Перейти к основному содержанию

Киевская телеграмма. Стратегия США по влиянию на КНР: непонимание процессов

Выстрелит ли нынешняя телеграмма?

В Atlantic Council вышла объёмная статья от анонимного автора, тесно связанного с Госдепартаментом США, а именно — по китайскому направлению. Текст является своего рода аналогией известной аналитической записки дипломата Джорджа Кеннана, где тот объяснял невозможность сотрудничества с СССР и описывал главные проблемы непосредственно власти в Союзе.

Кстати, в своё время легендарная телеграмма увидела свет тем же путём – анонимно. Тогда её опубликовал журнал Foreign Policy. Так что, полагаю, со временем все мы узнаем авторство и нынешней статьи. Что следует отметить сразу — современная версия «телеграммы» частично напоминает то же самое, что делали против СССР сами Соединённые Штаты.

Ведь основной проблемой для США является скорость роста КНР. Современный оппонент точно учёл ошибки, допущенные Советским Союзом. Но важно помнить: в телеграмме Кеннана было указано то, что Советскому Союзу противостоять относительно несложно. При этом не забывайте о реакции на горбачёвскую «Перестройку». Её считали переходным этапом к гибридному режиму социализма и капитализма.

Видя успехи реформ Дэна Сяопяна, страны Запада не на шутку испугались того, что в полной мере могут проиграть холодную войну. Дошло до невероятных масштабов. Даже случился сломанный телефон — многие неоконсерваторы всерьёз считали, что Рейган своим сближением с Горбачёвым предал цель антикоммунистической политики.

Опасения были не напрасны. Гонка вооружений могла отразиться в дальнейшем и на американской экономике. Так, в частности, даже в конце 1980-х были опасения, которые очень сильно схожи нынешним поводам для беспокойства. В своей статье «Gorbachev Wins One for Lenin» в The New York Post (от 13 декабря 1988 года) высказался американский политолог Норман Подгорец.

Тогда Норман вещал об опасности поражения Запада в холодной войне из-за фиктивной демократизации советского режима. Ведь за счёт этого Горбачёв получал бы технологические и экономические преференции от соперников. Всё это привело бы к «финляндизации» западного блока стран в целом. Рассматривая это с позиции более чем 30-летней давности, можно заявить: такого и быть бы не могло, поскольку к моменту публикации Советский Союз уже вовсю дышал на ладан.

Но давайте не будем забывать, как именно реагировали западные страны на события 1989–1991-х годов. Возьмём, к примеру, высказывание Тэтчер: «Дестабилизация Восточной Европы и распад Организации Варшавского договора были не в интересах Запада».

Говорит ли такая позиция о том, что страны Запада безапелляционно ждали распада СССР? По этой же теме звучит эссе колумниста Чарльза Краутхаммера в Time «No, The Cold War Isn't Really Over» за 5 сентября 1988 года. Автор прямо говорит, что новая доктрина Горбачёва в разы эффективнее брежневской.

А отказ от «неликвидных» коммунистических активов (то есть стран по типу Афганистана) лишь играет с странами Запада злую шутку. Тогда как заключение Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, наоборот, сделало Горбачёва популярнее среди европейцев, чем сам американский президент. Что уже говорить об известной речи Джорджа Буша-старшего «Котлета по-киевски».

Речи о заинтересованности в распаде СССР у стран Запада таки не было. Да и зачем он им был нужен?

Совсем недавно демократический блок успешно переманил Китай на свою сторону. В Поднебесной постепенно наращивали экономический потенциал — и всё под предлогом отталкивания китайцев от СССР. Дошло до того, что на съезде «Большой семёрки» было принято решение не накладывать санкций на Пекин за силовой разгон демонстраций на площади Тяньаньмэнь.

Это при том, что основным защитником Китая выступила Япония. Она аргументировала свою позицию тем, что «китайцы — очень бедный народ, ментальность у них не такая — да и вообще, с КПК выгодно дружить». Да уж, сейчас защитнички вынуждены ремилитаризировать своё общество и экономику, переживающую не самые лучшие времена.

В результате мы видим, что коллективный Запад никогда не понимал в целом все особенности происходящих процессов. Что в Пекине, что в Москве. Когда-то накачивая тот же Китай деньгами, в нынешнем противостоянии то и дело вспоминается приписываемая Ленину фраза:

«Капиталисты всего мира и их правительства в погоне за завоеванием советского рынка ‹…› откроют кредиты, которые послужат нам для поддержки коммунистической партии в их странах и, снабжая нас недостающими у нас материалами и техниками, восстановят нашу военную промышленность, необходимую для наших будущих победоносных атак против наших поставщиков. Иначе говоря, они будут трудиться по подготовке их собственного самоубийства».

И глядя на то, какими темпами растёт промышленность Китая, в голову сам по себе приходит чёткий образ: застоявшийся период НЭП для Китая. Бухаринские реформы, имплементированные Дэном Сяопином, способствовали спокойной индустриализации страны. Тихо, эффективно, без сталинских методов. Но основная проблема сейчас состоит в том, что Си Цзиньпин позиционирует себя как наследника политического завещания «великого учителя». Именно так Мао Цзэдун называл Иосифа Сталина, если кто-то не помнит. К слову, в этом же духе выдержан и основополагающий труд лидера нации — «Мысли Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой в новой эре».

В 2017 году нынешний кормчий выступал на XIX съезде Компартии Китая. Там он сформулировал свои политические принципы — причём вполне созвучные сталинским тезисам. «Улучшение благосостояния и повышение уровня жизни населения», «усилия ради народа», «укрепление всеобъемлющего процесса реформ», «последовательное утверждение законодательной основы и принципов правового государства»

Мало? Ловите ещё. Например, «охрана окружающей среды», «обеспечение национальной безопасности», «неизменность концепции «одна страна», «утверждение новой теории развития», «укрепление позиций народных масс как хозяина страны и защита их прав».

Если вы не поняли, насколько всё плохо, этот абзац для вас. «Максимальное усиление роли партии в деле армейского строительства», «воплощение в жизнь ключевых ценностей социализма», «обеспечение жёстких методов внутрипартийного регулирования», «формирование человечества, связанного единой судьбой».

Система перевоспитания, контроля, социальных баллов и национальное размывание — обо всём этом вы могли слышать в связи с Китаем. И подобные идеи как раз являются прямым сталинским наследием.

Заявленная председателем Си победа над бедностью стала аналогом выполнения сталинской модернизации 1930-х годов. Только здесь, на XVIII съезде КПК, была поставлена Си цель о достижении «средней зажиточности». При этом, как всегда, вопрос лишь в подсчёте. Так ввели минимум по зарплате, который не облагается налогом — 5 тысяч юаней. Человек, который в месяц получает меньше этой суммы, не платит отчисления. Соответственно, люди смогли сохранить для себя больше денег.

Является ли сталинская система полезной для мира? Вопрос риторический. Если вам нужен ответ для борьбы с такой государственной системой, то методы, предложенные для борьбы с поздним СССР, уже не подходят. Момент для купирования безнадёжно упущен.

Следует отметить, что сейчас оба гегемона испытывают демографические проблемы. Достигнут пик потребления среди населения, что грозит перепроизводством в случае невозможности найти рынки сбыта. А так как Китай является мировой фабрикой — противостояние за рынки может привести к настоящему военному конфликту.

США и Китай попали в ловушку Фукидида: обе стороны достигли такой степени противоречий, что вероятность конфликта неизбежна. Даже при условии, что сам конфликт несёт в себе большие потери.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!