Почему украинские реформы такие реформы 

Ребят, гринлайт о сложностях проведения реформ. Их много не бывает.


По «невероятно быстрым» украинским реформам не топтался в нашем обществе только ленивый. Говорят и об отсутствии политической воли, и о нежелании их проводить лично «товарища Порошенко», и о том, что реформы наша власть только имитирует. Каждый из таких критиков может противоречить другому критику и, в принципе, быть в чём-то по-своему прав. Однако у всех подобных размышлений о слоупочности или отсутствии реформ есть один нюанс, о котором чаще всего забывают практически все авторы. Это Украина, детка. 

Представим, что условное «Министерство Образования» возглавил идеальный реформатор. Он согласен работать за копейки, не имеет коррупционного прошлого, не собирается воровать и действительно разбирается в своем деле. Он имеет «План», у него нет  «пилы» и мерцает подозрительное сияние над головой. Он ставит на ключевые должности свою команду для реализации великого «Плана», издаёт Указы за всё хорошее и ходит на пресс-конференции гонять «скотыняк». Проходит время и выясняется, что в результате его действий в его управлении практически ничего не поменялось, а то, что поменялось – лучше б не менялось. Кто-то догадался, почему так произошло? 

Мы просто забыли, что настоящий источник власти не у этого Реформатора. На самом деле ни один министр, депутат или даже сам сын Порошенко не обладает такой безграничной властью, как незаметная Элеонора Павловна. Она возглавляет скромный отдел с длинным названием, допустим, «методологии для дошкольного воспитания». Её любит непосредственное начальство и уважают подчинённые. Она имеет солидный стаж, выступает соавтором множества учебников и методичек, регулярно проходит курсы повышения квалификации и ездит на конференции. Она публикуется в специализированных журналах и всегда вовремя сдаёт отчёты с хорошими результатами. У неё могут быть учёные звания и награды. Идеальный сотрудник с точки зрения высокого начальства, не так ли? 

Вот только у неё есть один минус, о котором все лично с ней знакомые знают, но молчат. Она совершенно некомпетентна в своей сфере и единственная причина, по которой она возглавляет свой отдел, в том, что её дядя, глава соседнего отдела, в своё время «занёс» заместителю министра ещё при Кучме, чтобы устроить «хорошую девочку». На всех курсах эта «девочка» повышает квалификацию при помощи Леси Украинки, диплом Майкрософта (владение ПК) гордо висит на салфеточке над экраном монитора с «косынкой», а на конференциях она просто дремлет. Её научные изыскания в лучшем случае о «влиянии дубовых полок на состояние "Кобзаря" Т.Г.Шевченко издания 1956 года» или просто копипаст, который ей сделал племянник-студент. Её методички создаются на основе её же позапрошлогодних и поза-позапрошлогодних «работ», а учебники ей дают на подпись сами авторы для одобрения и получения гонорара. Элеонора Павловна специалист высочайшей категории, но не в той области, в которой она трудится. Она профессионально собирает «косынку», невероятно трудолюбива в перекладывании бумажек и проявляет чудеса изобретательности в повышении «процента жиров в масле». Она генерирует массу интересных идей по вопросам, как переложить свою персональную ответственность на кого-то другого или вообще сделать её коллективной, а, значит, полностью уйти от неё. 

В то время, когда Реформатор издает условный Указ о максимальной интеграции в общество и противодействию дискриминации детей переселенцев, наша Элеонора мгновенно порождает актуальную методичку с рекомендацией провести специальное занятие с акцентом на переселенцах. На Указ начальства о содействии детям-инвалидам она переиздаёт прошлую методичку, но с новой формулировкой. Указ о патриотическом воспитании перерождается методичкой с требованием провести занятие о героях ВОВ для детей ясельной группы. И это мы опускаем, что творится, когда Реформатор зацепляет интересы самой «мелкой чиновницы». Она может быть доброй и чуткой, но её действия будут в лучшем случае хаотичны, в худшем – откровенно вредительскими. 

«Уволить и нанять нового специалиста», – скажете вы. Можно, но вот только сразу начнутся разговоры о том, что Реформатор «ставит кругом своих людей на потоки», убирает опытных хозяйственников и профессионалов, обладателей кучи грамот, поощрений и званий. Он дискриминирует по возрасту, полу и убеждениям несчастных сотрудников, ведь она была рьяной оппозиционеркой и порвала портрет Порошенко, который обнимает Реформатора. О ней хорошие отзывы и её защищает профсоюз. Даже если её удается убрать, тогда наша героиня или восстанавливается через наши справедливые суды благодаря нашему коммунистическому КЗоТу, или всплывает заместителем начальника отдела со скорым повышением (да-да, дядя уже позаботился). 

И такие «Элеоноры» продуцируются на всех уровнях. Они в отделах, департаментах, управлениях вплоть до низового уровня. На каждую такую чиновницу в министерстве есть другая в департаменте или отделе образования. Она может быть заведующей садика и занимать должность вплоть до воспитательницы, которая с логикой «опять в Киеве понапридумывали» лепит в лучшем случае несуразицу, в худшем – ничего не делает в принципе, ведь она тоже хочет стать «Элеонорой Павловной», но уровнем выше, чем сейчас. В результате абсолютно любая идея «сверху» проходит кучу поправок по пути «вниз». В лучшем случае получается «испорченный телефон», в худшем – откровенный саботаж и «итальянская забастовка». 

И такая ситуация повторяется во всех учреждениях, начиная с Минздрава и Минкульта и заканчивая Министерством Обороны. Просто где-то замешано больше личных интересов, где-то меньше. А если вспомнить о финансовых выгодах заинтересованных чиновников, просьб «дяди» из другого отдела и банальное желание, чтобы «голову не морочили своими технологиями, нам и счёты нравятся»... Что самое страшное – подобные «Элеоноры» в наших условиях практически неистребимы. Убрать «Василису Петровну» с её «у меня обед» в паспортном столе ничуть не проще, чем уронить «телефон» в лифте. 

Ситуацию теоретически может спасти только полная перезагрузка учреждения («сжечь напалмом»), но тут встаёт вопрос – где взять на освободившиеся места тысячи настоящих специалистов на зарплату в дай боже если половину рыночной в лучшем случае. Можно их увольнять точечно и с превозмоганиями, но это быстро превратится в борьбу с ветряными мельницами. На жёсткое давление начальства и общественности эта каста ответит только ещё более радужными цифрами, новыми «методиками» и уверенностью, что «скоро власть поменяется и всё вернется назад». Заняться в данном вопросе микроконтролем значит упустить все остальные направления Реформ. 

Наш Реформатор пытается продавливать хотя бы ключевые направления своего плана реформ, например, условное «высшее образование» – вылезают проблемы с профессорами, он занимается вплотную профессорами – вылезает проблема плагиата. А «суспiльство» настойчиво спрашивает – почему всё ещё нет подвижек с «высшим образованием». Реформатор пытается убрать совсем уж откровенных саботажников – заинтересованное общество при поддержке «медиаспільноти» гудит, что он «седлает потоки» или «борется с антикорупционерами». А если важное решение подразумевает сотрудничество с другими учреждениями, то ворох сопутствующих проблем утраивается. 

В сухом остатке выясняется, что одной смены руководства не хватает для решения фундаментальных проблем в обозримые сроки, а менять  подчинённых в целях повышения эффективности нельзя в таких масштабах, чтобы было заметно. Новоназначенный молодой энтузиаст быстро приходит к логичному решению, что раз сразу всё изменить не получится, то «менять нужно что получается», чтобы мелкие поправки в конечном счёте накопились до такой критической массы, которая смогла бы хоть как-то сдвинуть запланированную реформу с места. В результате появляются косметические изменения, которые окружающим кажутся надуманными (например, отмена устаревших актов регуляции) или те, которые можно «протянуть» силами одного Реформатора и его немногочисленной команды (например, реформа питания в отдельных воинских частях). На более масштабные проекты, вроде отмены ненужных бюрократических ограничений или реформы питания в целом по армии, нет сил, ресурсов и, самое главное, нужных кадров в нужных объёмах. 

В результате Реформатора снимают, потому что «не оправдал высокого доверия народа», весомых реформ нет, а Элеонора Павловна жуёт печеньку, запивает её чаем и ждёт пенсию (либо нового Реформатора).

Данная рубрика является авторским блогом. Редакция может иметь мнение, отличное от мнения автора.

 

 

Заметили опечатку? Выделите этот фрагмент текста мышью, и нажмите Ctrl+Enter.



Если вдруг Дискасс начнет показывать рекламу - пишите нам в ФБ.