Перейти к основному содержанию

Жертвы одного убийцы

Монстр, с лёгкостью убивающий своих граждан и соседей. #Ронин об убийстве Бабченко

Обновление от редакции: мы решили не писать и не исправлять этот текст после известия о том, что гибель Бабченко оказалась инсценировкой. Да, мы тоже повелись.

На самом деле, убить гражданского человека в многомиллионном Киеве ещё проще, чем в прифронтовом Мариуполе убить профессионального контрразведчика. Или проще, чем в напичканном стукачами и оперативными сотрудниками центре Донецка отправить одного щербатого гнома в космос на лифте. Или взорвать группу из СБУ, с целым полковником во главе, когда они решат окунуться после жаркого дня. Или сжечь в автомобиле штабного начальника управления в ЛДНР возле дома во время комендантского часа. Несмотря на то, что в «красной зоне» работать сложно — там с обеих сторон контрразведка, ребята из МВД, «конторы» пасут частоты, работают в адресах, хватает агентуры. Да и банально в это голодное время на востоке за ящик сгущёнки родственники вполне могут стучать на родственников.

И всё равно — полёт «Шмеля» в окно «Гиви», чтобы любитель кормить пленных погонами сгорел на работе. Кто это сделал? «Вероятно, не поделили отжатые автомобили и металл», — хитро щурились тогда украинцы. Взорвали на переезде комбрига из РФ — бывает, незачем шастать. Самовозгораются автомобили? Взорвалась «Стрела-10»? ЛЭП упала? Мост обрушился потому, что он тяжелее воздуха? Ну, слава Украине. Воздух у нас здесь такой. Благодатный.

Теперь через губу ухмыляются россияне. Бабченко? Что-то такое слышали. Журналист-неудачник. Мы вам ноту протеста напишем, что-то слишком часто граждане РФ гибнут в Киеве. Убийц русского человека Вороненкова нашли? Нет, а чего так? Плохо работаете. Потому что СБУ — это филиал ФСБ, как известно, и вам об этом завтра подробно расскажут десятки тысяч российских безымянных троллей на зарплате и топ-блогеры, вроде Шария из Голландии. О том, что безопаснее в странах Балтии, о том, что Киев не может защитить своих граждан, о том, что и Крым сдали такие же продажные «мусора» и комитетчики, враг не в Донецке вот это всё.

Но на самом деле это просто приятные побочные эффекты для российского режима. Основные задачи для политического террора — они ведь не для внешнего пользования. Они исключительно для внутреннего. Вы думаете, Меркадер убил Троцкого ледорубом за то, что тот много решал и значил, отсиживаясь в Мексике в 1940 году на пике мощи сталинизма? Вы думаете, Коновалец в Нидерландах перед смертью был огромной угрозой, ради которой стоило проводить международную операцию с риском засветить сеть агентов по Европе? Это был сигнал для тех, кто остался за колючей проволокой барака под названием СССР — или вы подчиняетесь, или вы мертвы. Коммунисты, пришедшие к власти через насилие и гражданскую войну, до смерти боялись именно силового «уличного» сценария, поэтому содержали раздутый карательный аппарат, стукачей и «Железный занавес». Парадокс, но они закончили именно после неудачного «путча» в Москве и десятков тысяч людей на площадях столицы — старая партийная «чуйка» их не подвела.

Одна из немногих вещей, способных сменить узурпатора Владимира Путина, — улица. Он создал ручную систему, где его можно убрать только силовым путём — импичмент не работает, выборы не работают, смена власти снизу невозможна. Люди, потерявшие всю семью на пожаре, становятся депутатами от «Единой России», недовольных сажают за репост или возят на прогулки к Кадырову, оппозиционеров убивают напротив Кремля. Хочу жить вечно — пока всё идет нормально. А вот какая-нибудь Манежная площадь или протесты за повышение пенсионного возраста могут перерасти в Майдан, и от этого очень печёт. Ведь на самом деле все, кому надо, по долгу службы знают, с чего РЕАЛЬНО началось в Сирии без руки Запада и монархий Залива — долгий период чрезвычайного положения с ограничениями свобод, проблемы с экономикой на фоне засухи и насилие против протестующих. Невозможность смены власти, невозможность социальных лифтов, невозможность говорить правду. Замкнутая система стремится к росту энтропии — ничего личного, просто физика. А потом взрыв. И не помогают ни спецслужбы, ни пыточные, ни подвалы, ни расстрелы из танков.

Самый же кошмарный сон российского режима — это российские оппозиционеры, журналисты, активисты, прошедшие «горнило» политической жизни Украины. Видящие, как можно блокировать президентские законопроекты и трибуну, как во время особого периода «блокировать» границу с РФ, как собирать в центре миллионного города палаточные лагеря и выдвигать такие лозунги, за которые в России убивают Немцова и сажают на много лет даже блогеров. Именно так и выглядит работающая демократия, несмотря на разрывание рта про хунту и переворот 4 года. Вы можете себе представить, что будет, если в Украине продолжится экономический рост, на фоне безвизового режима, движения в НАТО, на фоне приезда в Киев российских журналистов, оппозиционеров, активистов. Когда всем в России станет ясно — можно выйти из под влияния Кремля, можно снять узурпатора улицей, можно нормально жить при этом.

Когда годы санкций сделают своё, а оппозиционеры режиму смогут организовываться, координироваться и получать поддержку на территории 40-миллионной страны. Вот здесь болевая точка Российской Федерации — не в походах на Ростов, не в визовом режиме, не в ракетах, летящих на 400 километров. В «экспорте» условного Майдана и демократии на восток. Именно поэтому, в том числе, продолжается война, казнят «перебежчиков», как их понимают россияне, гибнут наёмники из Осетии, Приднестровья, кадровые российские офицеры четвёртый год изображают «шахтёров» без поддержки авиации. Потому, что в понимании Путина не должно быть хэппи-энда у страны, где российского ставленника смещают улицей, а вместо россиян в СБУ и Министерстве обороны действуют советники НАТО. Показательное отравление полонием Литвиненко и попытка убийства Скрипалей, невзирая на жёсткую реакцию Запада, цепочка странных смертей дипломатов  — это звенья одной цепи. Омерта. Молчи, согни шею или умрёшь.

«Страшно», говорят многие. В окопах напротив терриконов тоже страшно. И в оккупации страшно. Что делать, спрашивает себя каждый нормальный человек? Каждый день осознавать, что продолжается тяжёлая война на истощение в первую очередь. А на войне никогда нет готовых решений, которые могут гарантировать положительный результат. В 2014 году, когда противник рвал нашу жидкую линию опорных пунктов без единой системы огня набегами лёгкой пехоты, мы уплотнили позиции на линии боевого соприкосновения — ценой крови и частей на автобусах. Когда начался пинг-понг РСЗО и вагоны снарядов, закопали и залили в землю бетона на миллиарды гривен, теряя бойцов в лагерях на границе. Когда начались стычки за серую зону, выставили в первую линию корпусные разведывательные батальоны и сводные огневые группы СПН, во многих местах жестоко потеснив противника и заплатив дорогую цену. В ответ на снайперскую войну и вывоз на деплоймент спецов россиян, ВСУ и МВД начали закупать сотнями снайперские винтовки и готовить своих спецов. Украинцы нашли ответ спаму БПЛА пусками «Ос» и «Стрел» из тактического тыла — счёт сбитых аппаратов идёт на десятки. В 2014-2015 годах агентура россиян подрывала поезда на перегонах, мосты в Мариуполе и организовывала в Харькове или Одессе схроны с сотнями единиц оружия и десятками килограммами взрывчатки — вы слышали что-нибудь о подобном год назад? Мы учимся, они учатся — это беспрерывный процесс. Списки первых лиц «ополчения» и «корпусов», погибших при странных обстоятельствах, внушают не меньше, чем покушения в Киеве, поверьте мне на слово.

Политическим убийствам найти ответ сложнее — невозможно дать круглосуточную охрану каждому лицу, чья гибель вызовет реакцию в публичном поле или будет полезна россиянам. Хотя блогеры, журналисты, активисты и волонтёры, занимающие активную позицию, будут становиться целями всё чаще. Я хотел бы написать что-то другое, но не буду врать ради десятка лайков и кошерной концовки. В войне на истощение организационные структуры противника, идеология и решимость вести войну имеют приоритетное значение. Взятие очередного районного центра не даст ничего — советских боеприпасов и мобилизационных способностей сторон хватит воевать до второго пришествия. Убийство главы крупного волонтёрского сообщества или журналиста со 150 тысячами подписчиков и миллионной аудиторией будет приближать россиян к их стратегической цели. Разочарованности любой прозападной властью в Украине и попыткам договориться с теми, кто придёт в результате демократических выборов, о некой «нейтральности», как её понимают сторонники Путина.

В реальности, конечно, любая уступка режиму и прекращение давления на фронте приведёт в обозримой перспективе только к одному — экспорту «русского мира» с «ЛДНР». Следующий Харьков, дальше Сумы — диверсанты, активисты, телевизор с вышек в Донецке, смотрите, одни граждане Украины за 16 тысяч рублей убивают других. Изначальные требования федерализации — это попытки раздёргать регионы Украины, блокировать ключевые решения при помощи вето тех регионов, где сильны пророссийские позиции, а после «выдёргивать» субъектов по одному, как зубы при пародонтозе. Никаких хитрых планов — всё, как рисовали в карте про Новороссию на 11 областей.

Поэтому рецепт только один. Необходима полная и безусловная консолидация. Нужно помнить наших убитых и мстить за них — список «комбатов» и «комбригов» с той стороны должен подрастать как на дрожжах. Нужно осознавать необходимость рамок металлоискателей, одетых в полное боевое бойцов ЦСО «А» в Киеве, проверок документов и особого режима на Востоке. Быть готовыми принять недовольство и политические издержки сотен тысяч людей в случае визового режима с РФ. Продолжать заниматься военным делом и территориальной обороной настоящим образом. Прекратить выяснять, чьи гаражные поделки лучше, и кто был ближе к нолю в 2015 году. Прекратить рвать друг другу горло в преддверии выборов. И расстрелянный в центре Киева русский журналист Бабченко, и погибшая от взрыва 15-летняя девчонка в «красной зоне», и павший от пули снайпера сержант перед самой ротацией, и бойцы СБУ — жертвы одного и того же монстра. Путинского режима, убивающего своих граждан с такой же лёгкостью, как и соседей. Монстра, против которого мы сражаемся четвёртый год. Только это важно в продолжающейся войне. Страх можно побороть, но не надейтесь отсидеться от того, что приближается с востока, в уютных городах далеко от ЛБС. Оно коснётся каждого в той или иной форме.

Вечная память павшим, месть живым. Украина будет независимой. Россия будет свободной.

''отсканируй
и помоги редакции

'''