Перейти к основному содержанию

Капер, золото, легитимность

Немного сумбурно, но так душа попросила

Хорошо запоминается один урок: любой договор перестает цениться, когда страны вдруг ощущают выгоду от его нарушений. Чтобы украинцы не полагались на очередные Будапештские меморандумы, расскажу вам о том, как даже серьёзные документы шли лесом и быстро теряли любые признаки уважения.

Кто же проиллюстрирует это лучше, чем времена каперов как основного силового инструмента? А после них сразу идём к документам, эту эпоху сформировавшим.

Не капер крут, а его эпоха

В современной культуре при слове «капер» принято вспоминать сэра Фрэнсиса Дрейка и прочих британских шалунов с абордажными саблями. Это вполне логично, хоть и не совсем правильно. Книги, фильмы, да любые культурные пласты с лёгким налётом истории больше внимания уделяли английской короне да её сподвижникам. Всё хорошо. Просто предлагаю расширить кругозор.

Да-да, когда-то и Франция умела огрызаться. Но не так крут капер, как эпоха, в которую ему довелось жить и умирать. Просто из разряда пиратов, изредка требующихся для усмирения конкурента, эти ребята перешли в статус популярного силового инструмента, который нужен не раз в год по праздникам. Страны ощущали кризис дипломатии.

На горизонте показались сказочные богатства, быстро схваченные двумя странами — это помогло забивать болт на международные соглашения. Если ты не грабишь, ограбят тебя. К чему все приличия, когда можно просто нанять хороших головорезов, которых вполне могут уйти к конкуренту, если не получат достойное и своевременное предложение. Таковы были времена: весёлые, но чертовски опасные.

Воистину, те времена стали эрой падения общепринятых норм. Кто быстрее всех сориентировался, о том мы сейчас и пишем. Слабаков история, увы, никак не запомнила, а недальновидных авантюристов — разве что по лучшим годам. Если хотите, вот вам бытовой пример. Жил-был некто Жан Анго, обычный купец в чёрт знает каком поколении. Знаю, начало скучновато.

Казалось бы, его судьба предрешена: катайся с товарами, продавай с наценкой, подписывай соглашения и забрасывай подарками аристократию. Ближе к старости умрёшь богатым, уважаемым человеком с ножом контрабандиста в селезёнке. То, что купец быстро обмозговал американские перспективы в плане экономики, — чертовски здорово, ведь это была профильная деятельность мсье Анго.

Но Жан изменил правила игры. Да, как купец он первым (или одним из) рассказал, как использовать табак — открыл рынок на ровном месте. Но когда денег стало чуть больше, принялся помогать экспедициям не руками, а головой: снаряжать их должен профессионал. Иначе разграбят профессионалы в несколько другой сфере. Так торговец со временем понял, что каперы сулят ему больше денег, чем торговля этнической лепниной из гуано.

Начиная с 1522 года, купец начал получать хорошие деньги со своей частной армии, плавающей по океану в поисках испанских грузовых кораблей. Сыграла свою роль и креатура Анго — его тёзка, капитан Флери отлично перехватывал испанское золото и поставлял его домой. Каперы стали не обычными наёмниками, а настоящим инструментом для геополитических задач. Ну-ка, сынок, ослабь мне соседнее государство!

''

 

Жаль, что Жан не узнал об этом. В 1549 году, уже после смены власти, конкуренты нежно пристроили его в тюрьму, обвинив… в неуплате налогов от пиратской бизнес-деятельности. Из казённого дома Анго как-то выбрался, но умер уже банкротом. Как я говорил чуть выше, недальновидных авантюристов история запомнила лишь по их лучшим годам.

Но правила игры диктовала не только прослойка купцов или вояк с желанием отличиться. Понимаете, такое дело случилось — крыша поехала у всех и сразу. Виной тому стали деньги, которые за сотню лет до того никто и представить себе не мог. Кто же сдержится? А началось всё с хорошего, но чертовски устаревшего договора. Точнее, с действительно толкового соглашения, которое было бы актуальным ещё долгие годы. Однако всё изменилось после того, как Христофор Колумб решил стать трэвел-блогером.

Суровая дипломатия

Представьте, что вы управляете не очень большой страной, обладающей выходом к морю. Для вас конфликт топ-государств в лице Испании и Португалии — лишь неудобный нюанс, совершенно не мешающий заниматься своим делом. Конечно же, испанцев и португальцев при этом любить совершенно необязательно. Просто они спрятали свои металлические зубочистки и подписали соглашение о сферах влияния.

Всё. Занавес. Живи и радуйся. В сентябре 1479 года любые претензии на наследство Кастилии исключаются без вариантов: Арагон, сама Кастилия и Португалия обо всём договорились. Так сложилось, что последним отдали чересчур много земель под дальнейшие эксперименты, но испанцы ни с чем не спорили. Просто американские континенты не были открыты.

А теперь ненадолго забудьте, что вы монарх. Ведь тут, о боги, Америку открывает Колумб. Поздравляю, мир кончился во всём мире. Наука передаёт привет геополитикам, не знающим даже размеры земного шара. Жадность монархов быстро умножается на быстротечные условия.

Согласно условиям договора, до открытия Америки Португалия выглядела серьёзным государством, которому выделили невероятные полномочия в плане заморских заплывов. Однако, как только по другую сторону океана обнаружилась огромная территория с хорошими ресурсами, португальцы перешли в разряд наивных дурачков. Кто же мог подумать, что так случится? Никто.

Но делать что-то пришлось, и потому Жуан II отправился на переговоры к испанцам. Люди, которых полностью устраивала линия демаркации, вдруг захотели сдвинуть её чуть западнее. Испания взяла и согласилась, начертив новую границу в рамках компромисса: и себе хуже не сделать, и португальцы отстанут окончательно. В общем, в 1494 году новое соглашение худо-бедно подписали.

Казалось бы, всё очень умно сделали, но тут снова вмешалась госпожа География. В 1500 году Кабрал поплавал со своей экспедицией. Выяснилось, что Кастилия и Арагон, не до конца осознающие карту мира, провели линию и отрезали от своей территории всю современную Бразилию. Так, чуть-чуть промахнулись. Конечно же, в будущем этот вопрос вернулся сторицей.

И всё это счастье держится на одной несчастной бумажке, которую даже подписанты не уважают.

Традиция «кидать испанцев на мороз» продолжилась в 1529 году. К тому времени европейцы кое-что узнали об очертаниях новых континентов, и даже повидали Тихий океан. А когда пришла пора договориться о такой же демаркации на восточной окраине карты — португальцы выбили себе Моллукские острова. Это источник специй, то есть бешеные перспективы для тех времен.

Испанской короне за такой подгон выплатили разовую денежную компенсацию — пройдут годы, и Россия точно так же упустит Аляску. В общем, поделом. Времена меняются, но дурак всегда должен встречать результаты своей мудрой политики, желательно лбом и с размаху.

Это мне, и это тоже. Вам ничего

А теперь вспоминайте, что вы — монарх не лидирующей по всем параметрам, но вполне стоящей на ногах страны. Что у вас на руках? Липовая дипломатия, в рамках которой Испания и Португалия пытаются прокинуть друг друга всё более изощренно. Невероятные территории за океаном, сулящие солидный бакшиш даже в краткосрочной перспективе. Это на Пиренейском полуострове что-то там подписали, вы же свободны перед своим выбором.

Главной ошибкой договора было то, что его писали для двух стран, совершенно не учитывая интересы всех остальных претендентов. Мир менялся куда быстрее, чем условия дипломатических соглашений. Как вы могли догадаться, довольно быстро документ превратился в аналог туалетной бумаги с красивым рукописным шрифтом. И что же могло ему помочь, кроме аппетитных ресурсов за океаном?

Правильно, вопрос легитимности.

В 1556 году Испанией начал править Филипп II из династии Габсбургов. Ему достались шикарные ресурсы, на которые Португалия могла разве что злобно поглядывать из-под кустистых бровей. В 1580 году соседей по полуострову лишили и этой милой забавы — власть Филиппа распространилась даже на их территорию. Местный правитель помер бездетным, очень благоразумно поехав в рискованную экспедицию.

Испанский монарх очень кстати оказался внуком позапрошлого короля Португалии, бегом предъявив права на трон. Аристократия не оценила такой порыв и посоветовала приезжему наследнику идти лесом. Чтобы лучше дошло, часть элиты демонстративно провозгласила королём другого внука короля Мануэля — только незаконнорожденного, обычного бастарда. Что же могло пойти не так.

Пока Филипп отправлял войска в Португалию, чтобы за несколько месяцев учить националистов уму-разуму, вся Европа молча поглядывала на обвисшую бумажку с разделением сфер влияния. Получается, часть мира принадлежит Испании, а часть Португалии. Вот только править ими будет один и тот же человек, причём долго. Мнения соседей давно не спрашивали, а вот кушать всем хочется.

Появляется логичная мысль: если все побегут за американским золотом и серебром, кто сможет им помешать?

Пока португальцы получали от кастильских гостей ценные рекомендации по приседанию на амфору, другие страны активизировали свои морские экспедиции. Корона была занята другими бедами — идея Филиппа ввести в Нидерланды инквизицию стала последней каплей в чаше терпения. Если до того голландцы просто недолюбливали испанцев, считая их иностранными выскочками, то на фоне религиозных противоречий началась революция.

Может, если бы не конфликты Испании со всем белым светом — экспансия других стран была бы не столь скоротечной. Однако, заметив проблемы сразу двух подписантов договора о разделе сфер влияния, европейские страны не просто побежали к кораблям, готовясь плыть чуть ли не на собственной паровой тяге. Они прямо ломанулись в этом направлении.

Мир изменился

Когда целые государства скачут наперегонки, стараясь уцепить побольше земли, карта мира кроится моментально. Моллукские острова, когда-то полученные Португалией, забрали голландцы. Они же захватили западную часть Австралии. Более того, в Южной Америке длительное время процветали их же колонии, полностью игнорирующие «тот самый» Тордесильясский договор. А кому он нужен, если подписанты теперь живут вместе и получают по шапке то от французов, то от англичан, то от Нидерландов?

Прошли годы. Филипп II к тому времени умер, страдая от подагры на протяжении десяти лет. Испания и Португалия снова жили врозь. Остался лишь один нюанс: другие страны не хотели ждать, пока соседи по полуострову придут к какому-то консенсусу. По сути, с тех пор «раздел мира» больше касался взаимного сдерживания Испании и Португалии.

Слово за слово, в 1777 году соглашение о разделе мира пришлось отменять напрочь. Через год стороны подписали договор в Эль-Пардо, которым просто закрепили свои незаконно захваченные территории: испанцы покинули южноамериканские огороды соседей, взамен получив африканские колонии. Господи, их снова кинули — а они и не заметили. Но ладно.

В общем, легитимность документа — штука серьёзная, вон какая криминальная комедия на века получилась. А ведь всего за одной бумажкой не уследили.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!

Загрузка...