Перейти к основному содержанию

«Старая Европа», европейские СМИ, Россия и саммит НАТО. Часть 2. Brexit как маркер и российская агрессия

А россияне не дремлют

Примечание редактора. В прошлой части Леонид начал раскрывать основные моменты политики «Старой Европы», но для комфорта читателей мы разделили текст на две части. Теперь речь пойдёт о подноготной Brexit.

Политические издержки

Надо сказать, что именно эти факторы — всё возрастающие затраты и бюрократизация ЕС — являются главной причиной Brexit. И, разумеется, европейская бюрократия категорически отказывается признавать свои прегрешения перед европейским бизнесом. И чем более левые политики приходят к власти во Франции, чем больше они пытаются наложить ограничений на бизнес — тем дороже становятся французские товары, тем уже и уже рынок для их реализации.

Американский бизнес существует в условиях значительно меньших издержек, чем европейский. Конечно, по сравнению с китайским рынком, где практически отсутствуют социальные и пенсионные затраты, американские товары дороже китайских. Но американцы уже способны с ними конкурировать, а европейцы — нет, за исключением некоторых наукоёмких областей. И для европейцев российский, китайский и иранский рынки являются жизненно необходимыми.

Читайте также:

За политические лозунги и издержки «Старая Европа» неизбежно платит игнорированием политических факторов. Например, в своё время именно европейские страны первыми нарушили мораторий Запада на продажу Китаю оружия и технологий двойного назначения (которые могут быть использованы для создания оружия) после массовых убийств на площади Тяньаньмэнь в 1989 году.

''

 

Особенно остро эти проблемы стоят в Италии и Франции, где в 1950-е годы, когда власть находилась под контролем ультралевых партий, были приняты популистские законы в сфере пенсионного и социального обеспечения, а также регулирования рынка труда.

Исторический экскурс

В 1950-е годы, когда мировая конкуренция была не слишком ожесточённой, все эти законы сравнительно мало мешали европейским экономикам возрождаться после войны. Их единственным конкурентом были США, которые просто физически не могли заполонить весь европейский рынок.

Ситуация начала меняться в 1970-е годы, когда проблемы европейской экономики стали движущей силой «экономической войны» СССР против Европы. Это всё прикрывалось лозунгами «разрядки мировой напряжённости» и проходило под аккомпанемент КГБшных агентов влияния, когда даже личный друг и помощник всесильного канцлера ФРГ Вилли Брандта был агентом советской разведки.

Тысячи платных агентов и «полезных идиотов» вели непрекращающуюся войну против западной демократии. И именно в годы пресловутой «разрядки» СССР посадил Европу, и прежде всего ФРГ, на «газовую иглу». Уже тогда голоса критиков этого проекта, предупреждавших, что эта политика делает ФРГ заложником СССР, принципиально не были услышаны — немецкий бизнес уже тогда не был готов работать без скидок от тоталитарных режимов.

А в конце 1990-х – начале 2000-х ситуация резко обострилась после выхода на рынок китайской экономики. Сегодня перед политическим классом, прежде всего в Париже и Риме, стоит чрезвычайная проблема: если не отказаться хотя бы от части принятых в 1950-е годы законов, экономику и Франции, и Италии ожидает неизбежный крах.

Российская война против Европы

Разумеется, современной России очень далеко до СССР. Для Советского Союза холодная война с Западом была сутью всего существования. Миллионы советских холопов трудились на эту войну. Сегодня картина совершенно иная. Идеалисты, даже не в классическом большевистском понимании этого слова, а просто чиновники от идеологии времён «застоя» — недостижимой идеал для сегодняшней российской власти.

Проблема дерибана и откатов стоит в сфере гибридной войны не менее остро, чем в сфере нацпроектов. И если бы проблемой сегодня являлась лишь сама Россия, то, невзирая на все потуги Путина, из этого получился бы пшик. Однако мир действительно стал многополярным, и проблемы, стоящие перед демократиями Запада, стали гораздо обширнее и жёстче.

Во-первых, экономическая модель «староевропейского» бизнеса подошла к пределу своих политических издержек. Прежде всего, из больших экономик в Италии, Испании, Франции. Даже левые правительства этих стран вынуждены сделать непопулярные шаги — в первую очередь в сферах социальной, пенсионной, регулирования рынка труда, функционирования государственной собственности. В этой ситуации резко возрастает роль различных бунтарских групп, жёстко противостоящих мерам европейских правительств по сокращению выплат и привилегий.

Именно поэтому столь важны действия российских властей по поддержке знаменитых «жёлтых жилетов». Это принципиально новая политика в российской агрессии, так как в советские годы этими вопросами занимались европейские профсоюзы, а с ними у СССР после 1960-х годов отношения были слишком непростые. Сегодня же поддержка «жёлтых жилетов» — мощнейшая сила потрясения экономики Франции.

Во-вторых, стремительное усиление левых в политике Европы после распада СССР наложилось на экономические последствия популизма 1950-х и миграционно-экономический кризис стран третьего мира. Это привело к ужесточению ситуации вокруг европейских политических деклараций. Европейские СМИ и политический истеблишмент не готовы к ревизии политических деклараций.

Это вызвано вовсе не особой моральностью и тех, и других, а обыкновенным нежеланием брать на себя ответственность в принятии политических решений. Политическая безответственность — идеальная почва для ханжества и цинизма. В результате перед российской пропагандой открывается идеальное пространство для критики европейской власти и поддержки любых политических диссидентов.

В-третьих, эпоха политического «застоя» «староевропейской» политики неизбежно порождает упоение тоталитарными лидерами. На фоне своих политиков, которые не способны сказать ни да ни нет, Путин и Си Цзиньпин кажутся образцами воли. При этом для многих авторов европейских СМИ, зацикленных на левой идее, лидеры Китая и России менее опасны, чем президент Трамп.

Если бы, как это было в 1950-е годы, большинство европейских СМИ выступили единым фронтом против тоталитарного Китая и авторитарной России, то «гибридная война» России умерла бы не родившись. С Китаем ситуация более сложная, конечно, но для Путина это бы стало политической смертью. Однако этого не происходит.

Ибо главная сила путинской «гибридной войны» сидит не в Москве, а в редакциях европейских СМИ, в офисах подавляющего большинства «староевропейских» политических партий и в коридорах европейской бюрократии.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!

Загрузка...