Перейти к основному содержанию

Долгое государство короткого Путина

Вот вам небольшой анализ «Долгого государства» Суркова. Держитесь

Вы наверняка помните по многим историческим фильмам разных мальчиков-продавцов газет, которые стереотипно так кричат: «Сенсация! Сенсация! В Сараево были застрелены…» В моей голове закричал один такой мальчик-газетчик после прочтения удивительного материала помощника карликового президента РФ Владислава Суркова. Его, прости Господи, «Долгое государство Путина» вызвало в моей голове тихий и осторожный возглас: «Сенсация! Мы, кажется, становимся свидетелями конца гибридной войны!»

Но обо всём по порядку.

Буду честным. Сурковым я восхищаюсь — это очень умный гад, — и будучи убеждённым противником смертной казни, я, вопреки всем своим принципам, с удовольствием хотел бы видеть Суркова повешенным. Вот чтобы ножками дрыгал — за все преступления против моей страны.

Бройлерфюрер и его куратор

За последний год в нашем информационном пространстве он успел отметиться своими писульками дважды — статья «Одиночество полукровки» и вот, собственно, «Долгое государство» короткого Хутина.

Если вы не помните, о чём «Одиночество полукровки» — почитайте материал Трегубова, там просто божественная картинка.

«Полукровка» явно выглядит пессимистичным текстом, эдаким разочарованием, давайте посмотрим на предпоследний абзац: «Будет трудно, не раз вспомнится классика отечественной поэзии: «Вокруг только тернии, тернии, тернии... б***ь, когда уже звёзды?!»

«Долгое государство» же — весьма агрессивный текст с угрозами и заделом на будущее. Финал звучит так: «У нашего нового государства в новом веке будет долгая и славная история. Оно не сломается. Будет поступать по-своему, получать и удерживать призовые места в высшей лиге геополитической борьбы. С этим рано или поздно придётся смириться всем тем, кто требует, чтобы Россия «изменила поведение». Ведь это только кажется, что выбор у них есть».

Но впечатление о российской самоуверенности и несокрушимости создаётся только при первом знакомстве. Я действительно считаю «долгое государство» куда более пессимистичным текстом, потому что он делает первый шаг к тому, чтобы похоронить российскую концепцию гибридной войны.

Дело в том, что гибридная война — это война лжи, война в обход всех устоявшихся правил. Оттого и появляются «ихтамнеты» — агрессору невыгодно светить свои войска, ведь репутация страдает, картинка уже не та для телевизора. В гибридной войне агрессор — это спаситель на белом коне, но никак не грязный мясник с окровавленным топором.

В гибридной войне не надо захватывать всю территорию противника — надо лишить его суверенитета, сделать максимально контролируемым, а если этого не выходит — только тогда вводить войска. А если и войска не проходят, то тогда начинать безудержно шатать изнутри, грамотно создавая противоречия и грамотно их же используя для максимальной поляризации общества. Это я коротко описал концепцию Начгенштаба РФ Валерия Герасимова.

Но всё же самый значимый аспект — это тотальная ложь. Ложь доходит до такой степени, что Герасимов, описывая доработанную концепцию гибридной войны в 2015 году (уже по опыту Украины и Сирии), называет все особенности этой войны, называет все методы, которые использует российский агрессор, но говорит специально так, что складывается впечатление: «это не мы — это всё методы гадкой Америки».

Прошло почти четыре года, и вот, пожалуйста. Устами помощника президента РФ начала доноситься правда. А правда — то, чего очень боится гибридная война. Посмотрим на примеры.

Мы впервые услышали правду от приближённого лица о том, что Россия вмешивается в выборы: «Чужеземные политики приписывают России вмешательство в выборы и референдумы по всей планете. В действительности, дело ещё серьёзнее — Россия вмешивается в их мозг, и они не знают, что делать с собственным изменённым сознанием. С тех пор как после провальных 90-х наша страна отказалась от идеологических займов, начала сама производить смыслы и перешла в информационное контрнаступление на Запад, европейские и американские эксперты стали всё чаще ошибаться в прогнозах. Их удивляют и бесят паранормальные предпочтения электората. Растерявшись, они объявили о нашествии популизма».

Сурков пишет: «Когда все ещё были без ума от глобализации и шумели о плоском мире без границ, Москва внятно напомнила о том, что суверенитет и национальные интересы имеют значение». Да-да. А потом Россия нагло начала использовать внутренние противоречия, снабжать разного рода правых и левых йоббиков (в лучших традициях Коминтерна), бомбить Сирию, создавая критическую массу беженцев и, соответственно, миграционных потоков — и пожалуйста, благодатная почва подготовлена. Привет, популист, пришло твоё время. Даёшь голый популизм, оголтелый шовинизм или беспощадное в своей тупости левацтво. И как раз Сурков использует невероятно правильный термин для обозначения бума популизма — паранормальность.

Сурков пишет: «Когда на каждом углу восхваляли интернет как неприкосновенное пространство ничем не ограниченной свободы, где всем якобы можно всё и где все якобы равны, именно из России прозвучал отрезвляющий вопрос к одураченному человечеству: «А кто мы в мировой паутине — пауки или мухи?» И опять правда. Именно благодаря России и её ситуативным авторитарным союзничкам Интернет (именно что не даркнет) стал рассадником тотальной лжи и фейков. Именно они додумались до ботоферм, служащих интересам авторитарного государства, и именно они попытались создать в виртуальной реальности параллельную вселенную, где Россия – няша, а в Украине каратели и бендеровцы, где России можно всё, а её жертвам только терпеть и подставлять вторую щёку.

Но самое страшное, что эти уроды додумались использовать демократию против неё самой. Манипулируя свободой слова, правом на доступ к информации, правом на мирные сборы, они сделали демократию уязвимой. И тут Сурков тупо и открыто вываливает тебе, читатель, все те цели, к которым россияне стремятся уже давно:

«Недоверие и зависть, используемые демократией в качестве приоритетных источников социальной энергии, необходимым образом приводят к абсолютизации критики и повышению уровня тревожности. Хейтеры, тролли и примкнувшие к ним злые боты образовали визгливое большинство, вытеснив с доминирующих позиций некогда задававший совсем другой тон достопочтенный средний класс.

В добрые намерения публичных политиков теперь никто не верит, им завидуют и потому считают людьми порочными, лукавыми, а то и прямо мерзавцами. Знаменитые политографические сериалы от «Босса» до «Карточного домика» соответственно рисуют натуралистические картины мутных будней истеблишмента».

Ничто не ново под луной. И вот уже Россия со своим плешивым путинизмом использует лучшее оружие марксизма — классовую борьбу. Вчитайтесь ещё раз в его слова — визгливое сообщество вытеснило средний класс, политикам-мерзавцам завидуют. Вот она, цель гибридной войны! Всеобщее недоверие — начиная от ваших соседей, СМИ и заканчивая любой властью. Делегитимизация власти и политической элиты, классовая борьба — это весьма удобный способ создать хаос и ослабить государство изнутри. Причём вы доведёте себя до такого состояния сами своими же руками. Сначала вы поверите популисту, попутно переругавшись со всеми его противниками. Потом в своей безумной вере в его всесильность изберёте его. Потом сами же разочаруетесь и будете кричать — «геть!» И так по кругу, на фоне всё более падающей экономики, которую популисты просто разносят на части, и на фоне всё большего обнищания. И вот, ваша страна бедна, несчастна, податлива и нестабильна. Вам остается только включить телевизор. А там…

Ой-вей, что там. Там кисельные берега и молочные реки, текущие прямо из Маргариты Симоньян.

Не думайте, это не меня понесло, это я всё раскрываю концепцию Суркова: «Ничего страшного в предложенном изображении западной демократии на самом деле нет, достаточно немного изменить угол зрения, и станет опять нестрашно. Но осадок остаётся, и западный житель начинает крутить головой в поисках иных образцов и способов существования. И видит Россию».

Сурков безусловно прав, говоря об изменённом угле зрения на демократию – русское телевидение и боты заточены на это. Но вот его влажные мечты о России как альтернативе своему существованию явно пахнут комплексом недоимперии. Эта схема однозначно работоспособная в бывших странах советской империи, как в Украине, например. Нас они ещё могут завлечь, если мы повторим уготовленный нам путь популизма. Но не на Западе.

Тут Сурков явно недоговаривает. Не будет страна с крепкой экономикой и устоявшимися демократическими ценностями становиться Россией. Но вот докатиться до её уровня — да. Россия в своём (как им кажется) выполнении исторической миссии призвана превращать любое золото в дерьмо. По аналогии с одним старым мультиком, назовем Россию Дерьмовой антилопой.

Где привлекательнее — в Сызрани или в Нью-Хейвен (Коннектикут), где почти одинаковое количество населения?

Нью-Хейвен, с точки зрения РашаТудей
Сызрань, с точки зрения РашаТудей

Россия привлекательна только для слаборазвитых стран. В сравнении с Европой и Америкой она неконкурентоспособна. Что делать, чтобы западная модель перестала быть привлекательной среднестатистическому россиянину? Вероятно, изгадить всё максимально, попытаться надорвать западную модель так, чтоб свои рабы не сбежали туда, где лучше и сытнее. Россия реально считает Запад угрозой своему существованию. Что поделать, болезные.

Призрак путинизма теперь бродит по Европе. И логично, что всё к тому и идёт — опошлить, обыдлячить, максимально способствовать деградации. Сделать из западного мира гопников, таких же, как и сама Россия. Им так понятнее и привычнее — взаимодействовать с себе подобными.

Вообще всю статью Суркова можно дёргать на прекраснейшие цитатки. Чего стоит только «глубинный народ» (у вас тоже ассоциации с порнографическими фильмами всплыли?) Глубинный народ Суркова — это великий и мудрый народ рабов, которому нафиг та демократия не сдалась, а главное — вера в хозяина и мировое величие, даже если трусы дырявые.

«Долгое государство Путина» — это и есть тот русский мир, который должен был прийти на наши земли. Почитайте – сами все поймете. И, как говорится: «Дякую, Боже, що я не москаль».

То, что они начали говорить правду, даёт нам надежду, что наша стратегия борьбы с гибридным агрессором — говорить и показывать правду на каждом шагу, — правильная. Именно правда оставляет им всё меньше пространства для маневра. На каждое «ихтамнет» мы должны отвечать «воттвойбурят». И могилку показывать. Тогда, дай Бог, в нашей старости мы будем говорить о гибридной войне как о разовом явлении, как об имени собственном «Холодная война».

Но главной прелестью является, конечно же, финал текста. Россия, по словам Суркова, обречена поступать по-своему, получать и удерживать призовые места в высшей лиге геополитической борьбы. С этим рано или поздно придётся смириться всем тем, кто требует, чтобы Россия «изменила поведение». Ведь это только кажется, что выбор у них есть.

Это, ёлки-палки, очередной сигнал нашим вечно озабоченным партнёрам — поймите же, что Россия не собирается останавливаться. Это бешеная собака, которой чужды ваши ценности. Поддержка Украины — ваш единственный шанс остановить агрессора ценой (как бы цинично это ни звучало) жизней невинных и героичных украинцев. Пожертвуете нами — будут гибнуть уже ваши.

А пока что агрессора ещё можно удушить санкциями — беспощадно, поэтапно, но решительно. Только деконструкция путинизма спасёт ваш хрупкий европейский мир, потому как наш украинский мир уже пять лет как кончился, захлебнувшись кровью наших героев. Карфаген испортился, его давно пора разрушить, сделать «Долгое государство» таким же коротким, как и его короткий лидер.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.
''отсканируй
и помоги редакции