Перейти к основному содержанию

О пересечении финансового кризиса, эпидемии и украинского бизнеса

От бизнеса до государственной стратегии

Финансовый кризис / эпидемия / экономика и украинский бизнес. Итак, вкратце о сегодняшнем пересечении всех этих плоскостей.

Прежде всего, давайте разделим финансовый кризис и структурный экономический, которые сейчас накладываются на один промежуток времени.

Солнечный удар

«Перегрев» финансовых рынков наблюдался с четвёртого квартала 2018 года. Темпы роста цен на недвижимость в мировых столицах, фондовые индексы, количество торговых операций на одну реальную поставку биржевого лота сырьевых росли значительно быстрее, чем это позволяла экономика.

Поэтому коррекция такого опережающего роста ожидалась приблизительно в 1-2 квартале 2019 года. Примечательно, но мировая промышленность и сырьевые как раз и столкнулись с кризисом в этот период. Напомню, проблемы украинских металлургов, получивших значительные убытки в прошлом году, усилились ревальвацией гривни, но основа — всё же сокращение мирового спроса на «входящее сырье» для промышленности. Здесь и спад промышленности в зоне Евросоюза, и значительное замедление темпов роста Китая ниже 7%. Последнее является беспрецедентным фактором, учитывая программу местной компартии.

Но параллельно мы наблюдали стремительный рост почти всех финансовых показателей. Финансовый сектор оторвался от реального. Это произошло за счёт смягчения и без того слишком стимулирующей монетарной политики. Коррекция была лишь вопросом времени. Нельзя не учитывать и политическое давление президента США на Федеральную резервную систему для дальнейшего снижения ставки и улучшения фондовых показатели и уровня безработицы в стране, и без того находившихся на рекордных показателях экономического благополучия.

Поэтому эпидемия, которая застигла нас в январе-марте (в зависимости от страны) лишь усилила ожидающийся финансовый спад. Это было сложно предположить в самом начале, но действия властей по предотвращению эпидемии спровоцировали второй цикл экономико-структурного кризиса. Впрочем, иной сценарий был бы ещё хуже, как показал пример Великобритании. Кейс Швеции я считаю нерепрезентативным из-за гораздо меньшей мобильности населения.

Читайте также:

Локдаун, полное изменение потребительских привычек, резкий рост склонности к сбережениям — всё это вело к тому, что спада реального ВВП не удалось бы избежать в любом случае. В разных странах показатели варьируются от 2-3% до 15-20% потери доходов населения во втором-третьем квартале 2020 года. Это крайне глубокий спад, но он и очень временный.

Реакция и контратака

Если говорить в целом, то существенно перестраивать бизнес-модели — не столь целесообразный путь, как многим могло показаться. Для меня индикатором является другое: в конце мая импортёры и автомобилей, и бытовой электроники в Украине начали активную закупку валюты с оплатой импортных контрактов. И не только в поставщиках дело: те же рестораны в целом возвращаются к привычному способу работы.

Безусловно, рынок реагирует беспощадно. Сейчас можно с полной уверенностью сказать, что волна ажиотажного спроса на медицинские товары, ещё недавно ломающая все тенденции, уже закончилась. Воскресают наиболее пострадавшие сферы: даже туризм, ранее считавшийся похороненным заживо. Оглянитесь, многие пользователи начали бронировать иностранные гостиницы на 3-4 квартал этого года. Мало кому хочется сидеть дома.

Люди обеднели? Допустим. Доходы населения в апреле-мае «просели» на 12-14%. Доходы предприятий пострадали ещё сильнее, разницу пришлось складировать как запасы. Для представителей реального сектора, особенно сферы услуг, ситуация кажется катастрофической. Но благодаря таким жёстким мерам спад удалось «локализировать» в пределах двух кварталов.

Конечно, всё это актуально в одном случае — если не будет такой же по силе второй, третьей или десятой волны заболеваемости. Так далеко никакие прогнозы не заглянут. И несмотря на то, что сейчас мы гораздо в лучшей готовности — как мир, так и Украина — вирус выглядит достаточно пугающе. Полагаю, многие недооценивают его разрушительность, необходимые расходы на лечение, сроки выздоровления. Звучит-то страшно. А теперь подумайте, как всё это в совокупности влияет на экономику.

Итак, по умерено-оптимистичному сценарию уже в третьем квартале почти все страны ожидают восстановления. В случае Украины это уменьшение темпов спада до минус 7-8% с плавным выходом до минус 5% в 4 квартале. Возможно, речь пойдёт даже о восстановлении позитивных темпов роста на уровне 1 квартала 2020 года. К 2021 году большинство стран ЕС вернутся к докризисному уровню двухлетней давности.

Читайте также:

Что касается государственной поддержки, здесь всё закономерно. Во время кризиса деньги текут в развитые страны: США, Британию, Германию. Это создаёт дополнительный спрос на их валюту, риски ускорения инфляции и девальвации минимизируются. Так что они могут печатать деньги и поддерживать свой бизнес в совершенно других масштабах.

Украина-2020

Что мешает Украине поступить также? Допустим, в апреле-мае мы печатаем не 50, а 200 млрд грн. Товаров на полках от этого больше не станет, но спрос на импорт — однозначно вырастет. На выходе получаем тот же исход, только с ухудшением финансовой стабильности. Инфляцию и девальвацию легко увеличить, много ума не надо — но потом эти тенденции сложно замедлить. Особенно на фоне низкого доверия населения к финансовым властям в Украине.

Как результат, всё равно упираемся в необходимость поддержки со стороны МВФ. Благодаря валютным вливаниям она даёт возможность увеличить государственные расходы сразу по целому ряду программ. Я бы не сказал, что в этом есть какая-то «зависимость» или «порабощение» — о чём говорят из телевизора. Это больше похоже на инфраструктуру мировой экономики, где развитые страны могут поддержать развивающиеся во время кризиса и нивелировать риски своих вкладчиков.

Тем более что первый транш ожидается совсем скоро, уже после 9 июня. Думаю, ряд программ по поддержке бизнеса (от 5-7-9% до прямой финансовой помощи) будут разблокированы и заработают активнее. Вопрос лишь в том, как власть скоординирует собственную работу.

Касательно «прорывов» и «падений» во время кризиса: помимо краткосрочного и цикличного спада, ничего принципиально важного не изменилось. В отличии от, например, промышленных революций и так далее. Да, во время локдауна были «ситуативные победы» у служб доставки, медицины, онлайн-сервисов. И то далеко не у всех.

Общий размер расходов населения, или условный пирог объёма рынка, всё же резко снизился. Для того чтобы увеличить прибыль компании, когда у всех остальных она падает, нужно быть исключением из правила. Что, в свою очередь, означает несистемность. Когда ситуация на рынке выровняется, данная «премия выше рынка» исчезнет. А пока что убыточные проекты, работавшие «на перспективу», закрылись или свернули инвестиции — тот же UberEats не выехал на модном имени и статусе. Другие, более успешные, конкуренты на квартал-второй незначительно выросли.

Рассмотрим второй шаг. Прибыль «выше рынка» во время кризиса — составляющая общей финансовой стабильности и устойчивости предприятия. Например, ваш бизнес «заходил» в смутные времена, будучи устойчивее конкурентов, а во время кризиса за счёт талантливого управления этот разрыв усилился. Значит, сценарий-минимум — сохранить бизнес без сокращений персонала. Сценарий-максимум составляет полное поглощение ослабших конкурентов. Перекупка наиболее талантливых сотрудников, основных фондов (фабрик, торговых площадей), технологий. Это также даёт возможность зайти на рынки, где ранее оперировали ваши конкуренты, но отсутствовала конкретно ваша компания.

Резюмируем. На цикле роста конкурентные условия улучшаются, барьеры для входа на рынок, наоборот, снижаются. Появляются новые компании, которые понемногу «откусывают» клиентуру уже существующих операторов. Конечно же, во время кризиса конкуренция ухудшается. Банки приостанавливают кредитные программы, настроения инвесторов негативные, многие компании разоряются. И для сильных игроков это не приговор, а окно возможностей.

Да, это возможность увеличить свой вес на рынке. Это возможность, в том числе, поглотить менее успешных конкурентов — ранее таких шансов не было. Возможность войти в новый цикл роста с совершенно другими вводными. Даже если в абсолютных объёмах прибыль компании будет ниже докризисного уровня.

Иногда хаос — это лестница. И не только в сериалах.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.