Перейти к основному содержанию

Холодная война: Россия пытается контролировать Арктику

Кому Грета, кому нефть
Источник

Возможно, вскоре Деду Морозу придётся искать новый дом — пока россияне его не выгнали. Ещё в 2003 году российский исследователь Артур Чилингаров, отправляясь на Северный полюс, заявлял: «Это наша Арктика». Четыре года спустя другая российская экспедиция с тем же руководителем установила титановый флаг на морском дне. Почти на полюсе, всего на 2,5 мили ниже.

Это был символический жест геополитических амбиций. Тогда ура-патриот распинался: «Наша задача? Напомнить миру, что Россия — великая арктическая и научная держава». Прошло время, и с 2013 года Кремль вложил солидные суммы сразу в семь военных баз на арктическом побережье. Всё для того, чтобы усилить собственную мощь и влияние.

— Американцы думают, лишь [они] могут устанавливать правила, — гордо говорил глава МИД РФ Сергей Лавров. — С точки зрения СМП [Северного морского пути], это наша национальная транспортная артерия.

Ну а месяц назад произошло событие, о котором почти не сообщали западные СМИ. Церемонию на Адмиралтейской верфи в Санкт-Петербурге посетил Владимир Путин: он представил новый дизель-электрический ледокол «Виктор Черномырдин». Пока что это самое мощное в мире неатомное судно данного типа.

Месяцем ранее Россия хвасталась ещё одним новым ледоколом — «Арктикой». Вот вам 33000-тонный корабль с атомным двигателем и водоизмещением авианосца времён Второй мировой войны. Обновка уже начала проводить операции в Арктике (простите за тавтологию — прим. пер.), она способна пробивать лёд толщиной в 10 футов.

Примечание редакции. «Арктику» строили неспешно, в 2018 году корабль был готов на 60%.

В планах на будущее значатся ещё три 70-тысячных гиганта категории Leader Class. Их добавят к уже существующему списку из 37 крупных ледоколов. Это именно та сила, которая поддерживает Северный флот: он как раз базируется недалеко от Мурманска, совсем у Баренцева моря. Значит, записывайте ещё 35 надводных судов и столько же подводных лодок.

До недавнего времени российская Арктика (регион, не корабль) представляла сомнительную ценность со своим 15000-мильным побережьем и двумя миллионами жителей. Впрочем, этот расклад изменило глобальное потепление. Согласно отчёту Межправительственной группы экспертов по изменению климата за 2014 год, с 1980 года объёмы арктического льда сократились на 75%.

Теперь большие участки Северного Ледовитого океана могут освободиться ото льда в течение одного поколения. Что же это значит? К примеру, для стран Северной Азии морской путь по российской Арктике сократит время доставки в Европу. И не на пару дней, а сразу на несколько недель.

Что ещё более важно: Северный Ледовитый океан, то есть 3% поверхности земного шара (примерно столько же, сколько материковая часть России) скрывает под собой большие сюрпризы. По оценкам экспертов, он содержит 22% нефти и природного газа Земли, а также огромные объёмы других полезных ископаемых. Да, международное сообщество всячески демонстрирует свою способность бороться с глобальным потеплением — однако многие страны ставят освоение Арктики выше экологических интересов.

Распределение этих прав на эксплуатацию — горячая тема. Конвенция ООН по морскому праву, она же UNCLOS, позволяет прибрежным странам Арктического совета — то есть Канаде, Дании (через Гренландию), Норвегии, России и США — расширять свои территориальные воды на 200 миль от береговой линии. За пределами этой условной отметки есть большие возможности для разногласий и параллельных трактовок. И не только по поводу границ.

В том случае, если какая-то страна сможет перевести нужный участок в статус «континентальной окраины» (неглубокий шельф, связанный с материком), для неё открываются новые возможности. Тогда можно создавать исключительную экономическую зону расширения (ИЭЗ), которая протянется на расстоянии до 350 миль от берега.

Уже сейчас Россия, Канада и Дания претендуют на хребет Ломоносова. Это подводный горный хребет протяжённостью 1100 миль, строго разделяющий Арктику на две части.

Ещё одна тема для будущих разногласий — так называемые «права прохода». UNCLOS предоставляет всем странам право использовать территориальные воды для прохода судов, но это никак не относится к внутренним водам. В настоящее время Россия рассматривает свой Северный морской путь как внутренний. А потому может требовать с кораблей плату за проезд. Согласно своей интерпретации UNCLOS, Москва может заблокировать доступ к своим территориальным водам когда угодно.

До сих пор американская реакция на претензии России в отношении собственности была медленной. И только в 2018 году, после 30-летнего перерыва, США решились отправить в Арктику надводный флот во главе с авианосцем USS Harry S.Truman. Однако американские ресурсы в этой области немного ограничены и изношены. Хоть Конгресс и одобрил строительство нового ледокола в прошлом году (он обойдётся в 655 млн долларов).

Тем не менее, госсекретарь Майк Помпео был прекрасно осведомлён об экономическом потенциале Арктики. По этой теме он чётко высказывался в мае 2019 года, когда посещал с деловым визитом Финляндию. Впрочем, с избранием Джо Байдена попытка оживить экономический интерес Штатов к Арктике, вероятно, будет недолговечной.

Конгресс, несмотря на мольбы президентов Буша-младшего и Обамы, наотрез отказался ратифицировать UNCLOS. Таким образом, американцы до сих пор не имеют возможности расширить свою ИЭЗ — по крайней мере, невозможно сделать это в соответствии с международным правом. Однако экономические выгоды для США в любом случае могут быть спорными.

В декабре 2016 года уходящий президент Обама и премьер-министр Канады Джастин Трюдо заключили соглашение о предотвращении бурения на Аляске. Оно было рассчитано на неопределённый срок. Цель заключалась в том, чтобы помешать «нефтяному» президентству Дональда Трампа. В марте 2019 года состоялась попытка республиканца отменить запрет Обамы — и её федеральный суд признал незаконной.

Как и в случае с Обамой, можно ожидать, что стратегия Байдена в этой области будет во многом опираться на удобные слова об устойчивости и ответственности. Короче говоря, никакой геополитической стратегии не ожидается. Наоборот, кажется вероятным, что Байден откажется от борьбы за Арктику так же легко, как Обама отказался от контроля над Южно-Китайским морем.

Что касается Европы, она играет важную роль в суверенных правах Дании над Гренландией. Хотя Копенгаген увеличил военно-морской бюджет, это капля в море по сравнению с Россией. Датские военные расходы на уровне 1,3% от ВВП выглядят намного скромнее обязательств перед НАТО. Потому резкий ответ премьер-министра Метте Фредериксен на предложение американцев о покупке Гренландии был безрассудным.

Примечание переводчика. Насчёт безрассудства можно поспорить.

В результате президент США сразу же отменил запланированный визит в Данию. И теперь невозможно поставить на то, от какой глобальной силы будет зависеть госпожа Фредериксен, если Россия примется угрожать правам датчан в Арктике. Конечно же, это не будет Евросоюз.

Европа, в отличие от Индии и Китая, не может даже получить место наблюдателя в Арктическом совете. По всей видимости, это произойдёт из-за параллельных недоговорённостей — например, Канада наложила вето на заявку ЕС из-за эмбарго на шкуры тюленей.

Поначалу можно подумать, что Китай — точно не арктическая страна. А точно ли? В 2018 году Поднебесная сделала очень смелое заявление о своей «близости к Арктике», хоть до этого региона китайцам придётся плыть минимум 900 миль. Но как одна из первых стран, подписавших Договор о Шпицбергене (1925 г.), Китай претендует ровно на те же права, что и Норвегия, если речь пойдёт о разработке ресурсов архипелага. Хотя вообще его контролирует Норвегия.

Точно так же Пекин утверждает, что ратифицированная им UNCLOS даёт права на «Арктический Пояс и Путь» (в оригинале Arctic Belt and Road). Китайские инвестиции в Гренландию в настоящее время составляют 12% её ВВП. Сам по себе Китай отрицает экспансионистские намерения, однако в 2010 году контр-адмирал Инь Чжо спокойно заявил, что «Арктика принадлежит всем людям во всём мире».

Беспокоится ли Россия? Вероятно, это так. Но её стремление контролировать Арктику сильно зависит от финансов Китая. Потребности остаются на своих местах. Вероятное будущее было обозначено, когда Фонд Шёлкового пути и China National Petroleum вдруг взяли и приобрели 30% акций «Ямал СПГ» — одного из крупнейших в мире проектов по сжиженному природному газу.

Теперь Европа может сколько угодно думать об Арктике исключительно как о заповеднике с белыми медведями. Только более крупные игроки с этим не согласны.

Между тем, британское правительство больше заинтересовано в обсуждении яиц по-шотландски (это рецепт, а не пошлая шутка — прим.пер.) и рождественских настольных игр, чем интересом к захвату Арктики россиянами. Не менее пугает отсутствие интереса СМИ к геополитике.

Несмотря на штат из 2000 журналистов и 41 филиала за границей, ВВС ни слова не произнёс о новых российских ледоколах. Зато пару месяцев назад на сайте появился очередной снимок Греты Тунберг, позирующей с плакатом об изменении климата на айсберге.

Похоже, для британцев Арктика — лишь экологическая сказка.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!