Перейти к основному содержанию

Великий Курдистан

Люди умеют объединяться перед лицом прямой угрозы. Это во многом инстинктивное поведение тех, у кого хватает мозгов посчитать на пару ходов вперёд. Чем хуже вокруг условия, тем сильней спайка.

Люди умеют объединяться перед лицом прямой угрозы. Это во многом инстинктивное поведение тех, у кого хватает мозгов посчитать на пару ходов вперёд. Чем хуже вокруг условия, тем сильней спайка. Когда больше нет никаких союзников, когда враг стоит у ворот, да не у одних ворот, когда вопрос стоит о выживании – держать строй плечом к плечу легко и просто.

Как только враг отступает или перестаёт многими восприниматься как враг или как первоочередный враг – общество, находившееся под атакой, тут же погружается в пучину срачей. Накопленные за время вынужденного объединения внутренние конфликты вспыхивают с новой силой.

Любому социально активному гражданину нашей страны нет необходимости доказывать сказанное выше. Вполне реальная угроза «Путин нападёт» – единственное, что удерживает Украину от окончательного погружения в пучину склок.

Однако сейчас не о нас. Сейчас о курдах.

Прошлую статью мы закончили вопросом о сотрудничестве курдов и Эрдогана.

Для того чтобы понимать, что курды давно не едины, надо вспомнить, как США по образцу Ливана решали перестроить постсаддамовский Ирак и как оборонительная повестка дня для всех курдов сменилась на лозунг «кто смел, тот съел».

Согласно коварному розовому плану американской администрации и Госдепа, Ирак должен был стать парламентской республикой с шиитом премьером во главе. Спикером парламента при этом всегда должен был быть суннит. Шиитско-суннитская шахматка растекалась и на прочие посты в парламенте, включая первых замов министерств. Министр суннит? Значит, его первый заместитель шиит.

А вот президентом Ирака должен был стать курд. Одновременно создавалась курдская автономия в составе Ирака и её, понятное дело, тоже должен был возглавить курд. То есть в Ираке получалось аж два курдских президента: один был президентом Ирака, а второй – президентом Курдистана. Понятно, что в парламентской республике должность президента во многом представительская, но таков и был план.

Подобное дублирование было взято не из Ливана, это чисто иракское изобретение Госдепа. И это изобретение нагородили неспроста. Дело в том, что в самом Иракском Курдистане уже много лет происходили события, которые сами курды называют Birakujî, а весь остальной мир называет гражданской войной в Иракском Курдистане (ИК).

Конфликт был таким глубоким, что для его решения каждой из сторон надо было кинуть солидную кость, чтобы никто не ушёл с гранатой в кармане. По плану американской администрации одна сторона конфликта становилась проводником курдских интересов в большом Ираке. Курдам категорически был нужен свой влиятельной человек в Багдаде ввиду сильной локализации ареала проживания. Нигде, кроме Курдистана и окрестностей в Ираке, курды компактно не живут. Таким образом, курд, будучи президентом Ирака, выступал заступником для всех курдов и лоббистом их интересов в столице. А президент Курдистана при этом непосредственно бы управлял Курдистаном. И иногда эти два курда могли бы меняться портфелями по совету из Вашингтона.

А теперь переходим к персоналиям.

Изначальный конфликт в Курдистане зародился сразу после того, как Багдад решил потихоньку отвалить от строптивого Курдистана. Курдский политикум в ИК тут же раскололся на две части.

Одну из противоборствующих сторон возглавил Масуд Барзани с его Демократической партией Курдистана (ДПК). Кстати, партии уже 70 лет, это информация для тех, кто любит пошутить о низком политическом развитии курдов. Масуд Барзани – сын основателя ДПК Мустафы Барзани – относится, как несложно догадаться, к клану курдских шейхов Барзани.

Оппонентами ДПК выступает партия «Патриотический союз Курдистана» (ПСК), который основал и возглавлял бывший член ДПК Джаляль Талабани.

Именно Талабани стал президентом Ирака после Саддама по плану Госдепа. Сейчас президентом Ирака является его соратник и сооснователь партии ПСК Фуад Масум.

Масуд Барзани до сих пор президент Курдистана. Его родственник – премьер. Ну, вы поняли – партия же демократическая.

Послевоенный план США в Ираке быстро и решительно порос соответствующей растительностью ввиду того, что американские органы власти на самом деле коррумпированы лишь немногим менее украинских. А иракские коррумпированы сильней, чем украинские и американские вместе взятые. Вдали от ока суровой американской Фемиды американская чиновнота и американские компании выкидывают коленца ничуть не хуже своих украинских братьев по ремеслу. По итогу ЦРУ и Госдеп посадили в Ираке премьера, который устроил такую эпоху «золотого батона», какая Януковичу и не снилась. Заодно Нури аль-Малики оказался бывшим террористом и исламистом с хорошими связями среди иранских аятолл, поскольку он успел в своё повоевать в проиранских структурах (шиит же). Эпический факап (или саботаж с целью получить управляемую фигуру для лоббирования коммерческих интересов) ЦРУ, который по итогу и закончился для Ирака войной с ИГИЛ. Сомневающимся советую почитать письма из Ирака обладателя Пулитцеровской премии Декстера Филкинза.

Но вернёмся к курдам, которые по-прежнему сохраняют пост президента Ирака, и к Иракскому Курдистану, который благодаря американскому плану выглядит райским островком посреди лужи отбросов.

Все 90-е ПСК Талабани и ДПК Баразани воевали между собой без дураков, попеременно вступая в союз с Турцией, Ираном, Саддамом и прочими соседями. На самом деле, всё было не совсем так и намного сложнее, но подробный пересказ курдских замесов девяностых потребовал бы отдельной статьи. Важно помнить, что в определённый момент Талабани воспользовался поддержкой Рабочей партии Курдистана, которая была создана в Турции и ведёт активную войну с Турцией уже очень давно, в том числе и посредством самого примитивного и кровавого терроризма.

Как результат, у Свободного Иракского Курдистана и лично у клана Барзани до последнего времени были хорошие партнёрские отношения с Эрдоганом. И были совместные экономические проекты. Свободный Курдистан был не только не вреден политике Эрдогана, но был ему очень полезен.

Во-первых, имели значение чисто экономические соображения. Уже сейчас Свободный Курдистан – это 60% разведанных запасов иракской нефти, а при включении в его состав региона Мосула (по действующим соглашениям, этот регион может войти в Свободный Курдистан по результатам регионального референдума и уж точно войдёт, если курды освободят его от ИГИЛ) и все 80%. Не вся курдская нефть является легкоизвлекаемой, однако Курдистану немного и надо. Добытую нефть нужно куда-то перевозить, и мимо Турции этот транзитный нефтяной поток никак не пойдёт. Вообще связи Иракского Курдистана и Турции возникли ещё раньше, так как курды в своё время попали и под блокаду Саддама и под общеиракские санкции, которые в мире на самого Саддама и наложили.

Есть в ИК и другие полезные ископаемые, в которых так нуждается турецкая экономика, совсем не богатая на природное сырьё, но имеющая огромный потенциал и огромные запросы перерабатывающей промышленности. Кроме того, Курдистан считается житницей Ирака. Курдская вода, нефть и пшеница плюс турецкий экономической рост и флот – это очень мощный региональный мультипликатор, и Эрдоган это понимает ничуть не хуже, чем ребята из клана Барзани.

Во-вторых, вопреки расхожему мнению, Свободный Иракский Курдистан совсем не фактор дестабилизации ситуации в Турции, а скорее наоборот. Наличие ИК на территории Ирака потенциально является сдерживающим фактором для сепаратистских настроений в Турецком Курдистане, предотвращая их радикализацию и позволяя смягчить требования турецких курдов по автономизации управления Турецкого Курдистана (ведь в перспективе определённую автономию на территории Турции курдам дать всё равно придётся). Требования сползают с полного самоопределения на мягкую автономию при сохранении унитарного устройства государства.

И главное, в Свободном Иракском Курдистане под видом президентов, премьеров и командиров пешмерга правят исторические правители данной территории – шейхи из клана Барзани. То есть на самом деле мы видим в ИК модернизированную монархию классического ближневосточного типа. А основной движущей силой курдского освободительного движения в Турции является марксистская Рабочая партия Курдистана (РПК). Теперь понятно, что правящая в Свободном Иракском Курдистане Демократическая партия Курдистана Барзани и РПК являются идеологическими противниками и не могут сотрудничать без очень серьёзных причин?

Именно поэтому, когда армия Турции переходит границу Ирака и организует учебные лагеря для тренировки иракских курдов (повышения боеспособности курдских отрядов перед их наступлением на Мосул) или просто военную базу рядом с границей, это всегда вызывает протесты Багдада, но никогда руководства Иракского Курдистана.

Именно поэтому операции турок против РПК на иракской территории проходили с молчаливого согласия руководства ИК и ДПК, а по сути с согласия клана Барзани. Именно поэтому РПК обвиняет ДПК в том, что те сдают туркам координаты лагерей РПК на территории Иракского Курдистана, и в том, что ДПК совместно с Эрдоганом спонсируют ИГИЛ. Как-то многовато аббревиатур, но суть понятна.

В-третьих, как и США, Эрдогану выгодна дестабилизация своего регионального соперника – Ирана. И в этом ему курдское государство на иракской территории может очень даже помочь.

И наконец, в-четвёртых. Идеи Кемаля живее, чем Кемаль, и даже живее, чем кемалистская Турция. Для Эрдогана идея Великого Курдистана (только управляемого и создаваемого путём присоединения к ИК территорий проживания курдов в сопредельных государствах) вместе с идеей возвращения заграничных туркоманов в лоно исторической родины – геополитические проекты по возрождению славы Великой Порты. Такой себе аналог путинского «русского мира» и «славянского единства». Вполне возможно эти планы и идеи имеют ещё меньшие шансы на реализацию, чем шансы Путина. Но когда такая мелочь, как логика, останавливала таких поехавших ребят, как Эрдоган и Путин? Посмотрите карту Великого Курдистана, опубликованную в 2013 году Барзани. Там нет Сирии, но есть территории, входящие в Иран, Азербайджан, Армению и Турцию.

Формирование на этих территориях курдских автономных государственных или квазигосударственных образований и создание впоследствии на их базе конфедеративного/федеративного образования с протурецким центром – чем не метод «собирания земель» на современном историческом этапе? Ведь понятно, что для таких курдящихся образований, как и для уже существующего Свободного Курдистана, Турция является идеальным и естественным хабом для обеспечения интеграции их экономик в мировую экономическую систему.

Так что Эрдоган и Барзани являются стратегическими партнёрами не только по локальным проектам. Масштабные геополитические проекты возрождения Блистательной Порты и создания Великого Курдистана в представлении Эрдогана не антагонистичны. Это для него вообще один проект.

Однако нужно понимать, что постулированное в прошлой статье разделение курдов было частью масштабной региональной договорённости, предполагавшей сохранение светской и демократической Турции. Как вы помните, с этим у Эрдогана возникли небольшие проблемы, когда турецкие F-16 начали сбивать вертолёты над Анкарой.

С одной стороны, неудавшийся путч, практически животный испуг Эрдогана и связанные с этим последовавшие после путча репрессии полностью отвернули от Эрдогана с кемалистами и турецких еврооптимистов, и практически все демократические и светские общественные движения и партии. Сейчас Эрдоган сам выглядит крайним исламистом, а друзья у него из числа турецких ультрарадикалов, периодически пытающихся убить Папу Римского. Ну, ещё Путин у него друг. Тоже, как вы понимаете, не в плюс, да и у радикалов вопросы появляются.

В общем, простор для политического маневра Эрдогана сузился донельзя.

С другой стороны, США, предвидя обнуление формата Кемаля, прогнозируемо сделали ставку на сирийских курдов в сирийском конфликте.

Почему США в Сирии выбрали курдов?

Удачный опыт создания и поддержки Свободного Иракского Курдистана, который в постсаддамовском Ираке стал хорошим фактором стабильности и вектором приложения влияния в раздираемой шиитско-суннитскими противоречиями стране. Наличие боеспособных (возможно, самых боеспособных в регионе) вооружённых формирований. Практическое единоначалие, односоставность, практическое отсутствие в составе руководства представителей одиозных лидеров.

Но самое главное – наличие у сирийских курдов сплошной территории контроля. Вешать бесполетную зону над исламистами или поставлять им серьёзное вооружение – крайне щекотливая задача для американского политика. В любой момент может оказаться, что твой зонтик прикрывает очередную ветвь Аль-Каиды или, упаси Боже, ИГИЛ. Серьёзное оружие, переданное вроде бы надёжным парням, в любой момент может оказаться вообще у кого угодно. Иногда этим «кто угодно» может оказаться ИГИЛ. Иногда, кроме переданного оружия, в составе «кого угодно» могут оказаться и бородатые парни, которым ты это оружие и передавал. У курдов вероятность подобного факапа существенно ниже и является приемлемой для американского истеблишмента.

И если действия Эрдогана были хлопком одной ладони, который сорвал лавину, то поддержка США сирийских курдов этой лавиной и является. Поскольку требует от Эрдогана, в свою очередь, тоже каких-то действий.

Почему?

Во-первых, сирийские курды, в отличие от Свободного Иракского Курдистана, очень тесно связаны с РПК. В отрядах сирийских YPG очень много выходцев из Турецкого Курдистана и бойцов РПК. При этом связи YPG и РПК не сиюминутные, а вполне себе исторические.

После военного переворота в Турции (того, который был в 1980 году) почти всё руководство РПК в Турции было арестовано. Однако основателю Рабочей партии Курдистана Абдулле Оджалану и куче его бойцов удалось найти убежище в Сирии у папы Асада, который тогда ещё был жив и бодр.

Так что сирийские курды – это совсем не лояльные, понятные и договороспособные шейхи из ДПК. Сирийские курды – это, в том числе, и марксисты из РПК, несущие огнём и мечом идеи автономии Турецкого Курдистана. Только теперь огонь и меч уже заменили американской «летальной помощью», а самих несунов тренируют американские инструкторы.

Вообще, идеи автономии Сирийского Курдистана всегда вызывали аллергическую реакцию у Эрдогана. Ещё до того, как сирийские курды стали союзниками США, одним из факторов неприятия Эрдоганом политики Башара Асада являлось (кроме бомбежек Асадом сирийских братишек-туркоман) то, что в поисках поддержки в войне с ИГИЛ Асад заключил соглашение с сирийскими курдами. И он наобещал курдам бочку варенья, ящик печенья и самоуправление на всей отвоёванной у ИГИЛ территории. Говорят, что в подкрепление своих слов асадиты передали курдам тяжёлую технику.

Во-вторых, пользуясь поддержкой США и воюя с ИГИЛ, сирийские курды не просто освобождают территории с преимущественно курдским населением. Предприняв рывок через Евфрат на Манбидж, взяв его и продолжив своё движение на запад в сторону Алеппо, курды создают свой пояс безопасности между Сирией и Турцией. Они выключают Эрдогана из сирийской игры. Совсем. Потому что география.

Более того, сорвавшаяся лавина приводит к реализации давней курдской мечты по построению единого курдского государства в Сирии. Сейчас происходит соединение анклавов Кобани и Африн. Появление такой независимой курдской территории, да ещё дружественной РПК и созданной, в том числе, благодаря усилиям бойцов РПК, уж точно станет не просто фактором дестабилизации в Турецком Курдистане. Это практически на сотню процентов приведёт к серьёзному усилению давления для создания подобной автономии уже на территории Турции. А это значит новый виток терактов и войны в Турции.

То, что сирийские курды явно не собираются останавливаться на достигнутом, было понятно нам ещё давно, и именно это и послужило причиной, которая побудила нас написать эту серию статей. Призывы официальной Анкары к курдам уйти из Манбиджа и перестать развивать наступление на север и запад вдоль границы, как мы и ожидали, ушли в пустоту. Кроме того, последние события в Хасаке чётко дали понять, что больше ни о каком союзе Асада с сирийскими курдами уже тоже речи не идёт. Асад надеялся, что бочку варенья отдавать не придётся, но курды пришли и взяли то, что считали своим. То, что было им обещано.

А вот тут начинается в-третьих для Эрдогана.

Мы ещё в прошлой статье не зря упомянули, что Сирийский Курдистан – не просто самый маленький из Курдистанов – 15 тыс. кв. км территории и 3 млн чел. – в Сирии курды не имеют обособленной территории и много где проживают мозаично. И на некоторых уже захваченных и планируемых к захвату землях они не составляют не только превалирующего большинства, а вообще являются меньшинством.

Создание Сирийского Курдистана – это уже проект курдской экспансии на сопредельные территории и, что особенно страшно для Эрдогана, на территории локального проживания сирийских туркмен ака туркоманов. А значит, при разделе Сирии Эрдоган получает негативно к нему настроенную Рожаву (Сирийский Курдистан) на счёт раз. А на счёт два он гарантированно не получит автономии туркоманов в Сирии, которую он уже твёрдо надеялся получить. Без помощи Турции туркоман просто заткнут. Лорд Керзон, когда говорил, что ре-фе-рен-думы тут проводить нельзя, имел в виду, что те, кто на ре-фе-рен-думе может проголосовать неправильно, до него просто не доживут из-за слишком острой местной кухни. Да, ножом по горлу – очень острое блюдо.

Понятно, что туркоманы – тоже бородатые мальчики не потому, что не вылезают из барбершопов. Становится вполне реальной угроза прямых масштабных вооружённых конфликтов туркоман и курдов на территории Сирии, которые вполне просто могут перекинуться и на сопредельную турецкую территорию. А это уже попахивает и гражданской войной в самой Турции.

Тем более что ультранационалисты в самой Турции могут в любой момент вцепиться самому Эрдогану в загривок с претензией, что туристический зраднык Эрдоган «слил сирийскую новотуркоманию» курдам.

В тот самый момент, когда меткая струя праведного возмущения уже должна была влететь в глаза Эрдогану, Анкара была вынуждена проявить эпический уровень решительности.

Потому что идёт лавина. Потому что ты делаешь один шаг, всё рушится в пропасть и дальше ты или падаешь, или пытаешься обогнать поток.

Эрдоган – хороший игрок, он пытается.

В этой ситуации дополнительным фактором для придания действиям Эрдогана должной твёрдости, решительности и скорости стала и позиция клана Барзани. Эту позицию Эрдоган мог бы назвать «И ты Брут?». Барзани выпустили новую карту с планами Великого Курдистана.

Вот какая она стала на лето 2016 года. Вспомните Великий Курдистан версии 2013 года? Не правда ли в пропатченной версии Великого Курдистана стало удивительно много сирийской территории, и она поразительно совпадает с зонами текущего контроля курдских формирований в Сирии?

Посмотрев на такую петрушку, Эрдоган понял, что либо сейчас, либо можно сразу заворачиваться в простыню с принтом Гюлена и ползти на кладбище.

Турция начала операцию «Щит Евфрата», целью которой является установление контроля над северными районами Сирии. Сама турецкая армия вроде как не воюет, ограничивается огневой поддержкой танками и ударами авиации. Воюют «протурецкие парамилитарные формирования», отпускники, «Серые волки» и всякое такое. Мы знаем, как оно бывает.

Официальные цели – защита турецкой территории от террористов ИГИЛ и РПК (которых Турция также считает террористами, поскольку РПК в состоянии войны с Турцией до сих пор).

Максимально возможные цели, которые на деле поставил Эрдоган, – не допустить создания курдского пояса на севере Сирии. Для чего нужно обеспечить выход подконтрольных Турции вооружённых формирований к Алеппо. Пользуясь этим, далее можно будет влиять на ход развития событий в этом важнейшем для всей Сирии городе.

Для Эрдогана это будет идеальная переговорная позиция для подтверждения своих требований на туркоманскую автономию на территории Сирии по плану минимум или хороший задел для перехвата процесса создания автономного Сирийского Курдистана по плану «русский мир» аля Тюрк.

Несмотря на всю воинственность заявлений Эрдогана о недопустимости создания курдской автономии в Сирии, реально препятствовать он этому уже не может. Поезд ушёл, в смысле лавина уже сорвалась. Можно махать ручками и говорить страшные слова, но эффект будет нулевой. Ну, создадут курды автономию только на куске восточного берега Евфрата, ну и что? Будет у Эрдогана меньше проблем?

Нет.

Следует понимать, что Эрдоган считает, что для Турции опасна не курдская автономия в Сирии сама по себе, а автономия с превалирующим влиянием РПК. Автономия сирийских курдов под патронатом правильных иракских курдов в лице ДПК и Барзани Эрдогана будет вполне устраивать.

Такая автономия устраивала бы и США, если бы Эрдоган не нарушил равновесие в регионе, которое требовало от Турции быть светской и демократической страной. Однако если Эрдоган становится религиозным диктатором, пляшущим под дудку неоосманских ультранационалистов, то ещё неизвестно, какой сценарий развития ситуации США выберут.

С одной стороны, если Барзани будет приглядывать за сирийскими курдами – это хорошо. Однако если это придаст самомнению Эрдогана четвёртую космическую скорость, то это уже не так уж и хорошо для Соединенных Штатов. Если очередной диктатор получит свою «курдскую Хизбаллу» в несколько увеличенном варианте – это будет очень плохой сценарий.

Барзани за время своего правления Свободным Иракским Курдистаном вполне доказал свою стабильность, договороспособность и умение наладить диалог с соседями. То, что курды получат свою автономию или государство в Сирии, это уже понятно, не просто так они полностью изгоняют остатки проасадовских сил с подконтрольных территорий (Хасака). Идёт окончательное формирование автономии или вообще происходит обретение государственности.

На что нужно смотреть? На Барзани и нужно смотреть.

Непосредственно перед началом «Щита Евфрата» Барзани провёл длительный визит в Анкару, где встречался со всей турецкой верхушкой, включая Эрдогана. Удивительное совпадение, да? Никогда такого не было и вот опять.

После визита Барзани сказал следующие вещи. Во-первых, ИК заявил, что договорился с Турцией о том, как бороться с ИГИЛ. Напоминаем, что РПК давно обвиняет Барзани и Эрдогана в сотрудничестве с ИГИЛ.

Кроме того, Барзани заявил, что ребятам из РПК нужно просто улыбнуться Эрдогану и всё наладится. В смысле, что нужно возобновить мирные переговоры между РПК и Турцией. В успех мирного процесса Барзани не верит и потому сказал, что, возможно, для форсирования мирных переговоров придётся предпринять «дополнительные усилия». «Щит Евфрата» какой-нибудь предпринять, ага.

Барзани активно сигнализирует всем участникам процесса, что он уже обо всем договорился и все вопросы надо решать через него. Иначе к непонятливым будут предприняты «дополнительные усилия». Он даже не пытается маскировать свою позицию или разносить во времени свои заявления и действия своего союзника.

Эрдоган параллельно своей «маленькой победоносной войной» делает реверанс в сторону деморализованной путчем армии и красивый пиар-сигнал исламистам и радикалам, доказывающий эффективность своей политики. И даже если протурецкие силы не пойдут дальше вглубь территории Сирии, решительный шаг уже сделан. Кость брошена. «Серые волки» могут её погрызть лично прямо в Сирии или могут повисеть на танковых стволах.

Однако маленькие победоносные войны оказываются именно «победоносными» не просто так. А по той причине, что такими войнами быстро и решительно начинают заниматься херней, когда лавина уже сорвалась. И за маленькие победы иногда бывает необходимо заплатить очень высокую цену.

Ребята из США, грамотно разыгрывая курдскую карту в Сирии, уже показали Эрдогану его место и его «ахиллесову пяту».

Как оказалось, курдский вопрос в Сирии можно очень быстро поднять. И потом этот вопрос не так просто снять. Сейчас в развязке вопроса с курдами в Сирии Эрдоган опирается на Барзани. Ну или во всяком случае пытается это делать. Но следует помнить, что Барзани – давний партнёр США в регионе и президент всего лишь Иракского Курдистана. А не всего Ирака. И не отдельного государства, а всего лишь автономии. И даже в этой автономии у него есть могущественный оппонент, который как раз сопрезидентом Ирака и является.

Пока Эрдоган предполагает использовать Барзани для своих целей, Барзани может быть сам орудием для обуздания Эрдогана.

Куда ситуация должна развиваться дальше, оптимально уже более менее понятно.

У Эрдогана не выйдет соскочить со своих союзнических обязательств и начать дружить с Путиным. Не выйдет полноценно создавать союз Турция-Иран-Сирия, о котором ещё несколько дней назад взахлёб кричали коттоновые.

Всё.

Все пропутинские маневры Эрдоганом закончились новым витком вынужденной заклятой дружбы с Барзани, который явно успел повысить ставки перед поездкой в Турцию. Сейчас всё вообще выглядит так, что пророссийскими пассажами Эрдоган просто хотел улучшить свои переговорные позиции перед решающим раундом торговли с уходящей администрацией США. Политические игроки пришли (или приходят) к новым договорённостям, и даже у новой администрации США останется много возможностей обеспечить их соблюдение. Теперь Эрдоган намного более уязвим в своей позиции по Сирии, а, как мы уже показали, его позиция в Сирии сильно влияет на повестку дня в Турции.

И если Эрдоган слишком увлечётся «неоптимальными» стратегиями, то маленькая победоносная войнушка в Сирии для Эрдогана легко станет «победоносной».

Формирование же нового равновесия в регионе мы сможем увидеть в не таком уж и отдалённом будущем. Впрочем, как показывает практика, подобные красивые и оптимальные планы плохо реализуются вблизи от упоротых диктаторов именно по причине тяги таких диктаторов к «неоптимальным» стратегиям и, как следствие, «победоносным» войнам.

А теперь музыка.

Дмитрий Подтуркин

Антон Швец

''отсканируй
и помоги редакции