Перейти к основному содержанию

Коридор между Китаем и Пакистаном

Плыли-плыли, а потом не успели
Источник

Примечание редакции. В ноябре прошлого года мы переводили статью о провинции Гилгит-Балтистан ― спорной территории между Индией и Пакистаном, которую сейчас контролирует последний. Тогда Исламабад решился выдать незаконно захваченной земле статус провинции, чтобы быстрее укоренить свою власть на местах. Несмотря на то, что обе страны порядком наломали дров, вообще это штука нехорошая.

Но настоящей причиной оказался китайский трубопровод СРЕС, ради которого его партнёры и решились на эту авантюру. Впрочем, есть одна проблема. «Благодаря» своим внутренним проблемам Пакистан в очередной раз затормозил проект, а китайцы теперь лишь тревожно поглядывают на местных националистов. Кстати, ещё там поругались из-за забора.

Китайско-пакистанский экономический коридор, он же CPEC ― один из наиболее амбициозных компонентов инициативы «Один пояс, один путь». В 2015 году его с большой помпой представили публике. С тех пор коридор всегда считался поворотным пунктом для экономики Пакистана.

Но путь к финалу оказался долгим, а что ещё хуже ― извилистым. Ведь отчёты не умеют лгать. И сейчас они показывают: за последние годы темпы реализации проекта CPEC в Пакистане замедляются. В то же время Китай был, есть и остаётся единственной страной, вкладывающей в Пакистан большие деньги.

Замедление реализации CPEC не предвещает ничего хорошего для настолько бедной страны. Пакистан и так страдает от бесчисленных проблем. В том числе из-за собственных политических решений. В общем, нет ничего удивительного в том, что среди пакистанцев СРЕС обсуждается с 2015 года. Хоть с тех пор и не произошло серьёзных сдвигов.

Теперь отсутствие какого-либо прогресса привело к массе сообщений о том, что CPEC практически не подаёт признаков жизни в Пакистане. Bloomberg уже рассказывает, что китайский флагман застопорился.

Особый акцент критиков установлен на портовый город Гвадар, расположенный на юго-западе провинции Белуджистан. Этот порт находится в эпицентре дорогих проектов — однако его жители не имеют доступа даже к предметам первой необходимости. В потенциально богатом городе есть острые проблемы с электричеством и даже питьевой водой, не говоря о других вещах.

Пекин и Исламабад могут назвать критику ещё одним примером западной пропаганды. Они часто так поступают, как только иностранные СМИ принимают решение не в их пользу. Но всё же это указывает на то, что всё пошло не так, и в итоге перспективы СРЕС в Пакистане стали довольно туманными.

Среди прочего, Гвадар недавно фигурировал в новостях по другим причинам: он был ограждён из соображений безопасности. Власти там забор возводили, но после волнений местных националистов (с протестами, как полагается) были вынуждены прекратить строительные работы. Понятно главное: если стена таки вырастет вокруг города, это ещё больше усугубит возмущение радикалов. Они открыто выступают против проектов СРЕС в целом.

Впрочем, есть и более масштабные догадки. Вполне возможно, город ограждают, чтобы затем без проблем передать его под прямой федеральный контроль.

В целом, не только в Гвадаре, но и в других районах провинции произошли всплески народного гнева, несколько мешающие китайским инвестициям. Пекин требует гарантий безопасности. Но изолировать целый город, чтобы успокоить китайцев ― изначально неправильный подход.

Даже с чисто экономической точки зрения такой шаг может привести к болезненным последствиям в будущем. Например, создаст неправильное впечатление о Пакистане. А это, в свою очередь, отпугнёт даже потенциальных инвесторов. Любой бизнесмен, в том числе и китайская элита, поймёт: страна в целом не очень безопасна.

Прекращение строительных работ в Гвадаре ― правильный шаг, на который наконец-то решилась пакистанская власть. Она стремится сделать порт привлекательным для инвестиций, это вполне логичная мысль. Но лучший способ подготовить почву для развития, так или иначе связанного с китайским проектом, ― для начала защитить права местного населения. Ведь сейчас оно чувствует себя обделённым и с опаской смотрит в своё будущее.

Все эти настроения наблюдались ещё до начала возведения стены. Так что, пожалуй, местная оппозиция ― большая часть проблем СРЕС.

Также свою роль сыграли геополитические события в регионе. Они придали импульс китайским проектам: быстро появились две новые сделки по гидроэнергетическим проектам в Кашмире, была оговорена и принята особая экономическая зона в Фейсалабаде (Пенджаб). Сторонники СРЕС могли считать, что теперь всё движется в правильном направлении.

Но на этом новости о китайском трубопроводе закончились. Становится понятно, что прошлогодние шаги были предприняты исключительно из-за давления Пекина. Проекты снова не на слуху, никакого прогресса не наблюдается. Это не совсем то, что было при предыдущем пакистанском премьер-министре Навазе Шарифе: тогда темпы развития вопросов не вызывали.

И Пекин, и Исламабад осведомлены о помехах со стороны пакистанских правительств, сменявших друг друга. Представительство CPEC в Пакистане появилось по просьбе Китая ― хотя бы для лучшей координации проектов. Новый орган власти, закреплённый в законе, будет планировать и координировать беспрепятственную реализацию проектов, общая стоимость которых составляет 70 млрд долларов.

Но некоторые независимые аналитики в Исламабаде тревожатся. Они считают, что контроль над CPEC передаст проект военным вместо правительства.

Также на ситуацию влияет политика. Замедление проекта дало ещё один шанс оппозиционным партиям. Особенно этим воспользовалась Пакистанская мусульманская лига ― «Наваз», которую и возглавляет бывший премьер-министр. Лидеры оппозиции критикуют нынешнюю власть за приостановленные проекты.

Нынешняя власть изо всех сил пытается одолеть оппозицию. Она уже сосредоточила всё своё внимание на возрождении китайских проектов. В конце декабря Пекин и Исламабад в очередной раз обсудили ускорение темпов реализации проектов CPEC. Обе стороны заявили, что «удовлетворены прогрессом» и готовы превратить проект в образец для подражания остального мира.

Сейчас правительство пытается изо всех сил помочь своим китайским коллегам. Вся надежда ― на преодоление ущерба, нанесённого общему делу. Но главной причиной паузы являются не чьи-то оговорки, а неэффективность и некомпетентность правящей партии.

Потому путь к СРЕС становится всё более трудным.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.