Перейти к основному содержанию

Романтический дебилизм

Люся, ну не лезь к взрослым дядям. Они устали.

Чем для вас стало предложение Арестовича переименовать Украину в Русь? Как по мне, оно предельно скверно даже не с оглядкой на то, что наследие Руси нам не так уж и необходимо. Дело в другом.

Например, в том, что во взрослой политике все эти пляски вокруг наследственности и апеллирования к исторической справедливости ничего не значат по сути.

Более того, выводить из них какие-то успехи в противостоянии российской агрессии напрочь лишены смысла. От этого не страдает ни политическая составляющая страны-агрессора, ни её экономика, ни военная мощь. Увы и ах!

Именно они, а не какие-то идеологические уловки являют собой ядро проблемы, стабильно доставляющей нам массу неприятностей.

И самое главное: весь этот сплошной мох идеологии запросто можно счистить. Как? Да с помощью контроля над собственным информационным пространством. Проще говоря, жёстким регулированием медиа и соцсетей — но уж точно не более энергозатратным переформатированием национальной идентичности.

Шкурка вычинки не стоит, дорогие.

Любой сносный маркетолог скажет вам горькую правду: ребрендинг большой фирмы, компании или корпорации обойдётся в огромные суммы. И будет прав.

С государствами дела обстоят примерно так же. Некоторые люди в нашей стране до сих пор называют Мьянму Бирмой. А любую точку на Балканах по привычке именуют Югославией. И здесь речь даже не о комфорте, упаси Господи.

Просто идентичность — это не домашние тапки с начёсом, а золотые эполеты.

И строить в Украине что-то, основанное на исторической справедливости (по крайней мере, как кажется тому или иному человеку) — лютый провал.

Так вы лишь обречёте себя на участие в вечной перепалке, победа в которой не даёт преимуществ. Зато поражение лишает равновесия уже ту часть государственности, которая успела сформироваться. Так зачем вам такие приключения, скажите?

Ребрендинг = дорого. Но не факт, что эффективно, примеров вокруг хватает.

Все эти разговоры о том, что мы «древнейшие», или «хотя бы древнее россиян» — очень весело и беззаботно. Но такой тезис никогда не уляжется в центре национальной идентичности просто потому, что его автору так захотелось.

На самом деле перед вами нереально опасное опосредование себя существующего через зависимость от себя же — но уже «гипотетического».

Смотрите сами. Если увлечься такими разговорами, мы имеем право на жизнь ровно настолько, насколько древнее наше государство. Ты что, мы же потомки Руси! Ух, давайте ещё Триполье и сарматов со скифами припишем сюда по приколу.

Уеллс помер, а машина часу таки знадобилась

Но наследие Руси как таковой — лютый внутряк между тремя народами.

Всё, что мы способны здесь выиграть — чисто внутреннюю, и то «идейную» победу над Россией и Беларусью. На практике это ничего, конечно же, не значит.

Да и западным партнёрам слово «Русь» не скажет больше, чем «Украина». Американцу плевать, немцам — тоже. Им важна реальная картинка. Кроме того, так вы попадёте на деньги, формируя целую кампанию по теме «Ой, а вот чем Rus отличается от Russia, и вот почему вторые не имеют права оккупировать первых».

История полезна, но она остаётся крайне скверным советчиком для политики в целом. Как говорил один мой преподаватель, история подобна анатомии для врачей.

Учи, сынок, учи. Просто лечить пациента всё равно придётся на базе других знаний.

Тот же Гегель говорил, что история ничему не учит — в результате нас не научили история и Гегель вместе взятые.

Можно трактовать историю по-разному, но ни в коем случае не считать её источником справедливости. Я советовал бы эту самую справедливость отряхнуть, почистить и заменить на политическую целесообразность. Не так красиво и высокопарно, конечно. Зато по-взрослому.

Пусть Украина-Русь будет хоть тысячу раз исторически справедливой, на практике смысла она всё равно не имеет.

А ещё такая суматоха с переименованием, случившаяся вокруг собственного названия — как бы подтверждение мифа, что Украина видит смысл своего существования в конфликте с Россией. Конфликт-то есть. Но мы не имеем права описывать себя как таких же россиян, но со знаком «минус».

Своя идентичность нужна. Но не дай Бог возводить её на опровержении всего, что происходит у соседа.

Примечание редакции. Ещё Клаузевиц намекал: обороной войну не выигрывают.

Особенно мне не нравятся любители дурацких идей, основанных исключительно на историко-филологическом или идеологическом противостоянии с РФ. Ради таких гениев мы просто обязаны пожертвовать частью национальной идентичности, которая вообще-то уже сложилась.

Алло, гараж! О какой украинской латинице можно думать? Каком отказе от православия? О каком осуждении Хмельницкого за договорняк с россиянами?

Ну да, теперь-то нам всё виднее. И кто большей угрозой был между Польшей и Московией. Правда, свои проблемы с этой точки зрения решить никак не можем — зато лезем судить о делах, произошедших целые века назад.

Может, нынешние проблемы Украина решит лет через семьсот. Но я бы хотел оперативности.

В общем, всё это выкорчёвывание бесит тем, что чаще всего оно преследует лишь одну цель: насолить россиянам. Нет, не победить, иначе я бы не имел ничего против. Только насолить.

Как переименование Украины ударит по российской армии? Чем смена нашей национальной идентичности помешает кремлёвским энергетическим узлам? А с каких чудес скифы и трипольцы в трижды переписанных учебниках задавят российскую экономику, играя лишь на своём поле — но точно не на выезде? Да никак.

Напоследок проедусь по политическому романтизму, который я начал поливать грязью совсем недавно.

Был такой немецкий философ Карл Шмитт, которого можно считать наибольшим теоретиком этого понятия. Так вот, он подчёркивал: политическим романтикам свойственно любование эстетическим началом, небрежно наброшенным на политику.

Ещё им свойственен оказионализм — то есть опосредование современности через определённое событие в прошлом. У нас это УНР, УПА, казаки или сама Русь.

Примечание редакции. Вообще-то мы тоже о Руси заикались, но уж точно не в контексте переименований — скорее, желании чтить корни без перекоса в сторону Запорожья. В общем, Арестович показывает ещё раз: ничто не портит идею так, как похожие мысли у очередного придурка с медиаресурсом.

Пятничное чтиво (мы ненадолго)

Вот только никакого смысла это романтическое опосредование не несёт. Кроме разве что отказа от себя нынешнего, полного игнорирования проблем и их решения. Но это не очень приятный результат, не так ли?

Это лишь ещё одни способ эстетизации политики, уж простите за очередную «-изацию». Когда становится больно, красота ничем не поможет.

Отсюда и уверенность в том, что нынешние беды исходят корнями из очередной «неправильной истории» или прошлого, «где надо было всё сделать иначе». Ой как просто всё! Ой какой детский синдром у взрослых дядек!

Так что выдохните и успокойтесь, если вдруг прониклись идеей «Руси» от Арестовича и других дурачков-идеалистов.

Вообще-то, перед вами очередная попытка «исправить историю». И цена такого переписывания — наша Украина, которая благополучно сложилась и окрепла в наше время. Ни на что не намекаю, но процесс крайне дорог. И уже не с точки зрения маркетинга.

Пускай мечтатели вспомнят 2014 год. Даже эту Украину — серую, вовсе не золотую, пропитанную коррупцией и провинциальностью — мы чуть не потеряли.

Теперь я точно не хочу ставить её на кон. Даже символически — это дебилизм.

Ой, простите, я совсем забыл: романтически-символический дебилизм, уходящий корнями в совершенно неправильное прошлое, которое срочно нужно исправить ценой настоящего.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.