Давайте считать деньги 

Экономика для самых маленьких Больших Украинцев: учимся считать государственные деньги как свои. #Трегубов


В дилогии Соловьёва «Повесть о Ходже Насреддине» есть эпизод, достойный изучения юными рекламистами. Когда юный ещё Насреддин продумывал промокампанию для демонстрации под видом диковинки на бухарском базаре обычного кота, он представлял свою аудиторию в виде собирательного образа — Большого Бухарца. А потом уже, исходя из этого, продумывал, как его завлечь и развлечь.

В этом плане очень полезны соцсети. Можно долго ругать отечественный сегмент Facebook, вкупе с богомерзким «ВКонтакте» и архаичными, как помёт мамонта, «Одноклассниками». Но посиди там немного — и «портрет» массового сознания соотечественников, грустный и нездоровый, как Морра с похмелья, встанет перед глазами твоими. Рай для социального философа, холодный душ для оптимиста.

Многие уже писали о том, что наши соотечественники любят простые решения и чёрно-белые разделения на наших и немцев. Это понятно, печально и прискорбно. Но эта война, равно как и блокадный конфликт, равно как и предыдущие споры о валютных вкладчиках и проблемных банках, вскрыли ещё одно удивительное качества Большого Украинца: он не любит считать деньги.

Нет-нет, свои он считает прекрасно. Здесь всё в порядке. У него очень своеобразное представление о государственных. Он их со своими никак не связывает. «Бюджетные деньги» для него — не сумма налогов, а абстрактная бездонная кубышка, в которой, он точно знает, всегда есть. А если не дают, так потому что на кубышке сидят беспринципные и жадные поцы. И главное — погромче потребовать, чтобы они испугались и отдали.

Про поцев, кстати, правда. Сидят. Но кубышка не бездонная. Совсем не бездонная.

И это ещё бюджет, он понятный. А вот ВВП, торговое сальдо и производительность труда — те вещи, о которых Большой Украинец думать не очень хочет. Он хочет думать о простых вещах: кто красавчик, кто урод и как перевернуть флаг, чтобы зажилось. Даже банки для него всё ещё не часть жизни, а опасная каста барыг-ростовщиков.

Давайте считать деньги

Просто пример отечественного «экономического мышления»

В цивилизованном мире ты можешь быть державником и считать, что государственные деньги — это твои налоги, твоя форма патриотического долга, твоя инвестиция в государство. Или быть анархистом и считать, что это — твои кровные, нагло отжатые аппаратом насилия. В любом случае ты понимаешь: бюджет — это твои деньги, рост экономики страны и оживление её банковской системы связаны с твоими шансами на нормальное трудоустройство, внешнеторговый баланс влияет на курс валют и, соответственно, на то, какие сапоги ты купишь дочери. Экономика государства зависит от тебя, а ты — от неё. Связи не всегда прямые, но всегда явные.

Одна из самых опасных мерзостей, которые СССР сделал с сознанием своих граждан — разучил их видеть эти связи.

Постсоветский человек вроде как и понимает, что падение курса нацвалюты сделает ему больно. После 1998 и 2009 годов это усвоила бы и собачка Павлова. Но вот что влияет на этот курс? В этом он не хочет разбираться и не хочет понимать. Он хочет знать, кто в ответе. И не на уровне институций и процессов, а на глубоко личном. У кого под окнами «Ганьба!» кричать? Глава Нацбанка? Поди сюда, глава…

И вроде его можно понять: мало того, что СССР десятилетиями отучал от человеческих частно-государственных взаимоотношений, так и после его развала институции работали, мягко говоря, кривовато. Если работали вообще. Да и в школе ему это не преподавали, а надо бы.

Но это вовсе не оправдывает отказ думать головой.

Возьмём злочастную блокаду. Нет, даже шире — всякие взаимоотношения между Украиной и оккупированными территориями, а также между Украиной и РФ.

– Нет торговле с врагом! — говорит Большой Украинец.

И я бы его, возможно, поддержал. Во всяком случае, логика понятна, чувства справедливы. Единственное, что «царапает» моё сознание — я не совсем уверен, что Большой Украинец правильно оценил риски.

Хотя кому я вру? Скажу прямо: я, блин, абсолютно уверен, что он даже не попытался.

Я могу понять и принять позицию «Государство, слушай меня сюда! Я так ненавижу эту войну, что аж кушать не могу! Поэтому давай-ка сворачивай все взаимодействия с оккупированными. И с Россией тоже сворачивай. Да, я в курсе, что удар придётся не только по Ахметову, но и по энергетике, металлургии, ВВП, внешнеторговому балансу, гривне, бабе Варе и лично мне. Я потерплю, хрен бы с ним. Похожу в старой обуви, возможно, посижу безработным, буржуйку из гаража достану — я готов».

Это позиция. Можно согласиться, а можно сказать: «А мы с бабой Леной не готовы». Можно начать горячий спор: «Да лучше бы ты те деньги, которые на этом потеряешь, на армию отдал», — но тут ты, по крайней мере, видишь, что дядька знает, о чём говорит.

Но что-то мне подсказывает, что позиция на самом деле выглядит иначе.

«Эй, там, в правительстве! Ану сворачивайте всю эту торговлю! И чтобы завтра же мне нашли способ сделать так, чтобы оно на мне не сказалось! А то я шины подожгу и выберу другого гетьмана на полгода!»

Сделать так, чтобы не сказалось, невозможно. Но, кажется, говорящий не хочет ничего об этом знать.

Опять-таки, есть в его претензиях рациональное звено: готовить страну к такому разрыву следовало три года назад. Возможно, сейчас это было бы сделано. И да, на это не пошли именно из-за политических тёрок — в частности, ради того, чтобы удержать Ахметова в нужных берегах. Святая правда.

Вот только ответ на вопрос «Кто виноват?» сам по себе бюджет не наполнит.

На самом деле материал устарел: похоже, разрыв этих взаимоотношений уже не зависит от мнения Большого Украинца. И какого бы то ни было украинца вообще. Он нам уже ценен как хоть и недавний, но исторический пример.

Мы действительно не понимаем, что рост ВВП может быть важнее освобождения Ясиноватой. Что слишком быстрый крах ахметовской империи, при всей одиозности персонажа, почувствует каждый из нас. Включая тех, кто на фронте — они-то тоже в гривнах получают. Как почувствовалось бы и падение «ПриватБанка», если бы его не удалось избежать — по итогам это было бы страшнее семибального землетрясения и тяжелее обстрела Мариуполя.

Этот текст — не в защиту олигархов. И не в защиту торговли с РФ — я считаю величайшей исторической победой отказ «Нафтогаза» от прямых закупок российского газа. Но, что показательно, и эта победа, сравнимая с освобождением города-миллионника, прошла практически незамеченной. Этот текст о том, что нам нужно научиться считать деньги — и не только в своём, но и в государственном кошельке.

Мы живём в экономике страны, мы связаны с ней тысячей нитей, но лишь единицы обращают на это внимание. Если хотим идти вперёд, это нужно переделать.

Виктор Трегубов

Заметили опечатку? Выделите этот фрагмент текста мышью, и нажмите Ctrl+Enter.



Если вдруг Дискасс начнет показывать рекламу - пишите нам в ФБ.