Перейти к основному содержанию

Театр в Украине упадочен и порочен

Ребят, у нас тут гонзо-журналистика прямиком из провинциальных театров! И если после этих строк вы не открыли текст — в интересных материалах мало шарите.

А. Кронсгартен

Примечание редакции. Недавно в редакционном коллективе прозвучало мнение, что нам не хватает гонзо-журналистики. Как же нам повезло, что в этот же день уважаемый А. Кронсгартен решил выразить наболевшее и охарактеризовать родную сферу деятельности — украинский провинциальный театр. Наш опыт показывает, что текст лучше идёт под визуализацию любимого персонажа из «Шоу довгоносиків», но вы вправе выбирать и деда Панаса.

Фанфары. Занавес открывается.

Шо такое, товарищи, наш провинциальный театр и с чем его, извиняюся, едят? По первому пункту короткий, но содержательный доклад ниже, по второму — ответ очевиден: доедают без соли, как последний…

Отпивает из графина, занюхивает рукавом.

(Интимно) От тут меня часто на местах спрашивають, а фигли ты в наших театральных долбенях забыл, херр Кронсгартен? Бздишь в Киев переться понаехом?

Ответствую: бздю. Ибо он не резиновый, хотя активно кондомизируестся, снобски потеряв милую когдатошнюю способность соединять в себе столицу и периферию. Да и лучше быть первым парнем на селе. Из минусов — отлучение, за редким исключением, от сериального актёрского кормления, доступного токмо столичным небожителям.

Рыдает, прокашливается.

Итак, служить на театре в мухосрансках — удел говённых актёров, как сказал Виктор Андриенко по другому, правда, поводу. Удел дерзающих, способных за малый прайс переносить алкоголизм и бесперспективняк. Даже вывеска академического театра не утешает. МХТ, кстати, давно убрал когда-то понтовитую, а ныне вышедшую в тираж букву «А». Сейчас «Комеди Франсез» можно смело называть любой периферийный театр, ибо играются, в основном, лёгкие комедии. Иногда — в шароварах. Так повелось с лихих девяностых. Фантомные ощущения первых касс, срубленных в нулевые, когда пипл потянулся в театр, на пустышкы имени Камолетти сотоварищи, не дают покоя режиссёрам до сих пор. И хотя публика давно не дура и, насмотревшись в этих ваших интернетах всяких интеллектуальных изысков, требует уже и пищи для ума, а не только потакания нижним чакрам, сила инерции велика. К тому же классика предполагает серьёзный подход, а процветающее заробитчанство позволяет склепать очередной опус Красногорова-Курейчика-Куни за два месяца. Ку-Клукс-Клан линчует Шекспира, бо хлопцям потрібні гроші. Экспериментировать некогда, товарищи, ставим на верняк, хотя и тут иногда обсираемся, потому как деградация. (Жидкие ехидные аплодисменты.) Да, товарищи, плотники жили за рекой, работали споро, брали недорого, а получалось говно, как сказал классик. Не Андриенко.

Театр в долбенях — это герметичный мир. Династический институт содержанок обоих полов, приживал, кивал, жополизов и стукачей бережно передаётся из поколения в поколение. Здесь — стабильность. Всё так же до параноидальности перепугана бухгалтерия, выдающая нищенские гастрольные с выражением лица, которому позавидовал бы Гобсек. Тандем главбух – директор спаян намертво, и это понятно: если что —  им сидеть вместе, и даже известно в каком. Тем более, всегда есть за что. (Бурные аплодисменты, переходящие в овуляцию)

Пару слов за Министерство культуры. Даже одно. НЕПРАЧЕЧНАЯ. Псевдореформы, оправдывающие её существование, создают только проблемы. Контрактная система — рабовладельческая. Она де-юре закрепляет де-факто существующую структуру крепостного театра. Тут и создание абсолютной власти в лице директора, прибравшего к рукам ещё и полномочия худрука. И скотски составленный контракт творческого работника с максимумом обязанностей и минимумом прав. И разнобой в сроках действия контрактов: директорский действует два года, а актёрский — год, — что даёт возможность руководству выживать неугодных, создав невыносимые условия работы. Прецедентов же выигранных у администрации судов — единицы. Туда же — система выборов директора-худрука. Голос коллектива учитывается в последнюю очередь, а рулят свадебные генералы из общественных организаций. Туда же — отсутствие рычагов сдерживания и противовесов. Ублюдочные совковые профсоюзы и худсовет, как правило, карманные. СТД? Кто спросил о СТД? Товарищ, поднимитесь, я давно не видел наивного человека! (Сморкается в членский билет)

Но и дорогой администрации тоже не позавидуешь — она бесправна перед городской, постоянно меняющейся, властью. Едва успев мимикрировать под регионаловских бандитов, приходится перекрашиваться в патриотов. Те пили дорогой коньяк с марципанами, эти — ЗОЖники. Но подход к финансированию театра и у первых и у вторых напоминает генератор случайных чисел. Без бутылки не разобраться, товарищи!

(Отпивает из графина под недовольный гул зала)

Но. Но! Но!!! Каким-то чудом и в этом, не побоюсь этого слова, вертепе есть место, извините за высокопарность, творчеству. Каким-то, повторюсь, чудом удаётся заманить публику в зал и заставлять её плакать и смеяться. И горящие детские глазёнки на сказках дают стимул работать, забыв о пошлости и цинизме закулисья. Есть, есть ещё Надежда! Не та, которая уехала в Донецк, товарищи. Той место в местном оперном.

Прошу считать эти мартовские, но не меньшевистские, тезисы предвыборной «джинсой» и тронной речью будущего директора-худрука! Я обещаю отменить крепостное право, заменив оброком! Либерализм и право личности курить в гримёрках и ссать в рукомойники — моё кредо! Анархия — двоюродный медбрат порядка! Все на выборы, товарищи! Не все кандидаты…

(На трибуну летят гнилые помидоры из АТБ. Занавес. Все уходят в буфет)

P.S. Все факты и события вымышлены. Действие происходило на одной из экзопланет в системе TRAPPIST-1. Ни одна бутылка ДОРОГОГО коньяка не пострадала.

Данная рубрика является авторским блогом. Редакция может иметь мнение, отличное от мнения автора.

''отсканируй
и помоги редакции