Перейти к основному содержанию

ЛикПоСовБез — феминизм

Обещаем, что после этого текста вы будете особенно хорошо разбираться в тонкостях совкового «феминизма». Дабы сравнивать

Есть такой затерявшийся пазл, стыкующий декоммунизацию, построение гражданского общества, политическую стабильность и даже борьбу с коррупцией в МВД. Вы не поверите, но это феминизм.

N.B.: Этот текст состоит из гипербол и упрощений чуть менее, чем полностью, по причине нерезиновости публикаций. Если у читателя возникнет желание углубить свои познания или усомниться в написанном — прекрасно. Если он поверит написанному на слово, то будет заблуждаться не очень грубо. «Не всё так однозначно» подразумевается в каждой фразе и в тексте в целом.

Ликвидация постсоветской безграмотности

Что такое западный феминизм и что о нём знали в Совке? Зачем был нужен марксистский и социалистический феминизм? Почему феминистки не празднуют 8 Марта?

Феминизм здорового человека содержит в себе такие элементы философии, которые угрожали бы самому существованию советского режима, поэтому, конечно же, советская пропаганда была обязана иметь свой клон феминизма без блекджека, свобод и политического представительства.

Ходить на митинги, организованные партией, выражать солидарность угнетённым женщинам мира — это пожалуйста. Советские женщины могли даже трудиться и получать образование. И, конечно же, имели право голоса на советских «выборах». А вот иметь своё независимое политическое представительство во власти — зачем? От феминистского сознания до принятия буржуазных ценностей — один шаг. Не дразните 5-е управление КГБ, не испытывайте судьбу.

Существует проблема восприятия феминизма в постсовке из-за разрыва поколений — западный феминизм, добившись своего полвека назад, ушёл в сферический активизм в вакууме, но так как у него не было связи с советской культурой, то в последней, как и раньше, доминирует социалистический кафкианский феминизм. Да и правовая культура на постсовке стагнирует на том же уровне. Правозащита «не на часі».

Западная философия феминизма

Те, кто готовы пожертвовать насущной свободой ради малой толики временной безопасности, не достойны ни свободы, ни безопасности.

Бенджамин Франклин

В первую волну феминизма женщины получили избирательное право (в районе 1893–1920-е), стали принимать участие в спортивных состязаниях (впервые женщины участвовали в олимпиаде в 1900-м), начали демонстрировать свои способности в науке, искусстве, вождении автомобилей и самолётов (не все женщины могли себе позволить подобные развлечения; тогда был важен сам факт). Значение этого этапа ещё не было извращено советским Оруэллом, но уже было первое отличие: на Западе женщины «добыли свои права в борьбе», а в Совке они их получили в рамках выполнения программных обещаний партии. К слову, советский феминизм на раннем постреволюционном этапе отрицал семью — кто сказал квир?

Вот и первый тест на гражданскую зрелость: зачем женщинам избирательное право, если они всё равно не разбираются ни в политике, ни в экономике?

Действительно интересной для осознания является вторая волна.

Как сравнить вклад мужчины и женщины в общее дело, в семью, и как определить, что он справедливо оценивается? Являются ли женщины слабыми, глупыми и зависимыми от природы или их делает таковыми социальная роль? Является ли мужская забота и опека благом для женщины, или формой же рабства? Например, если мужчина несерьёзно относится к женщине, или чуть-чуть выпивает, или изредка рукоприкладствует, или «чуть-чуть» транжирит заработанные деньги, то возникает огромная серая зона между тем, когда всё уже далеко от идеала, но ещё нет явного повода для развода. А даже и получив развод, социальная роль предписывает женщине срочно найти себе нового опекуна. Это и является формой семейного альтер-рабства.

Более того, есть «мнение», что даже если для женщины в семье всё сложилось абсолютно безоблачно и благополучно, то, вопреки легенде (в которую сами женщины охотно верят), самореализация женщины исключительно как домохозяйки плохо сказывается на её психическом здоровье.

Как же эти проблемы решать? Игнорировать? Сделать вид, что «это нормально»? Или, может, принять исчерпывающий закон, описывающий, кто, кому, что и сколько раз должен?

В западной правовой традиции решение оказалось простым и изящным. Женщинам не положены некие женские права и свободы, но те, которые имеются у людей, должны быть им гарантированы. Другими словами, недопустима гендерная дискриминация. Далее женщинам тактически необходимы свобода и независимость. При этом свобода — это императив для окружающих, обязывающий уважать чужие права и свободы (вопреки вашему мнению о том, как людям следует ими распоряжаться), а независимость — это императив для самого человека. И если он сам не приложил усилий к тому, чтобы избавиться от зависимости от своих «спонсоров» и опекунов, то и удовлетворение запросов и «прихотей» такому человеку не может быть гарантировано. Есть право на свободу, но нет такого права «яжемать!».

Женщинам нужна высококвалифицированная работа, и никакие «неестественно», «у нас тут суровый мужской коллектив...», «женщина нас провоцирует своей сексуальностью...», «найди себе нормального мужика и не морочь нам голову» не могут быть оправданием, чтобы им в этом отказывать.

Женщина не обязана ставить на первое место интересы семьи. Но не для того, чтобы её разрушить, а наоборот, чтобы её сохранить, создав баланс интересов. Вот такой циничный Запад — каждый сам за себя: афроамериканцы стараются доказать, что они не хуже белых; женщины стараются доказать, что они не хуже мужчин; мужчины стараются доказать, что они настолько успешны, что лучше бы женщинам бросать свои индивидуалистические забавы и скорее включаться в борьбу за привилегию быть домохозяйкой у такого альфа-самца (преимущественно в сексуально-развлекательных и хозяйственно-кулинарных дисциплинах). Да, феминизм не может запретить «традиционные сексистские отношения», хотя это и подрывает женскую солидарность.

К слову, недопустимость дискриминации по половому признаку мужчин называется маскулизмом. Услышав что-то вроде «ты же мужчина и должен...», не лезьте за словом в карман, а беритесь за «маскулизм» и боритесь с гендерной дискриминацией.

Западный феминизм не празднует 8 Марта, так как феминизм требует лишь гарантий прав, которые и так есть у каждого человека, а не требует неких новых прав специфичных для женщин. На этом сделаем паузу. Отметим для себя эту точку в истории феминизма как его «Золотой век» — когда женщины захотели превзойти себя, чтобы победить мужскую оккупацию всех сфер человеческой деятельности (семья, политика, церковь, ...) и добиться уважения своих прав. После достижения апогея начинается третья волна феминизма и степень не-всё-так-однозначности поднимается на новый уровень.

Уверен, что никакая рафинированная теория феминизма не убедит мужчин в том, что какие-то проблемы вообще существовали. Обычно их и так всё устраивает. Поэтому перенесёмся в родной Совок. Кафка с Оруэллом ждут нашего внимания.

«Восточный феминизм»

Как я уже упоминал, с политическими свободами в Совке было не очень, да и спектр возможных требований у советских женщин был узковат. Базовые требования в социалистической интерпретации были удовлетворены с ходу (работа и образование), были некоторые социалистические привилегии (вроде декретного отпуска), а многих прав и свобод, за которые боролись западные женщины, в Совке не имели даже мужчины.

Назло Западу мы праздновали 8 Марта, а значит, к женщинам вроде бы как должны были относиться с уважением. И вот то, о чём не успел написать Оруэлл: слабость — это сила!

Если западный феминизм ведёт борьбу за свои права с открытым забралом, то «восточный феминизм» пошёл своим особым путём. Зачем бороться за свои права, если можно использовать своё бесправие? За права придётся сначала бороться, а потом ещё и пожинать плоды своих побед. Да и не всем они нужны (есть проблема солидарности). Женщины глупые, слабые, ни на что не годные, кроме домашнего хозяйства? Хорошо. Зачем спорить? Раз с женщин спроса нет — значит, вся ответственность ложится на мужчин, верно? Так появился миф о том, что женщина должна всего добиваться путём использования мужчин — мягкой силой, обольщением и манипуляциями.

В итоге в Совке феминизмом называют феминизм с антифеминизмом в одном флаконе — дискриминацию с защитой прав одновременно. Вот к чему приводят права и обязанности без свободы и независимости. Из-за такой подмены понятий феминизм в Совке не только кажется чем-то нездоровым, но и объективно таковым является, поскольку объективно не способен решить проблемы, которые берётся решать. Приблизительно, как советская экономика, обещающая процветание и изобилие, в реальность создаёт дефицит.

Советскую власть такой устой устраивал не только с идеологической точки зрения (отсутствие феминисток как независимой политической силы), но и с практической — слишком самостоятельные и свободные люди неудобны при выкручивании рук. А семья — это хороший заложник, оберегающий человека от легкомыслия, антисоветчины, перебежчества и прочих глупостей.

Ещё один выгодоприобретатель от такого спутанного расклада — это так называемые «семейные психологи». Заниматься пропагандой ценностей сложно и невыгодно — не будет ни спроса, ни будущих клиентов. А вот морочить голову людям, которые не могут разобраться, как всё «просто должно быть» и кто кому больше должен, можно до бесконечности.

Промежуточный итог

Возвращаясь к западному феминизму в наше время. Феминизм, выковав свой «золотой молоток» (awareness, комьюнити, солидарность, оргструктуры), начал применять его где надо и где не надо (иногда во вред себе). Однако феминизм дал не только смешные мемы про феминисток, но также и организации/ассоциации, способные оказать реально нужную практическую моральную/материальную/юридическую поддержку. Например, жертвам домашнего насилия. И дальше по списку.

Люди не прощают чиновникам слабость к деньгам и власти не из любви к законности, а потому что хотят денег и власти для себя. Но никто сам не хочет быть женщиной, и поэтому, к сожалению, свои права женщины «добудут только в борьбе».

Если бы вы были вынуждены бороться с одной из проблем, то какую бы предпочли: борьбу с массовым голодом или с массовым ожирением?

Так же, как совки должны расстаться с надеждами на «коммунизм с человеческим лицом» (чтобы всё, как раньше, только без дефицита и с хорошими автомобилями), так же необходимо расстаться и с надеждами на «Запад с человеческим лицом», где всё просто, эффективно, рационально и без участия юристов. Не бывает стран с высоким уровнем жизни, но без мигрантов; либо вы скованы по рукам и ногам политкорректностью и толерантностью, либо вас окружает хамство и воинствующее самодурство; либо вы живёте в правовом государстве с диктатурой закона (и орудующими им социальным активистам), либо у вас законом является сила или воля чиновника. Но выбора здесь нет — это всего лишь индикатор зрелости правовой системы и гражданского общества.

Для нас дикость, когда клиент «Макдональдса», обжёгшись кипятком, подаёт в суд на заведение. Для них дикость, когда менеджер «Макдональдса», чиновник, судья (или комментатор в Facebook) может самолично решить, что это не проблема. Скандалы, интриги и расследования были и будут, но отличается их уровень. То ли это будет «пьяный сын прокурора, сбив насмерть десять человек, отделался условным сроком», то ли «женщина подала в суд за то, что её назвали женщиной» — каждая проблема выглядит в равной мере возмутительной в том обществе, в котором она возникает — это инвариант психоза в обществе, это нормально. Однако если в обществе не осталось других проблем, кроме [по-вашему мнению] мнимых — это признак отсутствия более серьёзных проблем (АКА «Ошибка выжившего»). Поэтому относиться к этому нужно не с позиции правового нигилизма (мол, задолбали своей толерантностью), а с прагматичной осведомлённостью о том, что всё сложно и в обществе есть всякие такие табу… и если они действительно ущемляют мои права, то мне следует обратиться к адвокату, создать ассоциацию, партию и за свои права бороться. А не обращаться к «здравому смыслу толпы» с убедительными и проникновенными увещеваниями (впрочем, также не следует этого не делать, если умеете).

Резюме: защищать свои права и свободы — это хорошо. Бороться за свой комфорт игнорировать чужие права и свободы — плохо. В тоталитарных культурах кажется естественным принимать решения, которые кажутся справедливыми или рациональными большинству — боритесь с этой «средневековой» иллюзией.

Феминизм (в трезвой интерпретации) — это системный шаг вперёд. Он не решает всех мыслимых проблем, и даже (о ужас!) создаёт новые. Современная политика и экономика сложнее первобытнообщинного образа жизни и натурального хозяйства, но назад дороги нет. Нельзя взять всё хорошее и нужное из ХХІ века, и простоту и непосредственность из… «лихих 1990-х». Да, при Сталине такой фигни не было. Умейте рассуждать в категориях правозащиты — для постсовка это всё ещё новинка. Посылайте в эротический вояж провокаторов, которые пытаются вам подсунуть подмену понятий. В духе равные возможности — это равные права — это равноправие-уравниловка. И тому подобные плоды популизма.

Прикладной феминизм

Вовлечение женщин в политику и экономику — хорошо для политики и экономики.

Борьба с семейно-правовым невежеством — хорошо для семьи, политики и экономики, так как позволяет людям не зацикливаться на семейных проблемах, а больше включаться в ту же политику и экономику.

В условиях войны особенно хорошо, когда люди понимают, что семья — это такой совместный проект коллектива из двух человек, а не только романтика и годовасики-тугосеры. Более самостоятельным женщинам проще воспитывать более самостоятельных детей.

Возвращаясь к практике. Даже абсолютно мудрый и неподкупный политик (или политсила) не примет хорошее годное решение (если может его не принимать), если его принятие дарит голоса его оппонентам или популистам.

Легализация проституции — хорошее и годное решение. Запрет проституции — не более чем «кормушка» для тех, кто уполномочен проституцию пресекать. И если мы хотим, чтобы работа в полиции не воспринималась как доступ к «кормушкам», чтобы не бороться с сотрудниками, которые изначально ради этого туда пришли, то должны с этими «кормушками» бороться. Но какая политсила возьмёт на себя ответственность легализовать проституцию, если в постсоветском восприятии после этого все женщины побегут работать проститутками? Поэтому удачный промежуточный шаг к легализации — популяризация западного феминизма. Самостоятельная и независимая женщина — это не обязательно проститутка, дочь чиновника/олигарха или феминистка-истеричка.

К слову, порнобизнес существует в том же положении «кормушек» для ментов, хотя он и технологичнее, и безопаснее, а создаваемая им добавленная стоимость выше, чем в проституции.

Аналогичная картина с требованиями ЛГБТ-комьюнити. Популисты сами стращают своих сторонников уроками гомосексуализма в детских садах «как в Европе», чтобы придать себе значимость и расширить свою поддержку. Единственная фундаментальная мера против «электоральной кормушки» популистов — легализация. Но опять таки, какая политсила на это пойдёт? Да и хотели ли бы вы этого сами, догадываясь, как это отразится на рейтинге популистов? Промежуточный шаг к легализации — популяризация семьи в духе феминизма как союза мужчины и женщины, свободных и независимых, с взаимными обязательствами, объём которых они устанавливают для себя самостоятельно. Последующее обобщение на другие виды союзов гораздо проще, чем борьба с гомофобией с нуля.

Вы наверняка слышали о работе российских фабрик троллей, возможно, знакомы с Сунь Цзы и безменовщиной. «Раскачивание лодки» руками полезных идиотов — это базовая тактика гибридной войны. «Против мнения ЛОМа нет приёма». Наличие нерешённых гражданских/социальных проблем — это топливо для «фабрик троллей» и провокаторов. Поздно или рано решать социальные конфликты приходится. Но этим можно заниматься проактивно, по собственной инициативе и даже с позиции правоцентризма, либо в режиме тушения пожара, разжигаемого «мышебратьями».

Принятие западного феминизма — это маленькая ступенька на Запад, пазл в картине «Україна — це Європа».

Чего не делать? Вредные советы:

  • не пытайтесь разобраться во всех сложностях, не интересуйтесь западным опытом, сосредоточьтесь на простых решениях;
  • не предпринимайте ничего самостоятельно, не применяйте западные теории дома, в офисе и в активизме. Особенно, если вы женщина;
  • подождите, пока за проблему возьмётся сын Порошенко и Минстець. Не надо тащить феминизм в политику;
  • вставляйте палки в колёса тем, кто популяризирует западный феминизм недостаточно экспертно.

Послесловие

Это был предельно упрощённый обзор того, как формируется баланс интересов в западном обществе и почему лучше бы его позаимствовать. Здесь нет списка мемов и их объяснений-разоблачений. За кадром остались многие вполне серьёзные проблемы (которые не кажутся вам таковыми). Не обсуждается празднование 8 Марта. Да, использование феминизма для победы над коррупцией в полиции — это всего лишь смелая гипербола.

Надеюсь, в дальнейшем вам будет интересно обогатить себя как знакомством с SJW-мемами, так и объективным положением дел.

Приложения

– Ну, почему ты не можешь понять, что право голоса для женщины — это не-ес-те-ст-вен-но?!

– Бостонский марафон — это serious business, а не повод выпендриться!

8 Марта — день, когда добившиеся ничего советские женщины получают ничего в красивой обёртке из улыбок, цветов и поздравлений, за участие в шоу, призванном подчеркнуть, что все западные достижения у нас уже есть, в том числе женская солидарность за право праздновать Международный женский день. В этот день от умиления Оруэлл снижает частоту оборотов в гробу.

«Мышебратья» пытаются нас убедить, что именно это и есть феминизм, и наглядно демонстрируют, что это смешно и глупо. С такими шутками в Свободный мир не пускают. Надеюсь, что нам с ними всё-таки не по пути.

Следуйте этим трём простым правилам. Нет, серьёзно.

''отсканируй
и помоги редакции

'''