюс тысяча в месяц материнских выплат — уже можно снять угол в квартире, в которой ютятся пару таких же семей как ваша. Хотя далеко не все местные хотят сдавать жилье беженцам, разница в менталитете все же огромная, достойная описания в отдельной статье... Вот и не хотят многие женщины уезжать, оставлять своих мужчин, которые не уезжают потому что надеются сохранить за собой бывшее рабочее место, имущество, если оно еще цело. А главное боятся мобилизации, того, что их отправят убивать родных и близких в этой страшной войне, в которой враг — это снаряды, разрывающиеся каждый день над головой.

Эта война началась с героического подвига, тот, кто это видел своими глазами, не поспорит с тем, что Майдан был примером величия, триумфа человеческой воли. Но сразу же после победы только что рожденная Украина потерпела поражение в виде потери Крыма. Отсоединение полуострова было болезненным и унизительным для страны. Народ требовал от новой власти решительных действий, и на Донбассе власть стала действовать, но получилась — не менее унизительная война (см. Иловайск), ужас которой в том, что солдаты - российские и украинские - не понимают, за что они воюют. Не все, конечно. Есть идейно-мотивированные батальоны, добровольцы, что с одной стороны, что с другой. Одни сражаются за Советский Союз, которого давно уже не существует, другие против призрака этого самого Совка. А остальные встречаются на границе, пьют друг с другом русскую водку и поют украинские песни, ругая правительства обеих стран. Это не художественный вымысел, я знаю такие примеры еще летом...

Неважно, чем закончится эта война, в которой победителей не будет, ясно, что уже сейчас она является позором для россиян и украинцев, который ляжет тяжелым грузом на историю наших стран. И ничья идеология этого не исправит. Можно сколько угодно делать хорошую мину при плохой игре, создавая истории героических боев за аэропорт, раскрашивая все в патриотические цвета, устраивая пышные похороны своим военным, как это делает Украина. Или кошмарить собственное население выдуманным образом врага, проводя несуществующие параллели с историческими событиями давно минувших лет, как это делает РФ. Но совершенно точно наши внуки спросят: «Дед, а за что воевали?». А мы опустим голову и ответим: «А черт его знает…»

Об авторе: Ольга «Матильда» Касьяненко (Мухачева) — уроженка Донецкой области, 12 лет прожила в Москве, участвовала в оппозиционной общественно-политической деятельности, была вынуждена покинуть РФ с маленьким ребенком на руках в 2011 году после того, как на нее завели уголовное дело за выступление на митинге в поддержку российских политзаключенных.

''''