Перейти к основному содержанию

Занимательная урбанина. Дорожная разметка

Кровь, молоко и немножко ДТП

Приветствую вас, мои немногочисленные читатели околокультурного ликбеза! Прошлые несколько лекций, как вы помните, были о кумовстве во многих его ипостасях.

Сегодня получилось иначе. Сначала я собирался рассказать об украинском кумовстве, потом подумал-подумал и решил — это вы и без меня знаете.

А после некоторых усилий появилась другая идея: сделать цикл статей о занимательной урбанине. Не знаю, как получится — ну то такое. В общем, буду писать о том, что вы видите каждый день. И начну с рассказа, откуда же взялась дорожная разметка.

Саундтреком же будет песня, имеющая самое прямое отношение к трассе Киев – Одесса.

В привычном нам виде история дорожной разметки началась с того, что однажды приуныл один хороший человек (прямо как блюз).

Некто мистер Эдвард Н. Хайнц, член дорожной комиссии округа Уэйн-Каунти (штат Мичиган, США), ехал по узкой детройтской улочке на своём автомобиле и грустил.

Грустно ему было из-за того, что впереди тащился молоковоз с надписью на борту «Кузьма» и объехать его не было абсолютно никакой возможности. Более того, молоко ещё и текло тонкой струйкой, оставляя за собой белесый след по дорожному полотну.

Сам не смог? Ковид помог!

Другой человек на месте мистера Эдварда Н. Хайнца догнал бы молочника и сказал, что у него молоко на дорогу течёт. Но вместо этого наш герой поехал к себе в офис.

И уже там он восторженно предложил разрисовать проезжую часть на поворотах и мостах. Простой белой линией — чисто, чтобы разделить дорожный поток на две части. Во избежание пробок и аварий.

Идея была воспринята на «ура!». Сначала в округе Уэйн-Каунти, а после и во всём штате Мичиган, так и маркировали опасные для участников движения части дороги.

Произошла эта история с молочником и членом дорожной комиссии в 1911 году.

"
Хайнц собственной персоной

Чтобы вы понимали, проблемы на дорогах стали возникать практически сразу, как только появились автомобили. Скорости были куда ниже, но толку?

Водители всё равно устраивали проблемы в стиле «Форсажа»: постоянно врезались в повозки, дома, давили пешеходов, гоняли на большой (относительно) скорости по городам, всячески безобразничали. А уж когда автомобилей стало много, ещё и пробки появились.

В общем, с тех пор ничего особо не изменилось. Вопрос разметки проезжей части таки стал актуален. И довольно быстро — чтобы хоть как-то определить, где и как разъезжаться этим обладателя самодвижущихся повозок.

Интересный факт. Знаете, кто и когда заговорил о грядущей необходимости делать повсюду монолитное дорожное покрытие и наносить разметку для безопасности движения? Впервые идея была озвучена ещё в 1883 году.

Джон Макни, профессор университета Южной Дакоты, сформулировал её… э-э-э… находясь под впечатлением от увиденного автомобиля.

Так Джон написал статью, в которой обосновал простой прогноз: когда машины начнут ездить со скоростью 25 км/ч по городу, всё это придётся сделать, дабы обезопасить горожан.

Что всё это наступит прямо-таки скоро. И что надо делать дорожное покрытие из бетона взамен брусчатки — да не потом, а уже сейчас, чтобы затем удобнее красить было.

Над ним, естественно, посмеялись. П-ф-ф, бред какой, 25 км/ч! Да вы, мистер Макни, фантазёр!

Как показала практика, очень даже практичным оказался наш фантазёр.

И вот, когда на Мичиганщине счастливые автомобилисты уже ездили по разделённым надвое дорогам, иллюстраций для хаоса без таких новинок даже не требовалось. Ведь в той же Калифорнии всё ещё царил беспредел. Продлился он аж до 1917 года. Там тоже понадобилась случайность.

Медсестра Джун МакКэрол спешила на авто к больному и попала в пренеприятнейшую историю. Её маленький «фордик» чуть не снёс летящий навстречу грузовик — но Джун таки удалось вырулить на обочину.

Посидела (поседела) медсестра, подумала… и предложила дорожным строителям разделять дорогу пополам. Пусть, мол, людям понятно станет, кому где проехать.

Если мистера Хайна на идею вдохновили молочные потёки, то мисс МакКэрол обосновывала своё предложение другим образом. Тем, что даже кровь в организме течёт в разные стороны по разным сосудам. Каждому своё, как говорится.

Местные власти похвалили Джун и благополучно забили на это дело.

Но медсестра была упорной. Купила белую краску и нарисовала вручную две мили разделительной полосы на улице, где стоял её дом.

Да и вообще всячески продвигала свою идею там, где только можно и нельзя. Справлялась с этим настолько настойчиво, что через семь лет власти штата сдались. В 1924 году они таки приняли закон, регламентирующий дорожную разметку.

"
Джун МакКэролл

Идея с разделением дороги оказалась действительно полезной. И следом за прогрессивными США идею с разметкой подхватили европейцы.

Сначала эту тему переняли власти больших городов. Затем, постепенно, нововведение перешло вообще на все дороги с твёрдым покрытием. Идея — да, но реализация была везде своя.

Где-то пытались рисовать линии жёлтым, где-то — белым. А в Третьем Рейхе разметка на автобанах, вообще, была чёрной.

На сером бетоне выглядело стильно. Но, как оказалось, не очень практично.

Социальненько, ничего не скажешь

Конечно, это не всё. После того, как с разметкой дорог для автомобилей всё стало окончательно проясняться, робко поднялся и вопрос о пешеходах. Мол, нам бы как-то перебираться на другую сторону дороги.

Желательно — не испытав при этом на прочность несущийся автомобиль. Правда, этот вопрос тоже потребовал времени (кто бы мог подумать?!).

До 1930-х годов, как оказалось, этим никто особо не заморачивался. Или, по крайней мере, мне ничего не удалось нарыть по этому вопросу. Так или иначе, сначала пешеходные переходы обозначали просто дорожными знаками. По типу «Осторожно! Дети» — только «Осторожно! Люди».

Но, как обычно, кто на эти знаки смотрит-то? Требовалось другое решение.

Более-менее сошлись на том, что надо рисовать на дороге. Поперёк рисовали, впродоль, и наискосок — тоже. Зеброй и сплошняком. Порядка, одним словом, не было.

"
Джеймс Каллаган в момент наречения разметки пешеходного перехода «зеброй»

Но в 1948 году вмешались дотошные британцы. Они решили с этим беспределом покончить.

Проанализировали огромное количество вариантов разметки для дорожного перехода. Опрашивали водятелов, пешеходов, полицейских. Рисовали пробные переходы. Считали, сколько людей сбивают на разных переходах и так далее.

И пришли к выводу, что оптимальным для восприятия вариантом разметки являются белые продольные полосы на чёрном покрытии.

Этот вариант так понравился премьер-министру Калагану, что он и придумал меткое название «the zebra crossing». В 1951 году провели первый эксперимент и покрасили все пешеходные переходы в небольшом городишке Слау.

Результат превзошёл все ожидания — за полгода сбили почти в пять раз меньше пешеходов, чем обычно. Звучит не очень, но каков прорыв!

И только после этого «зебру» стали использовать по всей стране. Как обычно, одни изобретают — остальные пользуются. Британский стандарт разметки пешеходного перехода вскоре разлетелся по всему миру — буквально за пару-тройку лет.

А в Германии даже стали праздновать «День зебры», настолько немцам это нововведение понравилось.

Дальше в дорожной разметке менялись лишь частности: ширина линий, цвет, дополнительные финтифлюшки вроде разметки под стоянку и светоотражающей краски. Но принцип оставался тот же.

Для разделения полос движения — одна длинная узкая продольная линия, для пешеходов отведена «зебра».

Так что, когда будете смотреть «историческое» кино о том, как в 1930-х годах детишки весело перебегают дорогу по «зебре», знайте — вам врут! Не было тогда никакой «зебры».

Понадобилось молоко, кровь, пара готовых ДТП и истинно британская дотошность. Только так и получилась дорожная революция.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.