Перейти к основному содержанию

Евроненавидение

Гибридная война, Maruv, позор крымских гастролёров и требования к требованиям отбора. Всё, что вы думали о «Евровидении», #Трегубов сформулировал раньше.

Видит небо, о «Евровидении» писать не хотелось. Но я просто не могу удержаться, когда вижу, как над страной парит древний ужас — Птица-Долбоюн, и крылья её закрывают солнце. А страсти по песенному конкурсу затмевают даже президентскую кампанию.

Давайте попробуем разобраться, что же пошло не так в отборе кандидата от Украины.

Диспозиция

Несколько дней граждански активная общественность героически воевала с двухголовой, как известный герб, поющей курицей — дуэтом Anna Maria. Благо, Скрипин взял у этого странного создания интервью, выяснив, что оно полностью набито отменной «ватой» и уклоняется от ключевого вопроса — чей Крым? Что неудивительно в силу работы родителей на оккупационное правительство.

И общественность победила. Двоеженщина-тянитолкай отправилась не на конкурс, а куда-то в другое место.

Перемоги, однако, не получилось. Потому что вместо неё в отборе победила певица Maruv, которая хоть и знает, чей Крым, но с этим знанием ездит по территории страны-агрессора, широко раздвигая ноги в рамках сценической пластики.

Общественность восстала вновь. И вот уже Maruv, не договорившись с НОТУ, пролетает мимо конкурса. Нас ждёт новая серия.

Но всё происходящее оставляет во рту странный привкус.

О том, что у Анны да Марии родители — коллаборанты, было известно загодя. Во всяком случае должно было быть известно.

О том, что Maruv даёт концерты в РФ — тоже.

Зачем был весь этот цирк? Зачем допускать на отбор людей, которых, в случае победы в отборе, всё равно придётся заворачивать, производя совершенно ненужный скандал и фрустрируя тех, кто за них голосовал?

И, как часто это бывает в наших широтах, правильный вопрос не «зачем?», а «почему?». Потому что не было умысла. Был недомысл.

Или-или

По сути, у нас есть несколько вариантов того, как наша страна — во всей совокупности людей, способных повлиять на то, кто поедет от Украины — могла бы относиться к этому конкурсу.

  1. Никак. Обычный конкурс песен и плясок попсового толка — мало ли таких?

Тогда всё просто: жюри и зрители голосуют; кого выбрали, тот и едет. Выбрали не того? Невелика печаль.

  1. Чемпионат Европы по песням и пляскам. В смысле — событие важное, знаковое, на которое едет не просто певец, а Представитель Страны, а вся страна прильнула к телеэкранам и болеет с пивом и попкорном.

Вроде то же самое, но важность несопоставима, цена ошибки намного выше, а отбор должен проходить много более тщательно.

Но что важно — отбор должен осуществляться, исключительно исходя из шансов того или иного кандидата на победу. Не важно, кто он, не важно, кто его родители, не важно, что он думает. Никто же не требует набирать футбольные клубы исключительно из патриотов с безупречной родословной? Нет, их отбирают из тех, кто может победить.

А, значит, ключевые критерии отбора — вокально-музыкальные. Плюс наличие имиджевых фишек, способных покорить сердца европейской публики.

  1. Саммит культурной дипломатии. Место, где исполнитель не просто представляет свою страну, а раскрывает её, рассказывает о том, чем она живёт и что у неё болит, делится культурным кодом — и да, старается вызвать у зрителя сочувствие.

Совершенно другой расклад. Здесь игра не на победу в конкурсе, а на имидж страны в мире.

Важно, чтобы всё выступление артиста поддерживало какой-то общественно или политически полезный нарратив. Идеальный пример — выступление Джамалы в 2016 году. Сильные этнические мотивы, тема депортации крымских татар, тема оккупации Крыма, глубоко символическое оформление номера — всё как надо.

При этом нежелательна, а то и недопустима, пошлость. При таком подходе Maruv, например, не попала бы в отбор даже не потому, что гастролирует в РФ или слаба в политической географии, а просто потому, что излишне сексуализирует своё выступление и исполняет не трагический эпос, а, скажем так, брачную песню. Не такой мы видим культурную дипломатию.

Но тогда и отбирать нужно по другим критериям, и, возможно, по другой схеме. Искать — или, возможно, даже заранее готовить — какие-то самобытные коллективы, не запятнавшие себя симпатиями к агрессору и способные донести миру те или иные сугубо украинские смыслы.

Но при этом качественные и всё ещё попадающие в формат мероприятия. А то будет, как с «Гринджолами».

Не стыкуется

Наша проблема в том, что первый подход мы отвергли, а последние два пытаемся совместить. А они несовместимы, как тридцатилетний опыт работы с двадцатилетней секретаршей.

Получается, что у одних мерило годности — способность гламурно мурчать в микрофон и сексуально выглядеть, а у других критерий отсечки — активная гражданская позиция и правильные ответы на политико-мировоззренческие вопросы. Для одних это песенный аналог конкурса «Мисс мира», где от участницы требуется просто не перепутать, от какой страны она приехала, а для других — фронт гибридной войны, где артист должен не просто представлять, а воплощать Украину, как матрона на полотне Делакруа — свободную Францию. Напрашиваются некоторые аналогии с грядущими президентскими выборами, но не буду спекулировать — это уж совсем отдельная тема.

Все перечисленные подходы имеют право на существование. Более того, со всеми можно идти и побеждать. В истории «Евровидения» и в истории украинских выступлений на нём были использованы все эти подходы.

Просто их нельзя применять одновременно.

И пока мы не определимся, какой именно подход наш, такой позор может ждать нас перед каждым конкурсом.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!

Загрузка...