Перейти к основному содержанию

Декларационная колонна

О реакции на произошедшее электронное декларирование собственно самой политической элиты. Вроде такого ещё не было, так что ловите редакторское. #Швец #Подтуркин

При полном совпадении интересов нет нужды в формальном заговоре

Джордж Карлин, американский комик

Этот текст об электронном декларировании. Но это не совсем обычный текст.

Здесь не будет километровых перечислений нечестно нажитого имущества и не будет аналитики на тему того, кто теперь богаче – винницкие прокуроры или харьковские. Что же здесь будет?

Ну, например, краткий экскурс по видам построений линейной пехоты времен Наполеона.

Да, не удивляйтесь. Всё потому, что в этой статье мы покажем не реакцию на е-декларирование общества Украины (как бы уже все высказались, кто хотел, и без нас). Нам бы хотелось отобразить реакцию на произошедшее электронное декларирование собственно самой политической элиты.

И тут без Наполеона никуда.

Начнём.

Приказа к отходу не будет, парни. Вы должны умереть там, где стоите.

Генерал-майор армии Её Величества сэр Колин Кэмпбелл, командир 93-го шотландского пехотного полка,  25 октября 1854 года, Балаклава

До появления автоматического стрелкового вооружения основным типом построения пехоты являлась линия. Строить пехоту в линии нужно было, потому что раций не было, солдаты в массе своей были неграмотными крестьянами и полководцу для того, чтобы иметь возможность управлять боем, надо было свою пехоту как-то формировать и организовывать. Линии выстраивались друг напротив друга и лупили в неприятеля из всего, что было.

Стандартное линейное построение – линия пехоты из трёх-четырёх шеренг. Три или четыре линии позволяли достигать нужной плотности огня, заменять погибших в первой и второй линии из третьей-четвертой, не допуская прорех в строю.

Знаменитая тонкая красная линия 93-го полка в Балаклавском сражении была вызвана тем, что у генерала Кэмпбела было очень мало людей. Хватило только на две шеренги. Горцы Кэмпбела не дрогнули и сдержали конный удар 1-го Уральского казачьего полка, несмотря на то, что на место выбитых становиться в строй было особо некому.

Меньше, чем в три линии, без необходимости старались не строиться. Это было связано с тем, что нужно было достичь соответствующей плотности огня и ввиду низкой точности оружия той эпохи. Шутка ли – стрелять круглыми пулями из гладкоствольных ружей.

Скорострельность ружей той эпохи – от двух до четырёх выстрелов в минуту. Перезарядка возможна только в стоячем положении, порох в дуло на бегу не позасыпаешь и шомполом не утрамбуешь. То есть ты либо стоишь и стреляешь, либо идёшь в наступление, либо бежишь от столкновения с врагом. Либо рубишься врукопашную.

Скорость наступающего врага – максимум 120 шагов в минуту (pas de charge). Впрочем, такую скорость удавалось выдерживать крайне недолго, потому что на реальном рельефе столь быстрое передвижение неизбежно приводило к разрушению строя. Оптимальной скоростью являлись 76 шагов в минуту (pas ordinaire). Да, там всё было посчитано, включая, как солдат должен напрягать икры при строевом шаге и как ставить стопу. Заставлять двигаться сотни людей в плотном строю локоть к локтю можно было только дубинкой, прививая им балетную хореографию.

Вокруг линий уже можно было пускать лёгкую рассыпную пехоту. Конница, как обычно, на флангах, артиллерия – где удобней, в зависимости от типа.

Как вы понимаете, в атаке плотно сомкнутая линия из трёх шеренг, двигающаяся шагом (и которая не могла стрелять на ходу больше одного раза), получала до момента перехода в рукопашную от такой же линии в обороне минимум три-четыре залпа практически в упор. Эти залпы могли полностью выбить два первых ряда, что означало потерю половины личного состава. Что, в свою очередь, могло привести к потере управляемости и бегству подразделения с поля боя. А ведь была ещё артиллерия!

Потому в атаку линиями, как правило, никто не ходил. Ходили колоннами.

Суть колонны была в том, что стандартный батальон в 800 бойцов можно было построить в линию 40 человек по фронту и 20 шеренг в глубину. 40 человек очень и очень плотного строя (локоть к локтю) – это не так уж и широко. А за одним батальоном можно было поставить второй, за тем третий и т.д.

Атака колонной позволяла более-менее точно заложить уровень потерь при атаке. В самом худшем случае один-два залпа сносили 3-4 шеренги первой колонны (при условии, что вражеская артиллерия воевала с артиллерией наступающих, конечно).

Как уже было сказано, с учётом качества стрелкового оружия той эпохи это было очень важно – уровень потерь не был отдан на волю ветра, погоды и меткости стрелков, а был заложен в сам механизм атаки. Это позволяло, имея в общем меньше войск, чем у неприятеля, обеспечить подавляющее преимущество в критической точке.

Как уже было сказано, солдаты в линии могли или стрелять, или перемещаться. Ударившая в стратегически важное место построения линий колонна могла смешать порядки, привести к потере управляемости, иногда к панике и тогда дело заканчивала конница – нанося разгромные удары с тыла и флангов.

Вражеский полководец оказывался перед сложной дилеммой. Приходилось или обстреливать колонну всей своей артиллерией, взамен получая от французской артиллерии (у Наполеона были одни из самых крупных артиллерийских соединений), либо заниматься перестрелками с французской артиллерией, глядя, как огромные колонны разрывают твои порядки, а конница готовится ударить с тыла.

Увлечение колоннами у Наполеона быстро стало маниакальным, и французы перешли не просто к батальонным или полковым колоннам – они первыми использовали для создания колонн целые пехотные дивизии (например, в битве при Ваграме).

Именно так (если описывать грубо) Наполеон и стал богом генеральных сражений, которыми покорил всю Европу и именно потому российские полководцы по возможности бегали от генеральных сражений с Наполеоном.

Пехотный таран в виде колонны при поддержке артиллерии стал тем оружием, которому Европа просто не смогла противостоять.

God gave me my money

John D. Rockefeller, the first US dollars billionaire in history

А теперь возвращаемся к декларациям.

Электронное декларирование воспринимается как огромная победа гражданского общества в Украине. И это, безусловно, правильный взгляд на происходящее, если смотреть со стороны гражданского общества. Е-декларирование серьёзно повысило прозрачность украинского политикума и предоставило гражданскому обществу неплохие рычаги давления как на текущую власть, так и на будущую (в перспективе).

То есть победа гражданского общества? Враг повержен и разбит? Ну, хотя бы измотан, обескровлен, отступил, зализывает раны и перегруппировывается?

Это важные вопросы и вот почему. От того, как себя ощущает украинский политический класс, зависят его действия в будущем.

Важное замечание: когда мы говорим о политических элитах, речь тут не о крадущемся Порошенко (которому, кстати, нет необходимости пояснять происхождение своих миллионов) и затаившемся Турчинове. Речь не идёт о том, что где-то на Банковой есть тайный штаб, в котором Березенко, Матиос и Кононенко составляют и воплощают в жизнь коварные планы. Речь идёт, в общем, обо всём политическом классе Украины и всей обслуживающей его экосистеме, включающей в себя как региональных прокуроров, судей и главврачей, так и глав крупных оппозиционных партий и СМИ. Речь идёт о десятках тысяч человек, каждый из которых является важным стейкхолдером на местном или республиканском уровне. И эти десятки тысяч человек очень сходно мыслят и их интересы в данном случае полностью совпадают.

Для фанатов обновления власти отдельно отметим, что популярные журналисты и главреды, значимые общественные активисты и менеджеры инвестиционных\юридических компаний тоже являются составляющими этого класса.

Потому что в стране почти нет совсем честного бизнеса, потому что законы так написаны, что кто не выводил, тот уклонялся.

Есть ряд вопросов, на которые ответа нет.

Почему украинский политикум массово согласился на декларирование? Боялся президента? Ой, всю жизнь не боялись (даже Федоровича), а тут вдруг испугались? Всем прекрасно понятно, что президент за каждым из десятков тысяч декларантов (в случае чего) бегать не будет.

Ведь многие люди, которые на практике знают, как мыслит украинский политикум, до последнего момента были уверены, что система будет саботирована. Если не на этапе пусконаладочных работ (а подобные попытки предпринимались), то уж точно в момент подачи декларации. Всем известно, что украинская бюрократия настолько хладнокровна в денежном вопросе, что может остановить даже атомарное движение. И настолько медлительна, что оптимальной скоростью реформ считает скорость, сравнимую с дрейфом материков. Остановка такого откровенно сырого и громоздкого проекта, как система электронного декларирования, не должна была составить для украинской бюрократии труда. Нужен там президенту этот проект, или не нужен, это уже были бы проблемы президента.

Как они пропустили е-декларирование? И почему пропустили именно в таком громоздком и избыточном виде?

Например, Борис Ложкин (которому опять-таки нет необходимости доказывать законность имеющихся у него сбережений) открыто называл выбранную степень дотошности декларирования откровенно идиотской и избыточной. Декларировать туфли, сумки, мебель, запонки и каждую картину с его точки зрения – бред.

Ложкин вам не очень? Подобные же тезисы неоднократно в непубличных разговорах озвучены и людьми из команды ефрореформаторов, опять-таки называвших выбранную детализацию подачи декларации идиотской. Потому что зарплаты в госслужбе для них копеечные, а проблемы в случае ошибки в декларации могут быть вполне серьёзные.

Авторы статьи предполагают, что подобная избыточность была ошибкой проектировщиков системы электронного декларирования, которую в принципе можно было поправить в будущем. Однако бюрократия даже не попыталась ни убрать вроде как неудобный для себя пункт, ни воспользоваться им для системного саботажа. Были только жалкие попытки регистрации отдельных законов. Однако и Рада, которая могла бы показать президенту свой характер, не сделала это. Мы увидели лишь хаотичное сопротивление отдельных групп, бессмысленное и потому всеми высмеянное.

Зачем и почему так? Зачем в важный и заведомо проигрышный бой политическая элита решила пойти в ворохе сумок и колье?

Нужен был кредит от МВФ и безвиз? Кому? Обладателям дипломатических паспортов, мультишенгенов и заграничной недвижимости? У нас теневая экономика, на которой сидит массовый политический класс, и без кредита себя будет неплохо чувствовать. Бурштын, песок, лес, контрабас, наркотраффик – есть с чего прокормиться.

Неготовность системы декларирования была вопиющей, а уровень исполнения откровенно дилетантским. Хоть с вмешательством президента, хоть без. Ломай – не хочу. Но почему-то не сломали.

Много есть вопросов, на которые ответа нет.

Если не посмотреть на ситуацию глазами того самого политического класса.

Если представить себе, что это они пошли в атаку на нас, то всё предстает немного в другом свете. Представьте себе, что политическая элита села, подумала и образовала несколько наполеоновских колонн – без деления на фракции, кланы и структуры. Собственно, всё деление на фракции и расположение по политическому спектру для нашей политической элиты вторично по сравнению с расположением вдоль финансовых потоков. Так что им было не сложно.

Все эти колонны нанесли мощный встречный удар по гражданскому обществу Украины с целью получения массовой нулевой декларации без уплаты процента (как обычно принято в других странах), но и без массовых гарантий. Политическая элита Украины построилась в колонны и попёрла вперёд, причём сделала это как бы по желанию Европы, прогрессивных реформистских кругов, общественных активистов и так далее. То есть в случае провала крайними оставили бы инициаторов системы электронного декларирования, бюрократы с прокурорами всегда себе соломки подстелят.

Можем ли мы ретроспективно восстановить действия политической элиты?

Сначала, скорее всего, был сформирован пул неприкасаемых бенецифициаров происходящего. Ну, тех, кто пойдет не в первой колонне наверняка и тех, кому точно ничего не предъявят по результатам декларирования в любом случае. Опять-таки, не спешите думать, что этот пул был сформирован на Банковой, в Вашингтоне или Брюсселе. Речь не идёт о формальном заговоре, речь идёт о неформальной структуре, которая формируется под влиянием внешних объективных факторов.

Так неприкасаемой стала, например, Юлия Владимировна Тимошенко, отношения которой с текущей властью можно не описывать. Ей можно было подавать любую декларацию, и она подала любую, и ей за это ничего не будет, редакция гарантирует это. Это не результат формального договорняка (нет больше дураков в стране, чтобы с ЮВТ договариваться), это результат самого формата текущей политической системы. Михаил Саакашвили, например, тоже попал в число неприкасаемых. А вот Олег Ляшко уже не попал, и ему пришлось договариваться отдельным образом. Как и некоторым депутатам одновременно провластных фракций и молодых демократических партий.

Все, кто не попали, подобно Олегу Валерьевичу, в число неприкасаемых, сформировали из себя первую наступательную колонну Наполеон-стайл. У этой колонны никаких гарантий, обусловленных политической системой, и расчёт лишь на массовость. У скольких деклараций законность происхождения средств успеет проверить НАЗК и по поводу скольких успеют поднять хай медиа? Вряд ли речь идёт больше чем о нескольких сотнях. Потому что дней в году меньше четырехсот, а активное гражданское общество не способно фокусироваться на нескольких фигурантах сразу, а новый год подарит новые декларации.

Скажите – сотня человек (даже если их посадят, что вот совсем не факт) из сотни тысяч – это допустимый процент потерь? Авторам видится, что более чем. Наполеон завидовал бы таким низким потерям, при отсутствии единого командования.

Всех не перестреляете, как бы говорит нам политическая элита и прёт вперед. Атаку политической элиты заботливо прикрывает дымовая завеса из сумочек, спорткаров, крестиков, квадратных километров жилплощадей, церквей во владении и дорогих колье. Вместо того, чтобы обсуждать законность происхождения средств, мы видим филиал special olympics среди гражданского общества. А у кого больше нала? А у кого Bentley? А у кого Ferrari новый?

Это дымовая завеса, которая экономит политическому классу бойцов – пока толпа бегает и травит выскочек, которым не хватило мозгов оказаться в середине строя, вся остальная колонна неумолимо идёт вперёд.

Правильна и идея о том, что большие объемы задекларированной налички – это легализация будущих коррупционных доходов, но это не полный взгляд на проблему. Сама декларация гор валюты – это точно такая же дымовая завеса, как и сумочки. Если декларируют все и много, то всех не проверишь. Проверить законность доходов десятков тысяч человек (а в перспективе сотни тысяч), опросить их и их родственников? Выслушать и детализировать оправдания от каждого? Не смешите, этого не сделать и со СМЕРШевскими штатами, не то что со штатами НАЗК. Тем более, всегда можно сказать: «а почему начали с меня? А почему не с Серёжи, который дорожку первым прокатал?»

Покажи много, но не слишком. Потому что всех не смогут проверить. Такие разговоры множились перед запуском электронного декларирования в кулуарах Верховной Рады, областных рад, мэрий, главков и управлений.

Тактика, сложившаяся из общения между собой сотен несвязанных стейкхолдеров, тактика, официально легализованная молодыми «антикоррупционерами», в какой-то момент стала доминирующей и склонила на свою сторону всех остальных, потому что остаться белой вороной вне колонны не захотел никто. Никто не хотел стать показательным объектом для расправы, объектом, на котором все новые антикоррупционные органы покажут, что они тут не просто так сидят, что проверка деклараций таки была проведена.

Вот почему не было массового саботажа и массовой неподачи деклараций.

Потому что политические элиты не восприняли это как своё отступление.

Реакция политической элиты была настроена на неформальное понимание и должна была выбраковывать излишне оторвавшихся от реальности представителей элит (в самом худшем для бюрократов варианте). Остальные должны были пройти в колонне. И проходят.

Первыми рядами под раздачу в атакующей колонне, скорее всего, окажутся прокуроры и судьи. Во-первых, их в той самой политической элите никто не любит. Связано это, как вы понимаете, с трофическими (то есть пищевыми) цепочками украинской теневой экономики. Бюрократы и политически связанный бизнес формируют пищевую базу теневой экономики, а прокуроры и судьи отъедают кусочек в пользу другой части политической элиты. Перераспределяют, ну, или закрывают совсем, ага. Политики формируют правила игры и выстраивают схемы, а прокуроры и от них отщипывают кусочек. Прокуроры и судьи – это такие антисанитары украинского бюрократического леса. Антисанитары потому, что они вроде как прореживают его, но дышать от этого легче не становится. Во-вторых, прокуроры и судьи, как правило, на службе с младых ногтей, а суммы к ногтям налипли немалые. Но кто там пострадает больше всех, вопрос на самом деле вторичный.

Главное другое.

С точки зрения политической элиты взят важный плацдарм. Сейчас политическому классу нужно наступать дальше и закреплять успех. Именно так. Не то чтобы наступление будет прямо на днях – нужно залатать дыры в строю, демонстративно добить раненных и оступившихся, пополнить запасы и двигаться вперёд.

Политическая элита в результате одного наступления получила возможность занять стратегическую моральную высоту (самим смешно). Но теперь у них есть формальное моральное право (перед Западом или перед оппонентами) потребовать подобной открытости уже от остальных страт украинского общества.

Дорогие активисты, половина из вас – всё равно теневые лоббисты, а давайте вы теперь тоже покажете происхождение своих доходов и задекларируете наактивированное? Журналисты, тоже подходите на праздник жизни, не стесняйтесь. Вы же четвертая власть, давайте вы будете открытыми, как и остальные три ветви власти. А чего вы упираетесь, джинсовики, что ли? Что, по заказу писали? Нехорошо.

Дорогой средний бизнес, а давай ты перестанешь дробиться на малый бизнес и будешь действовать прозрачно, а не устраивать вонь, что тебя давит коррупционная власть. Какая коррупция – мы открыты, вот моя декларация, у НАЗК и НАБУ вопросов нет. Пройдёмте в кабинет.

А давайте малый бизнес перестанет работать без кассовых аппаратов (ну в смысле пусть штрафы будут ого-го), а то что, вы против прозрачности? Коррупционеры, что ли?

Выводы.

Основной.

Прогресс, даже в условном демократическом обществе вроде нашего, невозможен без весьма монструозных реализаций концепции вин-вин. Случай с е-декларированием прошёл именно потому, что был воспринят каждой стороной как возможность своей победы. Общество хотело прозрачности – общество её получило. Если общество захочет крови, политическая элита даст на расправу самых одиозных и самых неудобных. Тех, кто не смог отдекларироваться в середине колонны или зарвавшихся судей/прокуроров с негативной медийностью (вообще любого, кроме тех, кто не попал в неприкосновенный эшелон). Всё равно медийно растерзанных будет немного, общество много не переварит. Политическая элита хотела легализации без отчислений – политическая элита её получила, не понеся никаких глобальных затрат. НАЗК и НАБУ могут страшно вращать глазами, а Порошенко может звать всех сизыми голубями, но уже всё. Всех не перестреляешь – колонна прошла.

При этом надо помнить важное.

Ни в коем случае нельзя допустить выхолащивания (или отмены) электронного декларирования, потому что из восприятия вин-вин мы опять перейдём к игре с нулевой суммой. То есть получим все минусы легализации награбленного без хоть каких-то плюсов. Ни класс неприкасаемых не должен расширяться, ни сама логика условной полной декларации не должна быть отменена. Иначе даже условная победа гражданского общества обернётся его поражением.

Второстепенный вывод.

Самым эффективным способом остановить наступающую колонну было нанести ей такое огневое поражение, чтобы следующие ряды не смогли перешагнуть через гору трупов в первых рядах. Как только колонна не могла больше строем шагать вперед, атака теряла смысл. И колонна тут же отступала назад для переформатирования, потому как бессмысленно тягаться в огневой мощи, имея в первой шеренге намного меньше стрелков, чем в противостоящей линии из трёх шеренг.

В нашем случае серьёзно ограничить активность правящего политического класса (опять-таки, речь о всей совокупности класса, а не о текущей правящей коалиции) может большое число потерь критически важных для неформальных структур людей в результате медийной активности, которая будет подогреваться конфликтами интересов, конкуренцией между силовыми органами и т.д.

Ещё раз простыми словами. Приоритетность представителя политического класса для атаки гражданским обществом должна исходить не из медийности задекларированных им средств. Потому что это будет отвлечение сил на обманный маневр, на дымовую завесу. На дураков, от которых система сама не против избавиться. Искать триллионы, Bentey и «астонмартины» – дело, конечно, медийно привлекательное и почётное, но правильнее атаковать структурно важных для схем людей. Это не даст политическому классу как минимум развить дальнейшее наступление на гражданский сектор, потому что перед классом постоянно будет вставать кадровый вопрос.

Дмитрий Подтуркин

Антон Швец

 на основе записок Анонима 

- Да это же просто какой-то «бюрократ всех переиграл» получается.

- Сомневаешься? Посмотри вокруг.

Обсуждение при написании статьи.

''''