Перейти к основному содержанию

Как в России меряются органами

«Помочить» друг друга в медиа — неотъемлемая часть существования кремлёвских элит. И нам об этой их слабости жизненно необходимо знать

Кто определяет повестку дня в России?

Повестку дня в России определяет тщательно выстроенная Путиным экосистема взаимозависимости и взаимной конкуренции между лидерами политических и административных элит. Путин сознательно вознёс себя на пьедестал, считая, что никто не сможет усилиться настолько, чтобы бросить вызов лично ему. И это ему отлично удавалось. Однако возник и побочный эффект.

Борясь за доступ к «телу» и к ограниченным ресурсам, которые предоставляют административные и «подковёрные» рычаги, субъекты созданной Путиным системы стали разрушать её изнутри, выводя свои конфликты в публичную плоскость.

Для понимания, где у государства-агрессора слабое место, этот факт очень важен, как минимум, по двум причинам. Во-первых, попытки сторон внутрикремлёвских конфликтов «мочить» друг друга с помощью медиа раскрывают настоящую природу их взаимоотношений, заодно и вскрывая много интересного о настоящем положении дел во «встающей с колен».

"

Во-вторых, внутренние конфликты, которые становятся известны широкой общественности, показывают настоящее нутро путинской верхушки, вечно гоняющейся за наживой. Это важно для понимания самими россиянами страны, в которой они живут, а также европейскими партнёрами — того, с кем они хотят «работать как обычно».

В современной России, как, впрочем, в любой тоталитарной или квазитоталитарной стране, внутриэлитные конфликты играют большую роль. Естественно, что в них вовлечены все силовые ведомства, которые постоянно воюют друг с другом и внутри себя. Впрочем, делать это открыто они не могут по ряду причин. В первую очередь потому, что Владимир Путин этого не любит и зачинщиков такого рода войн может ждать суровое наказание.

Дело в том, что он понимает: любые такие конфликты в якобы монолитной «демократической монархии» ставят под удар его авторитет как третейского судьи. Особенно  если это выходит в публичную плоскость.

Ещё во время первого срока Владимира Путина разгорелась война между министерством внутренних дел, возглавляемым на тот момент Владимиром Рушайло (ставленником Бориса Березовского) и, страшно сказать, Федеральной службой безопасности. Подоплёка схватки была вполне себе коммерческая — борьба за контроль над нефтяной компанией «Славнефть». Президент компании Михаил Гуцериев опирался на Рушайло, а миноритарий — «Альфа-групп» — привлёк для своей поддержки ФСБ.

Сейчас даже сложно себе представить, что милиционеры следили за высшими чинами ФСБ и прослушивали их телефоны. Войну удалось прекратить лишь в марте 2001 года отставкой Рушайло. Времена тогда были относительно вегетарианские, и министру во время своего последнего визита в Кремль удалось договориться с Путиным, чтобы его помощнику Александру Орлову, координировавшему всю операцию, позволили вылететь из страны. Его арест готовился со дня на день. Сам Рушайло занял церемониальный пост секретаря Совета Безопасности, но тоже ненадолго.

В августе он был отставлен и с этого поста, а его преемником на посту министра внутренних дел стал Борис Грызлов, давняя креатура Патрушева. ФСБ и лично Николай Патрушев этот раунд выиграли. Естественно, что в этом раунде войны спецслужб была и очень серьёзная информационная составляющая. Именно тогда появляется фильм «ФСБ взрывает Россию», и в СМИ начинает активно вбрасываться компромат на ФСБ. В информационной войне участвует такие известные издания как «Коммерсант», «Новые Известия», «Новая газета» — что совсем не удивительно, если мы вспомним, что Рушайло считался человеком Березовского. Это была первая победа ФСБ, но далеко не последняя.

Второй раунд этой войны связывают с именем тогдашнего главы Федеральной службой контроля за оборотом наркотиков (ФСКН), отставного питерского чекиста Виктора Черкесова. Весной 2006-го Черкесов при поддержке начальника президентской охраны Виктора Золотова получил добро на разработку злоупотреблений руководства ФСБ. Собственно, это и было то самое знаменитое дело «Трёх китов» и дело о контрабанде китайских товаров со склада временного хранения ФСБ, к которому оказались причастны достаточно высокие чины. В результате медийного скандала последовала серьёзная ротация на Лубянке. Так, например, начальник службы внутренней безопасности ФСБ Сергей Шишин был переведён в тыловые службы. В отставку ушёл также генеральный прокурор Устинов, а через некоторое время была сформирована новая структура — Следственный комитет, который возглавил Александр Бастрыкин.

Тем временем, проигравшая сторона не сидела сложа руки, а готовила ответный удар по ФСКН, Виктору Черкесову и Виктору Золотову. Этими оперативными мероприятиями командовал ставленник Сергея Шишова Олег Феоктистов. Но следователи СК ещё не догадывались, что после ФСКН Феоктистов займётся и ими. Бастрыкину пришлось самому уволить свою правую руку Дмитрия Довгия. Это произошло в апреле 2008-го. Вскоре против Довгия было возбуждено уголовное дело. Тогда же, в 2008-м, был уволен Виктор Черкесов. Вскоре после выхода своей статьи в «Коммерсанте», в которой он рассказал о войне между спецслужбами.

Следующий эпизод в войне силовиков — это 2011 год, так называемое «игорное дело», очень громкий процесс вокруг подмосковных прокуроров, крышевавших игорный бизнес. Ему предшествовала беспрецедентная информационная кампания на федеральных каналах. Генеральный прокурор Юрий Чайка заявил о грубых нарушениях закона со стороны Следственного комитета. И хотя на первый взгляд может показаться, что это борьба Бастрыкина и Чайки (СК и Генпрокуратура), но на самом деле основным интересантом и основным теневым игроком в этом деле была опять ФСБ. В своём расследовании Денис Никандров, следователь, который вёл это дело, пытался подобраться к Артёму Чайке, сыну Генерального прокурора. Урегулировать этот конфликт опять пришлось на самом высоком уровне. На встрече с Бастрыкиным и Чайкой в 2012 году Дмитрий Медведев сказал, что «не стоит впутывать членов семей». В результате никто из прокурорских на федеральном уровне так и не был привлечён к ответственности, а обвинения подмосковных прокуроров не были утверждены Генеральной прокуратурой. Этот раунд завершился боевой ничьей.

Говоря о противостоянии МВД и ФСБ, нельзя не вспомнить о деле генерала Сугробова. На самом деле это была схватка между помощником президента Евгением Школовым и заместителем УСБ ФСБ Олегом Феоктистовым. Школов и его люди хотели поймать Феоктистова «на горячем» — доказать, что они крышуют бизнес. На момент возбуждения уголовного дела в феврале 2014-го Денис Сугробов возглавлял антикоррупционный главк МВД. Он был самым молодым генералом, получил звание в 36 лет. Его обвинили в создании преступного сообщества и фальсификации уголовных дел при помощи провокации на взятку.

Как это может уживаться в голове современной российской Фемиды с делом Улюкаева, в котором взятку фальсифицировал как раз Феоктистов, непонятно, но как-то уживается. Один из фигурантов этого дела заместитель Сугробова Борис Колесников во время следствия погиб, выпав из окна, вы удивитесь, Следственного комитета. Естественно, что следствие признало случившееся суицидом, хотя у экспертов эта смерть вызвала множество вопросов. Сразу после его гибели подследственные практически перестали общаться со СМИ, хотя до этого они давали интервью достаточно охотно. Именно поэтому на стадии следствия пресса очень широко освещала это уголовное дело. Естественно, что суд проходил в закрытом режиме, а как же иначе! Информацию о происходящем необходимо было скрыть от общественности. В апреле суд приговорил Дениса Сугробова к 22 годам строгого режима, затем Верховный суд смягчил приговор до 12 лет. Это было серьёзным поражением Евгения Школова. К слову сказать, Школов — сослуживец Владимира Путина по внешней разведке, а потом помощник президента по кадрам, которого он уволил с этой должности именно из-за кадровых конфликтов в силовом блоке.

Об Олеге Феоктистове мы ещё услышим не раз и в деле Вороненкова, и в деле Улюкаева. Одна из версий убийства Дениса Вороненкова состоит в том, что его заказчиком был Олег Феоктистов. Впервые они пересеклись ещё по делу «трёх китов». Вороненков тогда был сотрудником ФСКН, которая и расследовала коммерческую деятельность сотрудников ФСБ, в том числе и Феоктистова.

Некоторые эксперты считают, что именно за организацию убийства Вороненкова Феоктистов потерял свои должности в ФСБ и Роснефти. Как мы уже говорили, Владимир Путин выступает против войн силовиков, особенно когда эти войны становятся публично известны.

Вообще события, разворачивающиеся в этой силовой войне, по лихости закрутки сюжета могут претендовать на детективный сериал с элементами триллера. Удивительно, как одни и те же фигуры переходят из серии в серию. На этот раз всё началось в декабре 2015-го с перестрелки у ресторана на Рочдельской. Эта перестрелка, а вернее те события, которые за ней последовали, стали трагическими для того самого Дениса Никандрова, про которого мы уже говорили выше.

Одним из участников этой перестрелки, он даже был ранен, был некто Андрей Кочуйков (Итальянец) близкий товарищ вора в законе Захария Калашева (Шакро Молодого). Собственно на переквалификации уголовного дела против Итальянца за толику малую в виде нескольких сотен тысяч американских рублей всех бравых следователей и повязали. Оказалось что они давным-давно уже под колпаком у папаши Мюллера, то есть, конечно, у ФСБ.

Это был серьёзный удар по Следственному комитету и по Александру Бастрыкину лично, потому что под суд попал бывший начальник управления собственной безопасности СК Михаил Максименко. На скамье подсудимых оказался и Денис Никандров. Он заключил сделку со следствием и получил пять с половиной лет тюрьмы. Этот раунд опять выиграла ФСБ. Чей ход следующий?

Именно этот накал войны между силовиками и позволяет нам получать информацию о происходящем. Как опубликовать компромат на противника? Напрямую это невозможно! Поэтому самый удобный канал — это оппозиционные СМИ. «Новая газета», «Дождь», Навальный. Или телеграм-каналы. Главное, чтобы «папа» (так многие называют Путина) не поймал за руку на сливе компромата. При этом, чем хуже ситуация в стране, тем больше накала будут достигать войны. Так что впереди нас ждёт много интересного.

Не исключено, что последний инцидент в Чёрном море точно так же оказался результатом желания отдельных лидеров силового блока самоутвердиться. Основные действия против украинских кораблей были осуществлены моряками Пограничной службы ФСБ. Кроме того, в записях переговоров между российскими моряками, атаковавшими украинцев, которые были опубликованы 26 ноября, фигурирует руководитель департамента береговой охраны Пограничной службы ФСБ России адмирал Медведев Геннадий Николаевич. На записи о нем говорят: «Медведев в панике орёт».

Скорее всего, руководство ФСБ настолько сильно накрутило ему хвост, что отпустить украинских моряков, после того как российские корабли «Дон» и «Изумруд» получили серьёзные повреждения в столкновениях между собой, было просто смерти подобно. По судьбе начальника Главного (разведывательного) управления Генштаба ВС РФ генерал-полковника Игоря Коробова мы знаем, что те российские силовики, которые допускают провалы — долго не живут.

''отсканируй
и помоги редакции

'''