Перейти к основному содержанию

Аннексия Крыма в зеркале российской пропаганды

Разъединяющий Керченский мост. О последствиях строительства и аннексии в целом.

Керченский мост как аргумент агрессии

Керченского моста было для Путина сакральным действием. Планы по возведению моста, который соединит территорию России и полуостров, были заявлены Москвой уже 18 марта 2014 года, когда Путин выступил в Кремле с речью по поводу присоединения Крыма. Технические проблемы, отказ мировых компаний участвовать в строительстве, сумасшедшая стоимость на фоне разваливающейся экономики не принимались во внимание, но горькая пилюля от всемирного осуждения захвата Крыма требовала от кремлёвского лидера впечатляющих свершений, чтобы закрепить новый статус крымской территории. И самым эффектным пропагандистским трюком должен был стать мост между Крымом и материковой Россией, которая, по мнению Путина, должна была окончательно закрепить претензии Москвы на оспариваемую территорию. Потому этот проект стал принципиальным для Кремля не только в геополитическом, экономическом и военном смысле, но и в первую очередь в плане удовлетворения диктаторских амбиций лидера Кремля.

И когда Путин залез в кабину оранжевого строительного грузовика и проехал на нём через 12-мильный мост в Крым на полгода ранее намеченного срока, то светился от чувства собственного достоинства: ведь продемонстрировал миру и своему народу, что, несмотря на изоляцию и санкции, он в состоянии довести до конца огромный проект. Тем самым доказав, что аннексия Крыма необратима.

Пропагандистская машина была запущена по всему миру. Russia Today и Sputnik в круглосуточном режиме на всех языках пытались оправдать незаконный захват Крыма и представить мост историческим событием объединения «исконных» российских территорий.

Чтобы добиться пропагандистского успеха принципиального в экономическом и военном смысле проекта, Кремль даже смирился с плохим качеством строительства и угрозой разрушения моста в результате зимних штормов. Так, украинские, а также российские эксперты указывают на большие изъяны в конструкции, с которыми правительство смирилось, чтобы быстро завершить её возведение. Использование моста большегрузными автомобилями вызывает вопросы с точки зрения безопасности, а сомнения по поводу того, сможет ли конструкция одновременно выдержать вес поездов, грузовиков и автомобилей, привели к тому, что в Крыму только одна неизвестная фирма согласилась застраховать мост.

Так или иначе, для Путина Крымский мост ознаменовал собой окончательный, «физический» этап присоединения полуострова к России, когда Крым оказался подсоединённым к российской инфраструктуре. И даже The Washington Post был вынужден признать, что «Владимир Путин открыл мост стоимостью 4 млрд долларов, напрямую связывающий Россию с Крымом. Это обеспечило ему пропагандистскую победу, вызвавшую осуждение Запада, и послужило очередной демонстрацией персонализированной системы власти». И действительно, мост не просто соединяет два берега: по информации исследовательской организации The Jamestown Foundation, он представляет собой центральный элемент военной стратегии России в регионе. Так как мост проходит через Керченский пролив, россияне в случае необходимости могут заблокировать с его помощью половину украинского побережья. Для защиты моста были созданы специальные подразделения Нацгвардии, а в непосредственной близости в Крыму размещена батарея С-400.

Инцидент в Керченском проливе

Динамика конфликта между Россией и Украиной практически незаметно для мировой общественности переместилась на Чёрное море. После открытия в мае 2018 года моста, несмотря на заключённый в 2003-м договор, предусматривающий свободу судоходства в Азовском море и Керченском проливе, Россия фактически блокирует доступ в Азовское море кораблей высотой более 33 метров, а катера российской погранслужбы в Азовском море начали силой останавливать и контролировать суда, следующие в украинские порты, в первую очередь Бердянск и Мариуполь. Россия, в конечном итоге, хочет отрезать украинские территории вокруг Мариуполя и Бердянска от морского пути, и тем самым ослабить этот регион и Украину в целом.

Инцидент в Керченском проливе и его окрестностях превратился в прямую военную конфронтацию между Россией и Украиной. Вечером 25 ноября 2018 года погранслужба ФСБ РФ открыла огонь по кораблям ВМС Украины в нейтральных водах — ранены несколько украинских моряков. Корабли были задержаны и переправлены в порт Керчи. Параллельно с военной эскалацией на украинскую инфраструктуру была осуществлена хакерская атака, доступ к интернет-сайтам украинских ВМФ и Минобороны был внезапно заблокирован.

Вооружённый захват Россией трёх украинских судов за несколько дней до запланированной встречи двух лидеров США и РФ в кулуарах заседания «Большой двадцатки» в Буэнос-Айресе продемонстрировал готовность Путина идти на обострение конфликта, невзирая на последствия.

И цель боевой атаки российских силовиков не только в нанесении ущерба украинской морской торговле в Азовском море. После строительства Керченского моста Москва фактически взяла Азовское море под контроль. И, вероятно, следующим шагом РФ будет аннексия Азовского моря и богатейших украинских нефтяных месторождений в Чёрном. Это морское пространство становится третьим очагом российско-украинского конфликта, после Крыма и Донбасса.

Имеются предположения, что российское руководство ещё не полностью отказалось от идеи сухопутного моста в Крым, в связи с чем контроль над проливом и Азовским морем приобретает особое значение.

Что получил от Крыма Путин?

О позитиве присоединения Крыма для РФ, который разгоняется кремлёвской пропагандой, мы уже рассказали. Подобными действиями Москва стремится продемонстрировать украинскому населению экономическую и политическую недееспособность его государства.

Но, с другой стороны, внутри страны Путин переживает серьёзный спад популярности — она опустилась до самой нижней отметки с момента, предшествовавшего аннексии Россией Крыма в 2014 году. Поэтому соблазн ухватиться за конфликт в Керченском проливе, чтобы с помощью внешнеполитической эскалации отвлечь внимание от внутренних проблем России и мобилизовать общественное мнение, у Кремля очень велик. Даже маленькая победоносная морская война хорошо подходит для того, чтобы урегулировать падающую популярность Владимира Путина.

Тем не менее, массированная пропаганда личной роли Путина в аннексии Крыма и строительстве Керченского моста, как ни странно, привела к обратному эффекту внутри России.

Российские СМИ во всех деталях документировали непосредственное участие Путина в крымском и керченском проектах, однако такое фокусирование на роли Путина высветило и неприглядную сторону: бессчётное количество плохих автодорог, железных дорог и мостов по всей стране, которые, в отличие от Крыма, не пользуются личным покровительством президента. Ведь очевидно, что стремление правительства вкачивать деньги в Крым будет означать, что проекты в других местах России будут получать ещё меньшее финансирование. А глава Минэкономразвития РФ Алексей Улюкаев уже оценил общий объём российских инвестиций в Крым в 150–200 млрд рублей в год (3,2–4,3 млрд евро) на протяжении нескольких ближайших лет. И основная часть инвестиций ляжет на плечи российского бюджета и государственных предприятий. При этом привлечение иностранных инвесторов маловероятно, поскольку присоединение Крыма к России не признано, и международные компании опасаются санкций со стороны Евросоюза и США. Всё это подпитывает протестный потенциал. Россию захлестнула невиданная по своему размаху волна протестов против власти, в том числе и против аннексии Крыма.

"

Да и само открытие моста носило скорее театральный, чем реальный характер, потому что главные магистрали, которые идут к мосту как со стороны материка, так и через весь Крым, только строятся.

И если ранее вооружённое присоединение Крыма Путиным пользовалось огромной поддержкой в России, то многие россияне, посетившие Крым в первые два года после присоединения, остались разочарованы сервисом и в дальнейшем предпочли проводить бюджетный отпуск в Сочи или в Турции.

В самой России на бытовом уровне всё чаще задают вопрос: а стоил ли захват Крыма международной изоляции, санкций и ухудшения экономической ситуации для большинства россиян?

Вывод один — нынешняя Россия настолько полна противоречий, что строит мосты, которые больше разъединяют, чем объединяют. Примером тому может служить Керченский мост, который, объединив полуостров Крым с Россией, ещё дальше отдалил РФ от всего мира.

Кто виноват и что делать?

Исторически сложилось так, что в своей стратегической доктрине россияне всегда видели в Украине буферную зону перед лицом западных захватчиков. Нет сомнений, что Путин использует ситуацию в Керченском проливе как очередной повод прощупать границы дозволенного, проверить, как далеко Запад даст ему зайти.

И, к сожалению, особой волны поддержки Украины не последовало. Большинство западных правительств, естественно, осудили российское поведение Москвы и призвали к деэскалации. Однако более жёсткой реакции от своих западных партнёров Киев так и не увидел.

Теоретически Евросоюз может ввести санкции против России из-за провокаций в Азовском море, однако такие страны, как Италия, Австрия или Венгрия, скорее всего, не одобрят подобные меры. И прямая военная поддержка со стороны НАТО в Азовском море «иллюзорна», о чём свидетельствует реакция Трампа, который так и не выступил с прямым упрёком в адрес России.

Это убеждает Кремль в понимании того, что ни одно государство не захочет подставляться ради защиты свободы навигации чужой страны и дальше формальных заявлений в поддержку украинской позиции дело не пойдёт. И в этом свете нельзя исключать того, что конфликт между двумя странами не закончен и в любой момент может вспыхнуть с новой силой.

Более того, аннексия Крыма и инцидент в Азовском море продемонстрировали, как мало Путин беспокоится об ответной реакции Европы или американского правительства во главе с президентом Трампом.

Подобная реакция далека от адекватной. США должны решительно двигаться в направлении сдерживания дальнейшей агрессии со стороны России. В том числе с помощью новых санкций и поставок противокорабельных ракет, которые позволят нам лучше защищать себя.

Западные страны, как и в 2014 году, по всей видимости, будут осторожны, остерегаясь прямого военного столкновения с Россией. Но они хотя бы должны дать понять, что не готовы быть свидетелями того, как РФ, по сути, аннексирует Азовское море, и введут новые жёсткие санкции, если Москва не гарантирует свободный проход для украинских кораблей.

Но прежде всего украинский конфликт должен снова подняться в списке политических приоритетов США и ЕС.

Если такого не случится, это развяжет Москве руки в намерении и далее использовать Крым в качестве «авианосца», чтобы распространить свою власть на обширную часть Чёрного моря.

''отсканируй
и помоги редакции

'''