Перейти к основному содержанию

Операция «Возвращение»

Кровавый кот Леопольд, не иначе

Примирение.

Это — общий мотив всех последних действий России. Это — общий мотив и тех, кто хочет подмахнуть её повестке, будь то в Украине, в Грузии или в залах ПАСЕ и ОБСЕ.

Примирение? Вы же хотите мира? Все хотят мира, не выдумывай. Это у тебя просто переговорщика нормального не было. Мириться нужно, пока молодой…

Ну, вы поняли. Страна, ещё недавно пугавшая всех «Искандерами» и ядерным пеплом, решила примерить на себя голубиные пёрышки.

Это логично, естественно и последовательно. Россия отхватила пару кусков от соседей, получила пакет санкций, выпала из мировых структур и убедилась, что дальше урвать не получится. Самое время откатиться и включить примирительную риторику — разумеется, не отдавая того, что уже получилось отнять у слабых.

Как это относится к нам?

Вы сами видите, как.

Давайте, для начала, проанализируем ситуацию со вчерашним неудавшимся телемостом. И рассмотрим его с двух сторон:

  1. Как инструмент предвыборной борьбы. С этим попроще, и это не так опасно.
  2. Как элемент в долгосрочной стратегии РФ и, увы, ЕС, направленной на примирение жертв с агрессором и нормализацию позиции РФ в мире. Вот это действительно опасно.

Предвыборная история. Меньше чем через две недели у нас выборы. Оба бывших Оппоблока пытаются сейчас откусить от «Слуги народа» кусочек пожирнее. Вряд ли стоит пояснять, что среди 73% избирателей, поддержавших Зеленского во втором туре, очень много их электората. Просто в этот раз эти люди голосовали за Зеленского как за наиболее реальную возможность снести ненавистную им власть Порошенко. Просто в качестве наглядного примера — в далёком от Донбасса, но традиционно благоволящем к регионалам юге Одесской области, в Измаиле, за Зеленского проголосовали 91% избирателей.

Теперь эти люди, по замыслу их предыдущих кумиров, должны вернуться в «бело-голубое» стойло.

Тема мира здесь — ключ ко всему. Именно она для этого электората является своеобразным «лакмусом», а для этих политиков основным предложением.

Именно поэтому стратегия Медведчука и Ко двояка. С одной стороны, они должны максимально показывать свою активность в процессе «замирения» — тут и обмен пленными, и поездки с переговорами в Москву и Питер, и этот нашумевший телемост. С другой стороны, они должны показать, что Зеленский против реального примирения с «мыжебратьями». Сынки, не верьте этому гаранту — и далее по тексту. Мол, он лишь притворяется приличным парнишкой из Кривого Рога, а на самом деле идёт на поводу у антироссийских сил.

Поэтому провокация с «телемостом» удастся в любом случае. Такая себе игра с заведомо положительной суммой.

Проведут мост при показном возмущении власти — им плюс. Зеленскому и СН минус. Не проведут из-за действий власти (например, прямого запрета регуляторов) — им плюс (за попытку). Зеленскому, опять же, минус (для определённой части общего электората). Не проведут из-за акций патриотически настроенной активной части населения при импотенции власти — им много плюсов, а СН много минусов…

Но это тактика предвыборной борьбы. Её результатом будет выбор 21 числа и конечное число кресел под заранее определенные задницы в Верховной Раде. И всё.

Намного хуже второй аспект. Уже не одно, казалось бы, разнородное событие сводится в цепочку, которая может означать реализацию через «окна Овертона» — то есть мягко, по частям, давая время привыкнуть — постепенного замирения с агрессором.

Я думаю, все согласятся с тем, что ЕС при молчаливом нейтралитете администрации Трампа уже давно хочет вернуть Путина в большую политику. Вернее, вернуть ему рукопожатность — то есть возможность вести с ним дела.

Трампу Путин нужен и как один из инструментов вытаскивания каштанов из ближневосточного огня, и для подписания мирного договора с Японией, и формирования из последней регионального противника Китаю, и для поддержки китайской стратегии Трампа. Да и просто для бизнеса.

Евросоюзу РФ и Путин нужны как сырьевая база во всё обостряющемся экономическом противостоянии с США и Китаем. Да и возможности для совместного бизнеса с РФ для европейских элит — очень и очень желательный бонус к урегулированию отношений.

И в этой системе мы — не жертва. Мы помеха. Досадное напоминание о том, что такой желанный деловой партнёр — всё-таки подонок и убийца. Неловко вышло.

Так что наши партнеры реально — и очень активно — хотят нашего замирения с агрессором. Ведь если мы сами протянем ему руку — какие уж тут будут к ним претензии?

Но факт агрессии и нарушения всех международных норм со стороны РФ налицо. И с этим нужно что-то делать. Вот тут вступают «окна Овертона».

Перестаём вспоминать, кто начал войну, и начинаем текущее общение с представителями РФ для того, чтобы показать населению стран ЕС — они без рогов и копыт, обычные люди, с ними можно общаться. Включаем гуманистическую повестку. Война — это плохо, это смерти простых людей, и каждый приличный человек должен стремиться к её прекращению ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ. Простые люди против войны. Война случилась из-за конфликта предыдущей власти. Вот только власть в Украине поменялась — и тут же реальные успехи по примирению. Население Украины за примирение. Мы приносим мир в Украину потому, что население хочет этого, а власть готова это реализовывать.

И прочие попытки промурлыкать в ухо капитуляцию жертвы.

А теперь посмотрите на происходящие события:

  1. Возврат РФ в ПАСЕ — включение общения с представителями РФ;
  2. Переговоры Путина с премьером Нидерландов, в результате которых РФ, похоже, просто выплатит материальную компенсацию жертвам сбитого ими Боинга без определения степени вины государства в этой трагедии;
  3. Посещение Туском вместе с Зеленским зоны разведения в Станице Луганской. Вот как вы думаете, для чего нужен был там Председатель Европейского Совета? Правильно, для подтверждения и легитимации процесса разделения — мол, при Порошенко не получалось, а тут сразу и получилось. Значит, просто реального желания искать мир не было. А также для формирования информационного повода в европейском информпространстве.

И так далее, и тому подобное.

Но замирение с РФ возможно только при уступках с нашей стороны. И это однозначно. Ведь мир после конфликта возможен только при сближении позиций сторон. И всё равно, за чей счёт. А уступать свои позиции в существующей ситуации РФ точно не будет.

Понятно, что такая повестка дня получит жёсткое противодействие со стороны активной и патриотически настроенной части населения. И это главная угроза осуществлению этого плана.

Поэтому, похоже, включается второе направление — дискредитация патриотов. Нужно показать жителям ЕС, что они маргиналы, против европейских ценностей, против свободы прессы, личных свобод, не считают жизнь и здоровье личности высшей ценностью, не уважают и уничтожают частную собственность и так далее. Применяют недозволенные в цивилизованном обществе методы борьбы — радикализация протестов. Их повестка не соответствует повестке страны, и они не пользуются поддержкой населения. В общем, злые люди, ничтожные люди.

Тут постоянные провокации тоже выстраиваются в одну цепочку: «избиения» журналистов «Страны» и людей Шария, постоянные попытки со стороны отдельных «ручных патриотов» устроить мордобой на акциях протеста, заявления об угрозах физической расправой по отношению к журналистам NewsOne и так далее.

Выходит формирование такой дихотомии — обычные люди и население за мир, радикалы — против. А тут такие мы — прогрессивные политики — поддерживаем простых людей и поддерживаем мир.

Формирование такой картинки в сознании европейцев — голубая мечта и РФ, и большей части политикума ЕС. Именно так они могут вернуть РФ в европейскую и мировую политику.

В чём главная опасность реализации такого сценария для нас? Делегитимизация патриотов в глазах европейского политикума открывает возможность применения силы государством против участников таких акций.

Ведь протесты Революции Достоинства смогли продержаться долгое время, окрепнуть и потом победить во многом благодаря позиции ЕС и США, которые сразу предупредили власть о недопустимости силового разгона мирного протеста, который реально поддерживало большинство населения.

А тот, кто думает, что власть не готова к силовым акциям против уличных протестов, — посмотрите на сегодняшнее состояние и оснащение Нацгвардии и сравните это с внутренними войсками образца 2013 года.

Пока мы сами часто льём воду на мельницу реализации такого сценария.

Происходит излишняя радикализация акций, видится участие в них возможных провокаторов и «стрёмных» радикально-патриотических структур.

Вывод — протест должен быть максимально эффективным, но при этом вынужден оставаться в рамках закона и уважения к европейским ценностям. Ну, или, по крайней мере, не нарушать их явно. Не давать повода представить происходящее, как бунт упоротых радикалов — а следует учесть, что в эту игру будут играть и отдельные «протестующие». Не стоит давать отделить протестующих от Украины и украинского народа и представить их в виде отщепенцев.

Наоборот — протест должен звучать как выражающий интерес не узких групп, а всего общества. Оптимально при этом поддерживать хоть какую-то коммуникацию протестующих с европейцами, с посольствами, с медиа. Да, это сложно.

Но именно так сейчас выглядит гибридная война.

''отсканируй
и помоги редакции