Перейти к основному содержанию

1990-е с оттенком апероля

Ловите дебютанта! Но не огорчайте

Преамбула

В то время как Берлинская стена уже была разобрана на сувенирные камни, а СССР канул в лету, на Апеннинском полуострове происходили эпохальные процессы. Процессы, которые убили и похоронили так называемую «Первую республику» (основанную в 1948 году), вскрыв коррупцию невиданных тогда масштабов.

Эти события, более известные как «Bribesville» (он же Танджентополи или, в моём вольном переводе, Взяткоград) положили конец так называемой «Партократии», системе, где примат в управлении страны имели не столько институты, сколько партии (в чём мы сможем позже убедиться). Благодаря процессам и расследованиям «Взяткограда» те, кто не желал себя больше связывать с политическими пережитками 60-70х годов, использовали эту возможность для вхождения в большую политику. Взять, к примеру, Сильвио Берлускони, который взошёл на политическую сцену Италии, предлагая себя как олицетворение новой управленческой элиты, в которой нет места коррупции.

Я не ставлю перед собой задачу осветить всё то, что тогда происходило. Было написано большое количество книг и газетных статей о Взяткограде, ещё больше существует личных мнений об этих событиях, и вместе с тем многие подробности остались за кулисами. Поэтому этот текст намерен скорее вызвать интерес к феномену коррупции вне СНГ, попутно ознакомив читателя с политической реальностью Италии тех лет.

Почему это стоит читать?

Буду честен, не знаю. Но могу сказать, что история «Взяткограда» может быть в некотором смысле поучительной для нас. Чем же, спросите вы?

В первую очередь тем, что все те судебные процессы, расследования и аресты показывают, что с коррупцией бороться вполне возможно, что возможно отдать под процессы «неприкасаемых» политиков, бизнесменов, управленцев… Достаточно иметь хоть какие-то независимые суды и судей. Вряд ли я посмел бы назвать итальянские суды полностью независимыми, учитывая многие чёрные страницы современной истории страны, но это даже послужит дополнительным аргументом против некого фатализма и пораженчества, встречающегося в нашем обществе (когда речь заходит о политике, например).

Также история Взяткограда поучительна для нас и своим исходом. История судебных процессов Танджентополи обернулась в конечном итоге тем, что сами судьи рискнули стать обвиняемыми (хоть и по диффамации, а не коррупции). Некоторые люди и политики, получив выгоду и политкапитал от всех тех событий, решили слить раскрутившийся (возможно слишком) маховик расследований, посадок и процессов. Ergo, можно сказать, что любые позитивные инициативы и действия обычно сливаются тогда, когда они уже невыгодны. Впрочем, решать вам, согласны ли вы с этим. Но мы можем и должны учиться на чужих ошибках, особенно когда представляются подобные случаи.

Последняя вещь, которую хотел бы отметить, прежде чем приступить к пересказу тех событий, это то, что даже после 90-х коррупция в Италии осталась и будет всегда. В этом смысле задачей Взяткограда было скорее не полное сокрушение коррупции (что невозможно), а просветление народа по поводу её масштабов.

Весьма известный итальянский журналист Индро Монтанелли сказал однажды (далее мой вольный перевод): «Я полностью уверен в том, что коррупция неискоренима, ибо длится она уже 2000 лет как. Коррупция присутствует не только в итальянской политике: она есть и в итальянском обществе!..

Мы должны понять, что бороться с коррупцией можно только одним способом: меняя самих итальянцев, а не управленцев. Все они, даже самые молодые, коррумпируются. Это неизбежно».

Думаю, что эта фраза вполне подходит и для нас.

Как обстояли дела до 90-х

В целом, бэкграунд, предшествующий Взяткограду, нельзя описать одним абзацем. Холодная война подарила Италии уличные баталии, восстания, «Красные бригады», теракты, различные подполья и планы переворотов… Однако что-то должно быть сказано для общего контекста.

Начиная с 1948 года, то есть с момента рождения республиканской Италии, главными партиями следует считать Христианско-демократическую (DC — Democrazia Cristiana) и Коммунистическую (PCI — Partito Comunista Italiano). Каждые выборы были по сути борьбой между этими двумя силами, но никакая из них конкретного преимущества никогда и не получала. Однако, имея обычно поддержку более мелких сил (например, каких-нибудь либералов или социал-демократов) христианские демократы правили страной с конца 40-х годов.


 Предвыборная агитация христианских демократов («Защитите меня!»)

В 1980-х годах страной правила коалиция из пяти партий: вышеупомянутые христианские демократы, социалисты, социал-демократы, либералы и республиканцы (последние три были весьма мелкими партиям по тем меркам). Хоть премьер-министры и сменялись весьма часто (от чего Италия не избавится в силу своего государственного строя), но коалиция оставалась примерно такой же.

Также не стоит забывать о всплеске организованной преступности в те времена, что весьма беспокоило как политиков, так и народ. Мафия позволяла себе не только открытые междоусобные войны, но и атаки на представителей закона. Так, например, в 1982 году был убит генерал Далла Кьеза; десять лет спустя были убиты судьи Фальконе и Борселлино, которые смогли вскрыть структуру Коза Ностра и посадить за решётку многих членов и боссов группировки.

С экономической точки зрения государство медленно начинает сдавать позиции, отдавая предпочтения частному сектору. Промышленный гигант IRI (Институт промышленной реконструкции, основанный ещё Муссолини, который держал чуть ли не целые сектора экономики) доживает свои последние годы в качестве промышленного конгломерата.

На фоне этого полухаоса (вполне привычного для Италии), некоторые судьи обращают внимание на то, что в финансах партий что-то не так...

Глава I: ломанули честного пацана

17 февраля 1992 года. Некий предприниматель Маньи посещает Марио Кьеза, директора одного из крупнейших в Милане дома престарелых «Pio Albergo Trivulzio». Первый должен был передать второму около 7 миллионов лир (около 3 600 евро) однако Кьеза был пойман с поличным и арестован. На самом деле вся операция была спланирована с самого начала, ведь Маньи сотрудничал с правосудием, написав заявление на Кьеза.

Казалось бы, ничего особенного, для крупного скандала нет причин. Ну поймали человека на взятке, да и сумма относительно небольшая (в сравнении с теми, что всплывут позже), зачем поднимать бучу?

Дьявол крылся в деталях. Марио Кьеза был не только директором дома престарелых, но и одним из важных лиц Социалистической партии Италии (PSI, Partito Socialista Italiano) в Милане, одном из бастионов партии на то время. Почти сразу после ареста глава PSI Кракси открестился от своего подопечного, назвав того «мелким воришкой». После же того, как были обнаружены личные швейцарские счета, Кьеза начал сотрудничать с правосудием, сдавая своих сопартийцев, и не только.

Именно с этого ничем не примечательного на первый взгляд случая начался Взяткоград. Показания Кьеза привели к тому, что расследования о коррупции затронули почти все тогдашние партии и их лидеров.

Индро Монтанелли пишет по этому поводу (далее мой вольный перевод): «Любой кто мог видеть, замечал неадекватность отчётов партий по поступлениям (будь то государственное финансирование или членские взносы) и расходам на избирательные кампании, содержание отделений и персонала; также каждый, у кого были глаза на месте, замечал разницу между уровнем жизни бояр и их деклараций по доходам. Однако, похоже, что Италия очень долго была страной слепцов».

«Случай с Кьеза был весьма скромным. Однако он послужил детонатором, потому что момент для начала «Взяткограда» созрел: всегда было известно, что Италия страна коррумпированная... Но мы не могли начать судить тогдашних управленцев, пока существовала альтернатива в виде Коммунистической партии, которая была точной ксерокопией советской, основанной на танках, тайной полиции, доносах и процессах...»

Если верить вышесказанному, правосудие было более или менее в курсе происходящего, к тому же в 70-х годах уже были коррупционные скандалы (как, например, финансирование партий со стороны нефтепромышленников). Но вплоть до ареста Кьеза не предоставлялось удобного случая для начала более широкого расследования.

Таким образом появился pool (то есть группа судей, занимающихся расследованием одного дела) «Чистых рук» — «Mani pulite». Самыми известными членами команды были три человека: бывший полицейский Антонио Ди Пьетро, Герардо Коломбо и Пьеркамилло Давиго. В целом ничем не примечательные люди, за исключением Коломбо, который занимался расследованием по масонской ложе П2.


Как же люблю Mani pulite, вот они слева направо: Герардо Коломбо, Антонио Ди Пьетро и Пьеркамилло Давиго

В целом, во время расследований и процессов, с 1992 по 1994 год было вручено более чем 25 тысяч подозрений и более 4 тысяч человек было арестовано.

Также были случаи самоубийств, всего около 40 политиков и предпринимателей наложили на себя руки.

Взять, к примеру, Ренато Аморезе, бывшего секретарём Соцпартии в городе Лоди, который после себя оставил письмо с признанием и просьбой не преследовать семью. Или Антонио Виттория, декан фармакологического факультета Неаполитанского государственного университета, имевший связи с бывшим министром здравоохранения Де Лоренцо, через которого продвигал на рынок различные лекарства.

Среди самоубийц можно найти также Габриеле Кальяри, бывшего президентом ENI (Ente Nazionale Idrocarburi — Национальное нефтегазовое учреждение), который покончил с собой уже в тюремной камере, обвинив судей в диффамации; или Рауля Гардини, человека, связанного с промышленными группами Ferruzzi и Montedison, которые играли не последнюю роль в чёрном финансировании партий, рассчитывая на воплощение своих амбиций.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!