Перейти к основному содержанию

Дебальцевский плацдарм: Вступление. Углегорск. Никишино

Дебальцево, небольшой городок в Донецкой области, находящийся на узле железнодорожной ветки, стало эпицентром одного из основных военных событий российско-украинской войны.

Подразделения, участвующие в обороне Дебальцевского плацдарма зимой 2015 года:

128-я ОГПБр,

17-я ОТБр,

1-я гвардейская ОТБр,

30-я ОМБр,

54-й ОРБ,

РТГр 169-й УЦ «Десна»,

79-я ОАЭМБр,

24-я ОМБр,

57-я ОМПБр,

26-я ОАБр,

27-я РАБр,

44-я ОАБр,

55-я ОАБр,

101-я ОБрО ГШ,

13-й БТРо «Чернигов – 1»,

25-й БТРо «Киевская Русь»,

40-й БТРо «Кривбасс»,

42-й БТРо «Рух Опору»,

батальон НГУ имени Кульчицкого,

8-й батальон НГУ,

батальон «Донбасс» НГУ,

милицейский батальон «Киев – 2»,

батальон патрульной милиции «Чернигов»,

милицейский батальон «Артёмовск»,

милицейская рота «Свитязь»,

3-й полк СпН,

8-й полк СпН,

73-й МЦ СпН,

91-й ОПОЗ,

Международный миротворческий батальон имени Джохара Дудаева.

Дебальцево

Дебальцево — небольшой городок в Донецкой области, находящийся на узле железнодорожной ветки — стало эпицентром одного из основных военных событий российско-украинской войны. Именно ожесточённые бои зимы 2014–2015 года привлекли к нему внимание, как к самой масштабной военной операции сепаратистов и войск РФ.

db1b

С начала вооружённого конфликта на востоке Украины Дебальцево, как и большинство других городов Донецкой области, перешло под управление самопровозглашённой «ДНР». В апреле 2014 года тамошние госинституты перестали подчиняться украинским властям.

После восстановления контроля над Славянском ВСУ перешли в наступление в секторе С, в котором находился этот населённый пункт. Во второй половине июля подразделения Вооружённых сил Украины начали наступать в сторону Дебальцево с целью рассечь территории Донецкой и Луганской областей. В результате непродолжительных боев 21 июля город перешёл под контроль ВСУ.

События конца лета-начала осени заставили пересмотреть концепцию ведения АТО после вторжения регулярных российских войск на территорию Украины. После чего в районе Дебальцево, в котором самым ближним к позициям сепаратистов был небольшой городок Углегорск, начала формироваться линия обороны.

В состав группировки войск сектора С входили силы и средства 128-й отдельной горно-пехотной бригады; 17-й отдельной танковой бригады; 57-й отдельной мотопехотной бригады (17-й, 42-й отдельные мотопехотные батальоны) 1 БТГр, 5-го механизированного батальона 30-й отдельной механизированной бригады; 13-го, 25-го, 40-го, 43-го отдельных мотопехотных батальонов; РТГр 92-й отдельной механизированной бригады; РТГр 169-го учебного центра сухопутных войск; 54-го отдельного разведывательного батальона; аэромобильной роты 80-й отдельной аэромобильной бригады; сводной роты 101-й отдельной бригады охраны; 1-го гаубичного артиллерийского дивизиона (без 3-й батареи) 44-й отдельной артиллерийской бригады; 2-го противотанкового дивизиона 26-й артиллерийской бригады; 1-й батареи 1-го гаубичного артиллерийского дивизиона 55-й отдельной артиллерийской бригады; взвода разведки батареи управления и артиллерийской разведки 1-й отдельной танковой бригады; 2-го взвода дивизиона артиллерийской разведки 26-й артиллерийской разведки; 6-й батареи 2-го зенитного ракетно-артиллерийского дивизиона 1129-го зенитно-ракетного полка; сводных отрядов 703-го инженерного полка и 3-го отдельного инженерного строительного батальона; группы 91-го отдельного полка оперативного обеспечения.

Подразделения ВС Украины выполняли задачи в секторе С по изоляции кризисного района в полосе с разграничительной линией: слева – Золотое, Горское, Белогоровка, Кременная; дело – Рассыпное, Кировское, Нижняя Крынка, вдоль реки Крынка, Енакиево, Димитров путём несения службы на 23-х блокпостах, 37-ми опорных пунктах и осуществляли охрану 4-х объектов.

Военные комендатуры разворачивались в н.п. Артёмовск, Дебальцево, Константиновка, Красный Лиман, Славянск.
Подразделения НГУ привлекались к изоляции кризисного района путём установления контрольно-пропускного режима на 13 блокпостах вблизи населённых пунктов Карповка, Андреевка, Ивановка, Северск, Дебальцево, Артёмовск, Попасная, Камышеваха, Горное, Врубовка, одного наблюдательного поста в районе Новоивановка и осуществляли охрану 4-х объектов.

Подразделения МВД изолировали кризисный район путём установления контрольно-пропускного режима на 14-ти блокпостах возле населённых пунктов Дебальцево, Мироновский, Ольховатка, Булавинское, Дружковка, Константиновка, Углегорск, Чернухино, Артёмовск и осуществляли патрулирование в местах базирования.

С целью усиления группировки войск (сил) сектора С завершались перемещения железнодорожным транспортом и осуществлялись разгрузки на железнодорожной станции Изюм:

- 30-й механизированной бригады (без 1 БТГр; РТГр 3-го механизированного батальона, 4-го, 5-го механизированных батальонов) с последующим следованием в район боевого назначения (Артёмовск);

- противотанкового артиллерийского дивизиона (без батареи) 55-й артиллерийской бригады с последующим следованием в район боевого назначения.

Под Дебальцево с лета 2014 года не происходило серьёзных боестолкновений, но регион нельзя было назвать тихим.

Только у 25-го БТРо за период с августа по январь погибло 8 бойцов. Диверсионные группы «Л/ДНР» постоянно ходили к городу. После объявленного в сентябре перемирия там придерживались режима прекращения огня, хотя периодические обстрелы случались. Как потом оказалось, эти обстрелы были своеобразной мотивацией «закопаться», выстроить систему ВОПов и РОПов, вырыть окопы. Именно благодаря этому бойцы на Дебальцевском плацдарме понесли столь низкие потери во время интенсивного артиллерийского огня «Л/ДНР» и подразделений РФ в период зимних боёв (под низкими потерями имеется в виду до сотни погибших от артобстрелов в течение трёх недель, учитывая их интенсивность).

В январе-феврале на протяжении почти трёх недель два раза в сутки (ночью и к началу утра) по Дебальцево и позициям ВСУ возле него отрабатывали три дивизиона «Градов» (до 54 пакетов!). Помимо этого, по городу и окрестностям палили: батарея «Пионов», как минимум, одна батарея «Ураганов», два дивизиона артиллерии 152-мм калибра. Артиллерию 122-мм калибра и миномёты при создавшейся плотности огневого поражения бойцы уже и не считали. После нарушения перемирия боевиками «ДНР/ЛНР» и начала ожесточённых боёв в районе Донецкого аэропорта командование ВСУ поняло, что весь военный потенциал собирается для удара в одном из направлений, формируя ложные пути наступления. Оба армейских корпуса «ДНР» и «ЛНР» готовились к наступлению.

Дебальцево как одно из возможных направлений атаки было усилено в январе 2015 года подразделениями ВСУ и МВД.

Основу группировки НЗФ, действовавших на Дебальцевском направлении, составляли преимущественно подразделения так называемого 1 АК «ДНР» численностью до семи БТГр из состава 1-го, 3-го, 5-го и 7-го отдельных мотострелковых бригад. Их действия поддерживали до двух БТГр 2 АК «ЛНР».

Боевики были сосредоточены преимущественно в населённых пунктах, приближенных к Дебальцево. В Зайцево и Гольмовском – до 200 боевиков, в Енакиево – до 2000, в Кировском и Шахтерске – до 300, в Торезе и Снежном – до 1000, в Вахрушево, Красном Луче, Антраците – до 1200, в с. Петровском – до 200, в Фащевке – до 600, в Стаханове, Брянке, Алчевске, Перевальске – до 1500 человек.

Расположение регулярных подразделений Вооружённых сил Российской Федерации.

По данным Генштаба ВСУ, восемь дивизионов реактивной и ствольной артиллерии Вооружённых сил РФ были развернуты возле населённых пунктов Нижняя Крынка, Торез, Фащевка, Стаханов, Брянка, Алчевск, Селезнёвка, откуда осуществляли обстрелы позиций украинских подразделений.

Восемь БТГр Вооружённых сил РФ были сосредоточены на временно оккупированных территориях Украины вблизи Дебальцево (ниже перечень):

  • БТГр 20-й отдельной мотострелковой бригады (Волгоград) Южного ПО – в районе Горловки;
  • БТГр 21-й отдельной мотострелковой бригады (Потоцкий) 2А Центрального ВО – в районе Енакиево; 
  • БТГр 28-й отдельной мотострелковой бригады (Екатеринбург) 2 и Центрального ВО – в районе Брянки, Стаханова;
  • БТГр 32-й отдельной мотострелковой бригады (Шилово) Центрального ВО – в районе Енакиево;
  • БТГр 138-й отдельной мотострелковой бригады (Каменка) 6А Западного ВО – в районе Снежного, Тореза;
  • БТГр 200-й отдельной мотострелковой бригады (Печенга) ПФ Северного ПО – в районе Фащевки, Никишино, Кумшацкого;
  • БТГр 13-го танкового полка 4-й танковой дивизии (Наро-Фоминск) 1-й танковой армии (Бакова) Западного ВО – в районах Новосветловки, Кировского, Енакиево;
  • БТГр 104-го воздушного полка 76-й десантно-штурмовой дивизии (Псков) НДС – в районе Георгиевки, Горловки.

Вблизи населённых пунктов Торез, Снежное, Шахтерск, Донецк были развёрнуты средства ПВО и подразделения РЭБ регулярных подразделений Вооружённых сил РФ.

Перед зимними боями в Дебальцево прибыла инженерная рота, которая выкопала и построила укрепления для бойцов.

Часть укреплений делали сами бойцы по своей инициативе. Тем не менее, неоднократно отмечалось, что некоторые укрепрайоны были оборудованы неправильно. Так, некоторые окопы были вырыты в таких местах, что не имели обширного визуального контакта с окружающей местностью. Проще говоря, боец, находясь в этом окопе, имел весьма ограниченные возможности к организации обороны. Некоторые палатки были просто врыты в землю, никто не позаботился о том, чтобы выложить брёвна сверху, сделав полноценные блиндажи. Недостаточное количество капониров для техники на огневых рубежах в дальнейшем тоже негативно сказалось на последующих боевых действиях. Тем не менее, в районе Дебальцево был организован довольно серьёзный укреплённый рубеж, который хорошо защищал бойцов в период ожесточённых артобстрелов. Также надо отметить инициативность некоторых боевых подразделений, заливших бетоном укрепрайоны на местах своего базирования, вытащивших на позиции бетонные блоки и организовавших оборону места своего расположения.

В районе города были начаты наступательные военные действия со стороны сепаратистов, которые достигли пика 22 января, что было озвучено самопровозглашенными властями «ДНР». В основном бои сводились к обоюдным обстрелам артиллерии, которая была расставлена в секторе. Именно от работы нашей у боевиков начались серьёзные потери. В ответ они наносили огневые поражения по посёлкам: Попасная, Троицкое, Никишино, Чернухино, Ольховатка, Редкодуб и по самому Дебальцево. Оно было относительно плохо защищёно, линия обороны была со стороны «Дебальцевского креста» — перекрёстка дорог перед городом.

Основная линия обороны – это линия опорных пунктов возле населённых пунктов в окружении Дебальцево, расстояние между которыми периодически было в 5-7 км. При начале активных боевых действий командование ВСУ начало наращивать группировку украинских войск.

По данным Генерального штаба ВСУ, на 27 января 2015 в секторе С были привлечены около 13 тыс. личного состава. Из них:

1. Вооружённые силы Украины – более 8000 чел.;
2. Национальная гвардия – до 1500 чел.;
3. Служба безопасности Украины – до 250 чел.;
4. Министерство внутренних дел – более 3000 чел.

В составе группировки сектора С насчитывалось: танков – 120 ед., боевых бронированных машин – 530 ед., артиллерийских систем – 180 ед., реактивных систем залпового огня – 65 ед.

При этом общая численность личного состава подразделений непосредственно в районе Дебальцевского выступления в феврале 2015 составляла около 4700 военных ВС Украины:

по рубежу Семигорье – Троицкое – до 1500 человек;

по рубежу Углегорск – Дебальцево – до 2700 человек;

по рубежу Булавинское – Никишино – до 500 человек.

В этом же районе от Национальной гвардии, Министерства внутренних дел и Службы безопасности Украины были задействованы около 500 человек.

В распоряжении наших войск вблизи Дебальцево было:

танков – 50 ед.;

артиллерийских систем – 40 ед.;

реактивных систем залпового огня – 15 ед.

Силам АТО в секторе С противостояли группировки российско-террористических войск общей численностью более 19 тыс. человек. В его составе насчитывалось: танков – 170 ед., боевых бронированных машин – 280 ед., артиллерийских систем – 290 ед., реактивных систем залпового огня – 110 ед.

При этом только в районе Дебальцево противник имел:

танков – до 120 ед.;

артиллерийских систем – до 180 ед.;

реактивных систем залпового огня – до 60 ед.

Всего в период с 31 января по 17 февраля по позициям наших подразделений ежесуточно происходило менее 100 обстрелов со стороны противника. Для подавления огневых средств, уничтожения резервов противника силами АТО было нанесено более 1500 ракетных ударов и огневых налётов артиллерии для поддержки подразделений. Вели оборонительные действия в секторе С.

За время осенних боёв в секторе сложилась эффективная система управления артиллерийским огнём. По особенностям рельефа местности самыми уязвимыми, с точки зрения возможностей артиллерийской поддержки, оставались опорные пункты в Никишино и Редкодубе, а также весь углегорский участок обороны. В штабе 128-й бригады была организована хорошая работа по огневой поддержке наших боевых порядков и довольно эффективная контрбатарейная борьба. Одну из ключевых ролей в налаживании эффективной боевой работы сыграли офицер 128-й ОГПБр «Скеля» и группа артразведки 25-го ОМПБ «Киевская Русь». Это позволяло на первых порах уверенно отражать массированное наступление противника, за исключением указанных проблематичных районов. Но невосполняемые в течение сражения потери артиллерии группировки в стволах значительно снижали мощь огневой поддержки. Так, убыль в артиллерии на протяжении трёх недель боёв составила около 70%. А все три САУ, прибывшие для восполнения потерь, вышли из строя по техпричинам в течение первых трёх суток. Причина — плохая подготовка и обслуживание при снятии с длительного хранения. Помощь «старшего брата» (артбригад с «большой земли») не могла полностью компенсировать эти потери. А модель управления огнём через несколько штабов снижала эффективность такой помощи на порядок. Только в финальной части сражения эта порочная практика была временно отложена и корректировщики практически напрямую работали со стволами «старшего брата», что дало очевидный сокрушительный результат для противника.

Подобная картина с износом артиллерийских стволов и невысокой эффективностью работы артиллерии была и в других подразделениях, которые работали по Дебальцевскому плацдарму. Тотальное, нарастающее с каждым днём огневое превосходство противника не оставляло возможности удержать город.

Учитывая то, что район соприкосновения был относительно небольшой и основные пути наступления были хорошо пристреляны украинской артиллерией, первые наступления боевиков захлебнулись. Обычная попытка штурма под Дебальцево выглядела таким образом: боевики с техникой пытались выдвинуться к укрепрайонам ВСУ, их замечали разведчики, работавшие в районе боевых действий, и наводили на них артиллерию. После потерь, нанесённых огневым поражением, боевики ретировались. Идея боевиков раздавить сопротивление ВСУ под Дебальцево при помощи численного превосходства двумя корпусами «Д/ЛНР» не приносила своих плодов.

Основные потери сепаратистов вылились в противостоянии конца января. Учитывая бесплодность попыток наступления, в организацию боевых действий подключились штатные войска РФ с их командирами. Для первого удара был выбран Углегорск, параллельно с наступлением из Санжаровки на опорный пункт «Валера». Их целью было оформление окружения по линии Углегорск – Логвиново – Санжаровка. Бой на опорном пункте «Валера» детально описан во многих источниках — как украинских, так и сепаратистских. В итоге противник потерял 5 танков (3 из которых были уничтожены прямо на опорнике) с экипажами, в том числе их командира с позывным «Монгола». Одним из результатов этого боя было снятие комбата сепаратистского батальона «Август». После боёв за Новогригорьевку 7–8 февраля этот батальон был расформирован через потерю боеспособности ввиду больших потерь. Пехота до опорного пункта не дошла по той причине, что была рассеяна украинской артиллерией на подходе. Эти бои научили сепаратистских танкистов не атаковать украинские опорные пункты без поддержки пехоты.

4 февраля в разгар боевых действий на Дебальцевском плацдарме Генсек ООН Пан Ги Мун и глава представительства ЕС по вопросам внешней политики Федерика Могерини призвали стороны к перемирию для эвакуации жителей Дебальцево и прифронтовых населённых пунктов. Стороны конфликта дали согласие, и благодаря договорённостям были вывезены порядка 5 тысяч человек с района военных действий. Тогда же было выявлено, что абсолютное большинство жителей, желающих эвакуироваться с района активных сражений, отказались выезжать на территории, контролируемые «Л/ДНР» и россиянами.

Само Дебальцево атаковали более 5 раз. Наступления были со стороны Никишино, 2 раза — со стороны Новогригорьевки, Углегорска (успешно), было 2 штурма самого Дебальцево. 

После потери Логвиново конвои в Дебальцево продолжали водить бойцы спецназа. Поскольку дороги простреливались и за ними вели наблюдение силы противника, колонны нередко попадали под огонь и в засаду. Одним из таких трагических событий стала гибель группы 3 СнН Юрия Бутусова. Она шла в авангарде колонны 101-й бригады, что, по сути, повлекло за собой уничтожение группы спецназа и пленение нескольких десятков бойцов. 

Проведением активных рейдовых и штурмовых действий в районах Дебальцево, Чернухино, Каменки, Ольховатки, Санжаровки, Нижней Лозовой и Луганского при поддержке РСЗО, артиллерии и танков противник прорвал оборону ВСУ по направлению Вергулёвки, вышел на рубеж восточной окраины Дебальцево и взял под контроль основные административные здания города (железнодорожный узел, микрорайон Октябрьский). 

Артиллерия к тому времени отрабатывала цели уже не по мере поступления информации, а в порядке очереди. Целей для поражения артиллеристам подавалось столько, что они не успевали их отрабатывать. Потому некоторые огневые удары наносились лишь через 40 минут, после того, как передавались координаты о скоплениях сил противника. Излишне говорить, что к тому времени в этом районе вражеских подразделений уже не было.

Во время городских боёв в Дебальцево критически не хватало координации украинской группировки штабом сектора. Дублирующие виды связи реализованы не были, поэтому, когда город накрыли российские РЭБы, координация боевых действий стала совершенно неэффективной. Штаб не получал актуальной информации от опорников; иногда выдвигал войска на позиции, не зная, что там уже находятся сепаратисты; дублировал передвижения разных подразделений, в результате чего они встречались на одной позиции, неинформированные о том, что придут на позицию не одни. К этому времени артиллерия боевиков приблизилась на необходимое расстояние для подавления украинской, что ещё больше снизило эффективность применения контрбатарейной стрельбы украинской артиллерией.

В самом Дебальцево обстановка была напряжённой. Жителей на улицах не было, украинских военных тоже было мало, по самому городу нередко бродили диверсионные группы противника.

Отдельно стоит упомянуть сотрудников Дебальцевского городского отделения милиции. В основном его штат представляли правоохранители, которые остались верны присяге и покинули самопровозглашённые «Л/ДНР». Они не раз вступали в бой на улицах Дебальцево с диверсионными отрядами противника. Во время одного из таких столкновений погиб начальник горотдела милиции Евгений Юханов. Боевики, понеся потери от столкновений с дебальцевскими силовиками, в итоге неоднократно вели артиллерийский огонь именно по городскому отделению милиции.

Как потом признавался командир милицейской роты «Свитязь» Александр Фацевич: «Я в Донецкой / Луганской области милицию сильно недолюбливал. Было за что. Не раз вступал с ней в конфликты, потому мы, придя в Дебальцево, тоже очень резко и жёстко повели себя по отношению к дебальцевским милиционерам. А потом узнал, как они сражались, как защищали город, какие потери понесли… стыдно стало. Они Дебальцево защищали до последнего, как и следовало людям, давшим присягу и не свернувшим с пути».

После того как появилась опасность полного окружения, после потери населённого пункта Логвино, что позволило боевикам перекрыть основную логистическую коммуникацию, в Генштабе ВСУ начали разрабатывать план выхода войск из Дебальцево. Проанализировав ситуацию и погодные условия, было решено отводить группировку в сторону Артёмовска. Снижение температуры позволило использовать для передвижения не только автомобильные, но и полевые дороги. Принятию этого решения и отводу войск способствовали условия, которые сложились в секторе С.

Основным условием было то, что противник, понеся значительные потери в результате ударов ракетных войск и огня нашей артиллерии, был вынужден вывести свои артиллерийские системы с периметра Дебальцевского выступления на безопасные расстояния и сосредоточить их юго-восточнее и юго-западнее Дебальцево. После чего существенно снизилась интенсивность обстрелов подразделений сил АТО. По сравнению с 101 обстрелом в течение суток 16 февраля, количество обстрелов по состоянию на 07:00 17 февраля составляет 39 обстрелов, а по состоянию на 07:00 18 февраля снизилась до 19 обстрелов.

К сожалению, информация о выводе войск из Дебальцево появилась в сети интернета, потому ГШ в срочном порядке пришлось изменять этот план.

Подготовка операции по отводу войск осуществлялась заблаговременно с максимальным соблюдением режима секретности и ограниченным составом должностных лиц, соблюдая скрытность. Содержание боевых распоряжений на дальнейшие действия передавали только командирам бригад лично, подразделения отводили поэтапно. Отход войск на определённые рубежи обороны был организован и проведён с минимально возможными потерями личного состава, вооружения и военной техники. К сожалению, этот элемент скрытности сыграл и плохую роль. Так как в секторе была проблема координации и связи с отдельными подразделениями, потому некоторые из них получали приказы слишком поздно, с некоторыми не могли установить связь из-за её сильного подавления в секторе российскими РЭБами.

Некоторые командиры на опорных пунктах и позициях получали приказы через SMS-сообщения, так как и мобильная, и радиосвязь в отдельных районах отсутствовала, что не добавляло организованности. После уничтожения радиоточки на «Дебальцевском кресте» огнём артиллерии связь между украинскими подразделениями нередко осуществлялась путём отправки «гонца». Проведение мероприятий для дальнейшего выхода из Дебальцево было начато ещё до получения из штаба приказа на выход. По итогу некоторые подразделения так и не получили такого приказа и их действия не были скоординированы штабом сектора, потому, по сути, они принимали решение уже по ходу боевых действий, получив информацию от других подразделений, что те выходят.

Подразделения противника к тому времени были истощены. Вследствие значительных потерь их наступательный потенциал был подорван. Для продолжения наступательных действий требовали не менее двух суток для отдыха, пополнения запасов ракет и боеприпасов, а также перегруппировки резервов, которые были остановлены огнем украинской артиллерии. В этот период и было осуществлен вывод украинских войск из Дебальцево и его окрестностей.

Накануне выхода из Дебальцево, подразделению спецназа 8-го полка с двумя приданными танками «Булат» и подразделениям Нацгвардии была поставлена задача отбить железнодорожный вокзал, сковать силы противника, остановив продвижение в город, что позволило бы подразделениям, находившимся в Дебальцево, покинуть его.

Спецназ с Нацгвардией и танкистами вернули под контроль железнодорожный вокзал и продержали его сутки, что дало возможность украинским войскам покинуть город. В процессе этих боёв Нацгвардия получила приказ отступать из Дебальцево в составе колонн, идущих на выход. Спецназовцы с танкистами отступили к больнице, подобрав там дезориентированных и не имеющих связи с основной группой войск пятерых бойцов 128-й бригады, после чего танки уехали и присоединились к колонне, идущей на выход, а спецназовцы остались одни с бойцами 128-й бригады.

Спецназовцы вышли из Дебальцево в Новогригорьевку, но потом, обнаружив, что этот населённый пункт уже не контролируется ВСУ, пошли на выход из сектора. В это время другие подразделения спецназа искали в секторе потерявшихся и заблудившихся бойцов, которые ещё не вышли из него. К сожалению, не всех удалось найти в сложившихся условиях, и эти бойцы в дальнейшем либо сами выходили, либо попали в плен.

Вывод подразделений осуществлялся в следующие три этапа:

На первом этапе происходил вывод подразделений 128-й отдельной горно-пехотной бригады, которые выполняли задачи в районе населённых пунктов Малоорловка, Новоорловка и Орлово-Ивановка. В состав авангарда вошли рота и 15-й горно-пехотный батальон.

На втором этапе выводились подразделения 128-й отдельной горно-пехотной бригады, которые выполняли задачи на восточной окраине Чернухино (опорные пункты «Балу», «Федор», «Александр», «Виталий»).

На третьем этапе – вывод подразделений, а также командных пунктов 128-й отдельной горно-пехотной бригады и сектора С непосредственно из района Дебальцево. Прикрытие отхода обеспечивалось арьергардом из состава механизированного батальона 128-й отдельной горно-пехотной бригады.

Отвод войск осуществлялся по двум основным маршрутам небольшими колоннами под прикрытием боевых бронированных машин и артиллерии, не допуская движения отдельных машин.

Первый маршрут проходил через населённые пункты Дебальцево, Новогригорьевка, Троицкое, второй – Дебальцево, Новогригорьевка, Нижнее Лозовое, Луганское.

При этом для введения противника в заблуждение был использован неверный маршрут выдвижения, на котором проводилась имитация движения колонн.

Для обеспечения отхода войск была создана система районов, рубежей и позиций. На передовой позиции перешли к обороне подразделения 3-й танковой роты 1-й танковой бригады и 30-й отдельной механизированной бригады.

В глубине оперативного построения войск были созданы и содержались мобильные бронегруппы. На речке Луганка были оборудованы две основные и одна запасная понтонные переправы.

Второй рубеж обороны был оборудован по границе подготовленных опорных пунктов, на которой был спланирован переход к обороне подразделений 128-й отдельной горно-пехотной бригады и восстановление их боеспособности.

Обеспечение ухода войск сектора С, прикрытие их флангов, поддержка огнём арьергардов и недопущение преследования противником осуществляли путём занятия господствующих высот; проведения специальных действий сводным отрядом из состава 3-го и 8-го отдельного полка специального назначения в районе между рекой Санжаровка и семью опорными пунктами, а также двумя небольшими группами (по 50-70 человек в каждой) от 95-й отдельной аэромобильной бригады в районе с. Нижнее Лозовое; проведения инженерной разведки на маршрутах выдвижения с целью выявления и обезвреживания мин и фугасов; обеспечения обозначения минных полей наших войск, а ещё определения огневых «коридоров» и нанесения огневого поражения противника в районах северной и северо-западной окраин м. Дебальцево и на маршрутах выдвижения наших войск. 

Для недопущения скопления военной техники в населённых пунктах и на барьерных рубежах силами военной службы правопорядка было организовано комендантскую службу на мостах, переправах, маршрутах выдвижения подразделений и на 5-ти проходах по рубежу железной дороги: восточная окраина Семигорье – станция Калиново-Попасная. Направления отвода подразделений подсвечивались пусками сигнальных ракет.
После отвода подразделения 128-й отдельной горно-пехотной бригады были сосредоточены в районе сбора (г. Артёмовск).

После выхода украинских войск из Дебальцево противник делал отчаянные попытки захвата населённых пунктов Луганское, Мироновский и выхода на рубеж Новолуганского, Мироновского дальше по берегу реки Луганка. Этому способствовало оставление по приказу командира 128-й горно-пехотной бригады в ночь с 18 на 19 февраля подразделениями бригады и 13 мотопехотного батальона опорных пунктов на флангах тактической группы «Барс», чем противник мгновенно воспользовался.

В течение 19 февраля 30-я механизированная бригада вернула контроль над взводным опорным пунктом «Павел-13» и ещё двое суток отражала атаки противника, который пытался захватить его и взять под огневой контроль значительную часть Луганского.

Неоднократно под прикрытием плотного огня артиллерии и миномётов мобильные группы противника в составе 2-3 танков, усиленных пехотой на БМП и автомобилях, пытались проникнуть вглубь обороны украинских войск и захватить господствующие высоты с целью создания опорных пунктов для развития наступления.

18 февраля в районе Санжаровки было сосредоточено до 40 единиц бронетехники противника. Только сосредоточенный огонь тяжёлой артиллерии непосредственного подчинения штаба АТО заставил боевиков отвести свою БТГр в глубину обороны.

Активные действия мобильных групп 95-й аэромобильной бригады, усиленных танками 14-й механизированной бригады, мощный огонь артиллерии, действия из засад снайперов подразделений специального назначения и общие потери, которые противник понёс в боях за Дебальцево, истощили его, и уже с 21 февраля противник прекратил любые действия на этом направлении.

Во время боев вблизи Дебальцево в период с 15 января по 18 февраля погибли 110 человек, 270 были ранены, 7 – взяты в плен и 18 пропали без вести. За всё время обороны Дебальцевского выступления погибли 136 и были ранены 331 военнослужащих ВС Украины.

Значительными были потери украинских войск в вооружении. Около 30% техники было уничтожено противником или выведено из строя силами наших подразделений.

21 февраля боевики начали оттягивать части в тыл для восстановления боеспособности. Интенсивность обстрелов резко упала, на некоторых позициях противников были обнаружены муляжи техники. Стало ясно, что враг отказался от дальнейших штурмов по этому направлению. Проанализировав общие ошибки Дебальцевской операции, а также получив возможность создания выровненной линии обороны (до этого времени территория вокруг Дебальцево была своеобразным аппендицитом, выпирающим из линии обороны, и имела довольно большой периметр, который было необходимо оборонять), были обустроены соответствующие фортификационные сооружения, была усилена линия обороны. На данном участке впервые в 2016 году относительно заработал режим прекращения огня, а подразделения тактической группы «Барс» были переданы в непосредственное подчинение штаба сектора С в Артёмовске.

Углегорск

Город был атакован 28–29 января. Там стояли несколько блокпостов, практически отсутствовали защитные сооружения. Оборона в основном осуществлялась подразделениями 13-го отдельного мотопехотного батальона, противотанкового подразделения и подразделений МВС (рота «Свитязь»). По словам очевидцев, украинская техника не была вкопана, танки и МТЛБ не имели капониров и противотанковые пушки на танкоопасных направлениях стояли открыто, являясь лёгкой мишенью. Со стороны Каютино были расположены два опорных пункта 1301 и 1302, на которых стояли бойцы 13-й МПБр под командованием офицеров с позывными «Волк» и «Яблоко». Подразделением противотанкистов руководил офицер с позывным «Грач». Боевики проникли в город в гражданской одежде и в момент атаки поддержали штурмовую группу сепаратистов и военнослужащих РФ из Бурятии, которые были переброшены в числе подразделений, помогавших в прорыве Дебальцевской линии обороны.

db1b

Этот населённый пункт имел крайне невыгодное для обороны положение. Сам город и подходы к нему полностью просматривались и простреливались противником, напротив — со стороны врага было много «слепых» зон и плотных даже зимой «зелёнок», вплотную подходящих к городу и дороге Углегорск – Дебальцево.

Опорный пункт на железнодорожном переезде (1301) был буквально сметён в весьма короткое время, бои переместились в город. Часть бойцов перешли на опорный пункт 1302, часть — были взяты в плен. Противотанкисты не вступили в бой, уйдя в интернат в свой КП. Пока на опорнике 1301 работал танк, танковые атаки отбивались, был уничтожен танк противника из засады. После боя у танка заклинило пушку, противотанковых средств у бойцов не было, а МТ-12 так и стояли неиспользованные, без расчётов. По этой причине опорник и пал в довольно короткое время. Танки противника пытались зайти и с других сторон, но подорвались на выложенном за сутки до этого минном шлагбауме. Обе стороны начали наносить взаимные артиллерийские удары. В самом Углегорске начались танковые бои. Танк, поехавший на помощь 1301, был подбит. По мнению очевидцев, город атаковала танковая рота противника. Четыре танка подорвались на минном шлагбауме у предместья; один вступил в бой в самом Углегорске, подбив украинский танк, но был, в свою очередь, уничтожен другим танком ВСУ.

Параллельно этим событиям сепаратисты начали брать Углегорск в окружение. Учитывая тот факт, что силы сепаратистов и войск РФ значительно превышали силы и средства ВСУ в секторе, было принято решение отступить. На тот момент в городе оставалась уже небольшая группировка ВСУ, состоящая из артиллеристов (35 человек), бойцов 13 ОМБр (около 60 человек) и окопавшаяся в интернате милицейская рота «Свитязь» (37 человек).

В первый день штурма Углегорска командование сектора поставило задачу снять с Коммуны «кого можно» и в составе сводной колонны совместно с подразделением Нацгвардии зачистить город. Около 50 человек из состава 2-й роты и РОП 25-го ОМПБ во главе с комбатом на БТР-80 и двух БМП-1, совместно с подразделением Нацгвардии (около 50 человек) на пяти БТР-80 выдвинулись в Углегорск. В районе первых домов спешились и оставили бронетехнику. В город заходили двумя группами по параллельным улицам: одна — во главе с «Высотой» (командиром 25-го ОМПБ) и «Скорпионом», вторая — во главе с «Мажором» и «Бандитом». 25-й ОМПБ и нацгвардейцы батальона им. Кульчицкого заходили с улицы Некрасова почти одновременно. Когда вышли на улицу Матросова, часть батальона им. Кульчицкого (1-й БОН) продолжила движение и пошла по улице Садовая, а другая — пошла одновременно с 25-м ОМПБ по разным сторонам улицы Чкалова. Продвигались по Чкалова без сопротивления (80-мм миномёт запустил несколько мин), было незначительное сопротивление на улице Садовая. Когда подразделения дошли до перекрёстка с улицей Терешковой, начался сильный бой. Был убит «Бандит», а на улицу заехал танк ВСУ, чтобы подавить огневую точку, однако его подбили. За ним заехал второй танк для эвакуации и БМП, которая и подавила огнём, дав возможность уйти. Поскольку уже было темно и продолжать бой было сложно, командование дало приказ на отход. Отходили одновременно. Снайпер и медик 1-го БОН Нацгвардии оказали медицинскую помощь раненым 25-го ОМПБ. 25-й ОМПБ начал отход раньше на своей броне, а 1-й БОН отступил примерно через полчаса, дождавшись транспорта. Только после эвакуации убитых и раненых тактическая группа 25-го ОМПБ покинула Углегорск. Итог боя — 2 убитых, 3 раненых со стороны 25-го ОМПБ. Противник тоже, очевидно, понёс потери в результате этого боя, которые не было возможности подтвердить.

Подразделения ВСУ и МВД в течение двух суток контролировали южную часть города, кроме интерната. Был занят Дом культуры, который держали для подкрепления, что должно было прийти. Но поскольку оно всё никак не появлялось, здание пришлось оставить.

На второй день штурма к Углегорску были выдвинуты два взвода 30-й бригады с четырьмя танками и шестью БМП и подразделения НГУ (батальон им. Кульчицкого) и батальона «Донбасс».

Изначально штурм Углегорска предлагалось осуществить двумя ротами 30-й бригады, но комбат 30-й бригады обосновал невозможность этой операции столь малыми силами. В итоге командование сошлось на том, что две роты 30-й бригады дадут «коридор» четырёмстам нацгвардейцам, которые и зачистят город. Планировалось использовать подразделения НГУ «Донбасс», батальон им. Кульчицкого и батальон им. Джохара Дудаева. По итогу из Нацгвардии к Углегорску подъехала лишь сводная группа в количестве семидесяти человек, состоящих из бойцов «Донбасса» и батальона им. Кульчицкого.

Взвод 30-й бригады на БМП и НГУ выдвинулись в обход города со стороны Александровского / Каютино, чтобы зайти в него. По дороге они состыковались с подразделением «Донбасс» НГУ (2-й и 5-й взводы), которое передвигалось в основном на колесной технике. Из бронированной у «Донбасса» была только БРДМ с установленным СПГ, а у 30-й бригады — четыре БМП, два танка, пять единиц колесной техники. Один командир взвода «Донбасс» случайно сбился с дороги и со своим подразделением заехал со стороны Савельевки в Углегорск.

По замыслу командования, в Углегорск с двух сторон при поддержке брони 30-й бригады должна была зайти Нацгвардия и осуществить зачистку города, разблокировав украинских бойцов в интернате. Группировка зашла со стороны троллейбусной линии. «Донбасс» и бойцы батальона им. Кульчицкого  спешились и начали осуществлять зачистку. Ротный 30-й бригады взял взвод и пошёл в город вслед за «Донбассом» под прикрытием БМП. Танки остались на въезде в город.

Выдвинувшись к интернату, нацгвардейцы и бойцы 30-й бригады вступили в бой с силами противника. Подъехали две вражеские БМП и танк, начались городские бои. В ходе боя нацгвардейцам удалось сжечь один танк и один танк подбить. Был сожжён «Урал» сепаратистов, угнан МТЛБ (его заправили и завели прямо во время сражения), стоявший недалеко от интерната. Также был уничтожен склад боеприпасов. После приказа на отступление, поступившего в 12:00 ввиду появления резерва противника, выдвигавшегося на помощь боевикам, находившимся в Углегорске, подразделения Нацгвардии и ВСУ вышли из города, забрав часть заблокированных ранее в нём бойцов с опорника 1302. Подразделения противотанкистов и «Свитязь» остались в интернате. После городских боёв украинская группировка отошла с этого фланга без потерь, захватив двух сепаратистов в плен и отступив к месту базирования.

В это время с другой стороны Углегорска организовывался параллельный штурм силами взвода 30-й бригады на одном танке и двух БМП и «Донбасса» НГУ.

Группа, заходившая в Углегорск со стороны Дебальцево, шла следующим порядком: спереди ехал танк, далее — две БМП, два «КрАЗа» и два джипа «Донбасс» НГУ. Позади двигались автомобили командования батальона «Донбасс». Руководили ротой «донбассовцев» командиры с позывными «Казбек», «Третий» и Семён Семенченко со «Сватом».

Подъехав к остановке перед Углегорском, бойцы заметили, что место пристреляно, деревья были посечены, вокруг висели пакеты, выполняющие роль флажков для корректировки огня по ветру.

Перед въездом в город были организованы две засады, которые контролировали дорогу. С одной стороны был сделан капонир для танка, со второй – вкопана БМП. Когда в секторе обстрела танка и БМП появилась группировка, движущаяся в сторону Углегорска, по ней открыли огонь.

Со стороны города выехал из засады танк и первым же выстрелом подбил украинский танк, который ехал впереди колонны. С танка посыпались люди, которые были на броне. После чего началась перестрелка. БМП начала сдавать назад, подавив нескольких солдат, которые пытались спрятаться за броней. Бойцы рассредоточились, открыли огонь.

АГС подавил огонь крупнокалиберного пулемёта, бойцы получили передышку. Был обнаружен отряд противника, заходивший в тыл для того, чтобы перерезать путь к отступлению и взять группу, наступающую на Углегорск, в кольцо.

Нацгвардейцы и солдаты 30-й бригады начали отсекать огнём подходящую группу врага, откинув её назад. Стало ясно, что штурм на Углегорск провалился. Нацгвардеец с позывным «Якут» поехал собирать бойцов, чтобы вывезти их из боя. Туда же подъехал джип разведчиков 73-го МЦ СпН, забравший нескольких бойцов.

К месту боя прибыл генерал Аллеров, руководивший Нацгвардией в этом секторе, чтобы увидеть своими глазами сложившуюся ситуацию и скоординировать действия защитников. Также к ротному «Казбеку» подъехал автомобиль, в котором сидели два офицера роты «Свитязь». Командир «Свитязя» оказал неоценимую помощь в координации выхода подразделений из Углегорска, он по телефону согласовывал действия выходящей группы НГУ.

Разведкой 73-го МЦ СпН у Дебальцево также был замечен бывший комбат батальона «Донбасс» НГУ Семён Семенченко. Сам Семенченко, после того, как сводная группировка попала в бой, через какое-то время покинул место боя, уехав в сторону Дебальцево. Украинские подразделения, планировавшие зайти по дороге в Углегорск, хаотично отступили. Разведчики 73-го МЦ СпН доложили о бое, как и о том, что, по сути, они являлись свидетелями, как гражданское лицо участвовало в командовании боем подразделения НГУ.

Подразделения ВСУ и Нацгвардии начали оттягиваться назад и эвакуировать бойцов. Для помощи в эвакуации бойцов был пригнан БТР из Дебальцево, который выпросил у штаба сектора С Семён Семенченко.

По итогу на месте боя остались четверо бойцов, которые были эвакуированы в 01:00 ночи «донбассовцами».

Во время боёв в Углегорске впервые была замечена российская авиация. Бойцы увидели российский штурмовик, который, пролетая низко, «сделал коробку» и улетел в сторону Савельевки. БМП 30-й бригады, которая находилась перед городом, сразу ретировалась в поисках укрытия. Командиры подразделений дали указание прятаться своим бойцам, если те снова увидят самолёт, так как средствами ПВО они обеспечены не были. В дальнейшем бойцы подразделения 73-го МЦ СпН, батальона «Донбасс», 25-го БТРо несколько раз видели российские штурмовики. 128-я бригада передала в штаб информацию о появлении российских самолётов в секторе.

На третий день боёв в Углегорске стало понятно, что отбить город не выйдет. К сепаратистам подошло усиление со стороны Кондратиевского в виде БТГр, оснащённой танками, БМП, БТРами, после чего подразделения ВСУ и НГУ занимались уже поставленной перед ними задачей по эвакуации роты «Свитязь» из окружения. По истечении трёх суток «Свитязь» и артиллеристы покинули место своего базирования и Углегорск без потерь, выйдя по маршруту, по которому днём раньше к ним подходило подразделение 30-й бригады. Перед выходом из Углегорска командир «Свитязя» Александр Фацевич заказал артиллерийский огонь сначала по позициям сепаратистов, после дал указание через несколько минут начать обстреливать свои же позиции в интернате после того, как подразделения «Свитязя» и противотанкистов выйдут из него. Такими действиями артиллерия прикрыла отход украинской группировки из Углегорска.

Подразделения 30-й ОМБр перекрыли трассу за Углегорском, создав новый рубеж в обороне, на чём бои в этом городе завершились.

Никишино

26 января в район Дебальцевского плацдарма прибыл 25-й ОМПБ «Киевская Русь». Командование сектора сразу же поставило задачу выдвинуть одну ротную тактическую группу для замены личного состава на опорном пункте в Никишино и вторую — в район Коммуны. Из боевых подразделений батальона были сформированы две ротные тактические группы. Та, что на базе 1-й роты и разведвзвод (всего 52 человека и БТР-70), 27–28 января была направлена на опорный пункт в Никишино; та, что на базе 2-й роты и РОП, — в район Коммуны. ПТБ была выставлена в районе железнодорожного переезда на дороге Углегорск – Дебальцево. Эти подразделения заняли позиции 28 января.

db1b

26 января группа рекогносцировки встретилась с комбатом 15-го ОГПБ «Пеплом». От него получила уточнения, что личный состав на опорном пункте «Никишино» жаждет ротации, из вооружения он оставит две БМП и ЗУ в распоряжении 25-го ОМПБ. Относительно количества личного состава на ОП «Никишино» «Пепел» чётко ответить не смог. В общих чертах сказал, что в лучшее время там была примерно одна рота.

27 января на ОП в Никишино прибыл разведвзвод, а к вечеру 28-го — 1-я рота, итого 52 человека с одним БТР-70. В это время там находилось подразделение 128-й ОГПБр в составе почти 100 человек, усиленных 3-мя БМП-1 и 3-мя Т-64. Командование сектора ставило задачу заменить пехоту на опорном пункте в Никишино, но по прибытию туда тактической группы 25-го ОМПБ подразделения 128-й ОГПБр, сославшись на приказ, мгновенно покинули его вместе с техникой.

Обещанная «Пеплом» техника в неудовлетворительном техническом состоянии находилась в северо-западной части села, до которой необходимо было прорываться по чистому полю в условиях визуального и огневого контроля подходов противником.

Таким образом, вместо усиления опорный пункт, подвергавшийся в последние дни массированным обстрелам и атакам противника, был ослаблен в несколько раз. Он представлял собой восемь домов на северной окраине села с оборудованными под укрытия подвалами. Общая его площадь составляла приблизительно 50 на 100 метров. С рассвета 29 января враг приступил к массированному обстрелу ОП ствольной артиллерией и миномётами калибром 152, 122 и 120 мм. Около 09:00 отказала связь по причине севшего АКБ. В середине дня прямым попаданием в блиндаж была выведена из строя антенна. В течение светового дня огнём артиллерии противника прямыми попаданиями были разрушены три здания (из восьми) на территории опорного пункта. 3 человека получили тяжёлые ранения, большинство бойцов — лёгкие контузии, но остались в строю. При попытке эвакуации раненых на «большую землю» из НСВТ, установленном в клубе, был повреждён БТР, но какое-то время он ещё работал. Личный состав, находившийся в укрытиях в разрушенных зданиях, был освобождён из-под завалов с внешней помощью. Также были отбиты две массированные атаки мотопехоты противника. По данным радиоперехвата, в этот день с юга и юго-востока на опорный пункт в Никишино наступали две роты противника в составе около 150 человек, а с севера и северо-востока — рота чеченцев. Взвесив шансы удержать позицию в течение следующего дня в условиях отсутствия связи с командованием (в том числе батальона) и фактического окружения, командиры групп старший лейтенант «Пит» и майор «Дед» приняли решение прорываться в сторону опорного пункта «Станислав» в посёлке Редкодуб. Хотя рассматривался ещё и вариант с Каменкой. В итоге было решено выходить на Редкодуб для зачистки и занятия остальной части села. В ночь на 30 января при поддержке танка с ОП «Станислав» группа во главе с «Питом» прорвалась на этот опорный пункт. Во время перемещения БТР окончательно вышел из строя и последние 500 метров его буксировал танк. Впоследствии этот БТР использовали (в окопе) как стационарную огневую точку.

Опорный пункт «Станислав» представлял собой два отдельно стоящих здания и три блиндажа с восточной стороны железнодорожной ветки площадью примерно 100 на 120 метров. Остальная часть села располагалась западнее. На ОП «Станислав» находилось около 60 бойцов 128-й ОГПБр, усиленных одним исправным танком, ДШК, АГС и СПГ-9. Кроме того, на позиции были неисправные два Т-64, 120-мм ПМ, два «Василька», БМП-1. Из-за скученности личного состава и техники опорный пункт был очень уязвим перед сосредоточенным огнём артиллерии, поэтому было принято решение, несмотря на полное отсутствие разведданных о количественном составе противника, провести зачистку (на самом деле планировалась психическая атака с целью выдавливания врага хотя бы с южной окраины) части села для расширения ОП.

31 января штурмовая группа в составе 13 человек (2 бойца 128-й ОГПБр и 11 бойцов 25-го ОМПБ) вступила в бой с превосходящими силами противника. В результате 25-й ОМПБ потерял 2-х человек убитыми и 1 был тяжело ранен. По данным радиоперехвата, потери противника в этом бою составили 9 убитыми и 14 ранеными. Северная часть села также была занята врагом, а с кургана, возвышавшегося с северо-восточной части, он держал под огневым контролем весь населённый пункт. Артиллерия противника калибров 152 мм,122 мм и 120 мм держала под «зрячим» огневым контролем все окрестности посёлка Редкодуб вплоть до опорного пункта «Балу» (4 км к северу), открывая стрельбу даже по одиночным бойцам. С западной стороны село заблокировано полностью непроходимым для техники болотом с единственной условно проходимой (для БМП и МТЛБ) «тропой», которую враг контролировал с помощью гранатомётов и другого стрелкового оружия.

Дорога с опорного пункта «Балу» на Никишино на всём протяжении до посёлка Редкодуб была под плотным ближним (до 300 метров) огневым контролем противника, и на нескольких участках заминирована. Таким образом, опорный пункт «Станислав» находился в полном окружении. Личный состав там это понимал, ОРВ 25 предлагал прорыв группы для того, чтобы информировать вышестоящее командование о местах установки засад и реальной ситуации на ОП. Добро получено не было. В результате, 1 февраля при попытке вывоза раненых с этого опорного пункта на ОП «Балу» был разбит конвой из двух БМП. Несмотря на это, командование сектора даёт команду отправить конвой с пополнением БК для опорного пункта «Станислав» из состава тыловых подразделений 25-го ОМПБ. Как впоследствии оказалось, для обеспечения охраны колонны был выделен Т-64 с мехводом и наводчиком, а также двумя «пассажирами», не обученными стрельбе из танка. Командир ехать отказался, а без него этот танк стрелять не мог. В результате попытки прорыва потери 25-го ОМПБ составили 6 убитыми и 2 ранеными (в том числе начальник службы РАВ), которые попали в плен; подбиты БРДМ, БТР и ГАЗ-66.

Впоследствии, 3 февраля командование сектора пыталось отправить на «Станислав» такой же (даже слабее) конвой с боекомплектом. Но усилиями офицеров 25-го ОМПБ во главе с комбатом эта авантюра была остановлена, и командование сектора решило задействовать для доставки боекомплекта один из батальонов 30-й бригады. На момент начала этой операции боекомплекта на опорный пункт «Станислав» для 25-го ОМПБ практически не оставалось. Также создавала трудность «разница калибров», так как стрелковое оружие у личного состава 25-го ОМПБ было калибра 7,62 мм, а у 128-й ОГПБр — 5,45 мм. Все эти дни не прекращались обстрелы и попытки штурма опорного пункта «Станислав». 4 февраля на него наступала многочисленная пехота при поддержке четырёх танков, два из которых были уничтожены, один — тяжело повреждён (впоследствии отбуксирован противником) и МТЛБ. Один танк враг бросил практически в исправном состоянии. Из радиоперехвата стало известно, что противник прозвал обороняющихся на ОП «Станислав» «тараканами» за то, что они после массированных обстрелов «вылезают из всех щелей, как тараканы, и отбиваются от атак». «Рассмотрев» это «предложение», 1-я рота 25-го ОМПБ приняла почётное наименование «Боевые тараканы», которое потом было растиражировано в СМИ после боёв под Никишино.

К Редкодубу несколько раз выдвигалась группа разведчиков во главе с командиром (позывной «Викинг»). В результате одного такого выхода была обнаружена батарея САУ противника, которая обстреливала трассу Е50, миномётную батарею и опорный пункт «Балу». После обнаружения «Викинг» навёл на батарею огонь украинской артиллерии, после чего та была уничтожена. Подрыв как минимум двух САУ был зафиксирован визуально.

Попытка освободить посёлок Редкодуб и деблокировать опорный пункт «Станислав-128» была осуществлена 5 февраля после проведения разведки подходов к посёлку, но успеха не имела. Во время выдвижения колонны 2-й роты батальона Национальной гвардии «Донбасс», усиленной двумя БМП-2 и танком Т-64, противник открыл сосредоточенный огонь из артиллерии и миномётов по дороге Дебальцево – взводный опорный пункт «Балу».

В результате обстрела передней машины колонны механик-водитель БМП развернул автомобиль в обратном направлении, а за ним развернулась вся колонна, решив, что головной машине был дан соответствующий приказ.
В связи с этим штурм укреплений противника и деблокирования опорного пункта «Станислав-128» был перенесён на 06:00 6 февраля.

6 февраля 3-й взвод 2-й роты 1-го батальона 30-й бригады на трёх БМП и при поддержке двух танков пошёл штурмовать Редкодуб. Один танк сломался и не смог выехать.

Ещё три БМП 3-й роты 2-го батальона 30-й бригады и один танк стали в резерве недалеко от села. К группировке 30-й бригады на БРДМе подъехали разведчики 128-й бригады под командованием «Варшавы» и повели колонну на Редкодуб.

Машины 3-й роты должны были стать на холме у поля и вести огонь по селу с расстояния 1–1,5 км, а машины 2-й роты — ворваться по полевой дороге, закрепиться на правой стороне Редкодуба и осуществить его зачистку. Машины 3-й роты заняли нужные позиции и начали обстреливать село. В это время танк, который выдвигался на Редкодуб с подразделением 2-й роты, завяз в грунте перед этим населённым пунктом.

Командир взвода 30-й бригады вместе с «Варшавой» приняли решение оставить танк и выдвигаться на БМП.

К посёлку подошла группа 73-го МЦ СпН, чтобы провести разведку и помочь при эвакуации группировки. При этом колонне с боеприпасами и продовольствием на четырёх «Уралах» (из батальона «Артёмовск») во главе с офицером штаба 25-го ОМПБ был дан приказ двигаться в центральную часть Редкодуба с запада. Не имея сведений о характере местности, колонна увязла в сплошных болотах 2–2,5 км западнее села.

Три БМП 30-й бригады пошли «клином» на Редкодуб. Огонь открыла только первая из них, так как люди, сидевшие на броне сверху, не давали возможности наводчикам остальных машин крутить башней. Из Редкодуба по БМП открыли огонь из стрелкового оружия, пулемётов и гранатомётов. Вследствие обстрела третьей БМП были убиты два бойца 30-й бригады.

БМП 30-й бригады ворвались в Редкодуб и, проскочив его, выехали с другой стороны. Водителю объяснили его промах, и он вернулся в село. В это время вторая БМП 30-й бригады выдвинулась вперёд и прошла половину села, после чего водитель понял, что он далеко оторвался от основных сил. В самой БМП были всего два бойца, водитель и наводчик. В помощь БМП выдвинулись с ОП «Святослав» танк 17-й бригады («Ласточка») и разведчики 128-й бригады под командованием «Варшавы». Командир 25-го ОМПБ принял решение снять с позиции в Коммуне БМП-1 и направить его в помощь колонне. Часть боекомплекта была перегружена на эту БМП, и она, при поддержке двух БМП разведки 30-й ОМБр под командованием «Варшавы», проскочила в центр Редкодуба, где окружённые, используя остатки боекомплекта, выбили противника и заняли центр села для встречи конвоя. Получив пополнение боекомплекта в количестве, достаточном на боевой день, окружённые совместно с группой разведки 128-й ОГПБр под командой «Варшавы», усиленные танком 17-й бригады под названием «Ласточка», выбили противника из большей части села (центр и юг), обеспечив нормальный проход к единственной тропе, соединяющей их с контролируемой украинскими подразделениями территорией. Танк выехал перед БМП и начал уничтожать огневые точки сепаратистов в домах. При продвижении вперёд в него попала граната, пробила броню и убила наводчика. Мехвод после этого резко сдал назад и столкнулся с движущейся в хвосте БМП. Её развернуло и сорвало гусеницу. Было принято решение оставить повреждённую БМП.

Вторая БМП вела бой, у неё четыре раза клинила пушка. Наводчик каждый раз разбирал её и устранял затыки.

В это время третья БМП 30-й бригады ездила в сторону Дебальцево, доставляла боеприпасы, отвозила раненых. Всего она сделала около десятка ходок туда/обратно.

Повреждённый танк «Ласточка», погрузив на броню раненых, уехал к Дебальцево.

Командир роты 30-й бригады принял решение отойти из Редкодуба, так как мест, где можно закрепиться и удерживаться, банально не было. Небольшие домики и два дома на въезде в Редкодуб были ненадёжными укрытиями. По Редкодубу начинала бить артиллерия, оставаться там было негде. Изначально к Редкодубу должен был подойти резерв, который по неизвестным причинам запаздывал. Группировке сначала ставили задачу продержаться час, но потом временной промежуток ожидания увеличился на пять часов. Начинало темнеть, оставаться без резервов в Редкодубе было очень рискованно.

Израсходовав в бою практически весь полученный боекомплект, личный состав на опорном пункте «Станислав» и ротная тактическая группа 25-го ОМПБ, воспользовавшись туманом, прикрывшим отход от корректировщиков вражеской артиллерии, покинула Редкодуб. Оставление опорного пункта «Станислав» в сложившихся условиях было единственным правильным решением. Позиция была полностью блокирована, а любой прорыв к ней — это полноценная общевойсковая наступательная операция в условиях тотального огневого контроля полностью открытой местности стрелковыми средствами и артиллерийской группировкой противника.

В результате этого боевого дня потери украинских войск составили: пять человек погибшими, три танка (один подбит на противотанковом укрепрайоне врага в районе опорного пункта «Балу», второй, который безнадёжно сел в болоте на виду у противника западнее Редкодуба, подорван, третий — «Ласточка» — подбит при зачистке южной части села). Один «Урал» безнадёжно сел в болоте, после чего был сожжён. По данным радиоперехвата, противник понёс потери 62 человека убитыми и ранеными.

Около 13:00 7 февраля со стороны н.п. Редкодуб в направлении Чернухино было перемещение грузовых автомобилей и личного состава противника. Его диверсионно-разведывательная группа осуществила штурм позиций разведывательного взвода 1-й БТГр 30-й механизированной бригады. Из стрелкового оружия и вооружения БРМ-1К штурм был отбит. В 14:25 взводный опорный пункт «Зенит-40» был обстрелян с ПТУР.

В результате обстрела был уничтожен танк Т-64. В дальнейшем враг сосредоточил основные усилия на обстрелах из миномётов и артиллерии базового лагеря 128-й горно-пехотной бригады, взводных опорных пунктов «Леха-128», «Зозо-40», «Кацо-40».

Проанализировав ситуацию, командованием было дан соответствующий приказ и «Саша-128», «Дима-128» и «Буц-128» был перемещён на взводный опорный пункт «Валера-128». Оставленные огневые позиции были переданы командиру 25-го мотопехотного батальона.

Опорный пункт «Лама-128» был перемещён в район взводного опорного пункта «Балу-128» с задачей оборудовать узел обороны (перекрёсток дорог – железнодорожные пути) и прикрытие тыла «Балу-128».

Serg Marco

Продолжение следует.

Со второй и третьей частями этого материала можно ознакомиться тут и тут.

''отсканируй
и помоги редакции