Перейти к основному содержанию

Братья Райт и беззубость вместо Йеля: как хоккей изменил историю авиации

Травмы, семейные проблемы, провалы в бизнесе. Но успешный финал
""""

Биография Уилбура Райта, как и его совместная с братом слава, всегда всплывает в сети. Однако родоначальники настоящей авиации обычно упоминаются слишком фрагментарно, чтобы такие статьи следовало считать настоящим фундаментом для знаний. Я не то, чтобы эксперт, но постараюсь сделать такую же нетленку и для постсоветского пространства.

И в который раз повторю (впервые в статье, не впервые в жизни): если бы каждый пролетевший мимо высшего образования человек давал такой результат, вузы можно было бы смело называть не основным, а альтернативным направлением развития. Жаль, что не все так использовали вынужденный пролет мимо учебы.

Огайо, пруд, травма

Знаете, почему история братьев Райт была бы невозможна в условной Украине или России? В первую очередь, по причине непопулярности хоккея как такового. Именно травма Уилбура Райта, которую ему нанес местный идиот (о нем отдельный пункт, объединенный с биографией братьев), заставила парня изменить жизненные приоритеты, отказаться от уже распланированного будущего и взять жизнь в свои руки. Его судьба – пример того, как нынешние праволибералы могут принимать ответственность за собственную сломанную жизнь, еще и превратить ее в успешный кейс.

В 1886 году США пережили протесты рабочих, требующих восьмичасового рабочего дня, в Аризоне наконец-то сдался последний воинствующий индеец. В Европе тоже хватало событий: Честерфилд стал родиной будущего Нобелевского лауреата, Карл Бенц запатентовал концепт будущего автомобиля. Хватало дел, в общем. Отличилась даже Российская империя, которая тем временем наконец-то научилась производить ртуть. Где? В Горловке, конечно же, без украинских ресурсов Московия всегда была беспомощна, как дитя в бетономешалке.

Как обычно, человечество жило своим бурным броуновским движением, не замечая будущих свершений отдельных людей. И, если только что рожденный в Британии Роберт Робинсон из области химии мог разве что пеленку испортить, то будущие родоначальники авиации как раз рубились в хоккей с соседскими ребятами. Дело было в Огайо, а еще конкретнее – в Дейтоне. Этот матч на поверхности замерзшего пруда оказался гораздо важнее любых олимпийских подвигов или профессиональных баталий на аренах.

К несчастью для Уилбура как простого человека, в тот день поиграться захотел и другой парень по имени Оливер Крук Хау. Неизвестно, как нападавший вообще представлял хоккей и чего на самом деле добивался, однако факт остается фактом: последовал неминуемый удар клюшкой в череп, в результате чего будущему авиатору выбили часть передних зубов, повредили челюсть и светлое университетское будущее. А мы даже не можем точно сказать, намеренным был ущерб, или его нанесли случайно.

Потеря передних зубов не была трагедией всей жизни даже по меркам тех времен. Однако, во-первых, это все равно сильное потрясение для молодого человека. Во-вторых, излишними амбициями Уилбур не маялся и до того, отдав эту сферу на откуп своему брату: так что травма лишь усилила его скрытность. В-третьих, дальше я расскажу, как в то время работали стоматологи, и это немного развеет оптимизм читателей, если он вообще присутствовал до того.

Оливер Крук Хау и зарядка

Продолжим историю хулигана, передавшего привет будущему авиабате не письмом, а клюшкой прямо в голову. Был бы рад сказать, что происшествие на пруду оказало феерическое влияние на Хау, тот одумался и перестал быть придурком – но это не так. Можно было бы и по-другому подойти: выразить надежду, что за поступок с Уилбуром хулигана хорошенько наказали, и его возможные преступления в будущем отпали из-за страха быть пойманным. Но это также неправда.

Ранее, как вы помните, Оливер Крук Хау просто так травмировал паренька-ноунейма во время игры в хоккей. Понадобятся немногие годы для эволюции персонажа, по истечению которых тот хорошенько осознал свои приоритеты и пришел к их реализации, не сдаваясь перед непониманием общества. Точнее, в 1906 году Оливер будет признан виновным в убийстве 16 человек, включая членов его семьи. Согласно законам штата, серийный убийца в последний раз присядет на дорожку, чтобы его тело подзарядили током перед грядущим путешествием в ад.

Примечание редактора. Ошибку с датой поправили, автору гильотину приобрели.

Так и завершится история маньяка, но в то время он еще оставался обычным хулиганом. Возможно, нападение на Райта-старшего и следа в его психике не оставило, или же наоборот: но финал точно намекает, что самым большим злодеянием Оливера этот момент точно не остался. Электрический стул не оборвал жизнь человека, а лишь поставил в ней абсолютно заслуженную точку. По крайней мере, это гуманнее, чем быть растерзанным толпой людей, которые приходились убитым друзьями или родственниками.

Сеанс быстрой зарядки «Samsung-стайл» прошел вполне успешно, и история Оливера Крука Хау завершилась справедливо (жаль, что так поздно). Пора вернуться к едва ли не первой его жертве, прожившей свою жизнь более, чем достойно. Уилбур Райт заплатил за мировую славу, восемь лет страдая от моральных расстройств и обучаясь дома, чисто на морально-волевых качествах.

Теперь о физической стороне вопроса. Пора бы провести черту между теми временами и современными трендами, дабы мотивация персонажа раскрылась от корочки до корочки. Тогда травма не покажется слишком скромной для современного человека с имплантатами и безболезненно установленными пломбами, надо лишь напомнить о медицине тех времен. Здесь даже не «как у дидов», все еще запущеннее.

Медицина «до дидов»

Итак, бормашину в более-менее удобоваримом виде представили гораздо позже, в начале ХХ века. Стальные инструменты производились без сплавов, что делало их ломкими и ненадежными. Лишь в конце XIX века стоматологов начали обучать на тренажерах, чтобы повысить их уровень квалификации. В общем, на этом тщедушном фоне даже советская бормашина, напоминающая плод любви трактора и перфоратора, кажется чуть ли венцом творения. И даже таких инструментов не было в доступе. Стало чуть сложнее, не так ли?

Идем дальше. Мало того, что стоматолог орудует чуть ли не долотом, так ты еще и ощущаешь каждое его движение. Немудрено, обезболивание не являлось чем-то повсеместным и базовым: не берусь оценивать степень прогресса в Огайо конца XIX века. При работе дантиста оно появилось лишь в 1844 году – и то, лишь в качестве теста. Испытание, оно ведь не только неуверенно звучит, оно еще и до Огайо не всегда долетает от очага своего зарождения.

Кстати, еще немного об обезболивании. Идея была хорошей, но прошла целую гору теоретических испытаний. А вот на практике она вообще накрылась тазом, когда неудачная анестезия заставила пациента очнуться во время обработки зуба. Как вы могли догадаться, подопытный быстро ощутил на себе всю прелесть научных экспериментов и порадовал врачей фидбэком. Повторная попытка прошла уже в 1846 году, но вместо доктора Уэллса общественность радовал его ученик – некто Мортон. К сожалению, не знаю, куда делся сам автор идеи, и как сложилась его судьба в дальнейшем, но одно я гарантирую на 146%: Уилбур переживал процесс лечения ничуть не легче, чем момент нанесения травмы.

Возможно, вы удивлялись тому, что средняя по нынешним меркам травма поставила крест на будущем Райта-старшего. Но теперь вы понимаете, что хорошая медицина и даже обычная анестезия не так светила в лечении, так сделали бы лишь более современные врачи. А еще я напоминаю, что речь идет о подростке, который еще и пороху не нюхал: кроме физического ущерба, он получил жуткий психологический надлом на ровном месте.

Это прозвучит бессердечно, но спасибо хоккею за повышенную травматичность. Судите сами, дорогие мои читатели. Если бы в то время был популярен футбол, авиации могло бы и не существовать в нынешнем виде. Как-никак, расквашенный мячом нос не заставил бы Уилбура отказаться от Йеля. А уж университет лишил бы его свободного времени, которое парень потратил на идею всей своей жизни.

Уилбур расправил плечи. Нет, крылья

Сложно процветать в условиях тотальной неудачи по всем фронтам. Чисто личных проблем было в избытке, но жизнь семьи пошла под откос и без участия детей. Любящая мать братьев Райт заболела туберкулезом, что способствовало некой напряженности. За ней требовался уход. К тому же, младший брат сохранил в порядке зубы, однако с учебой не мог подружиться по другим причинам: он вылетел даже из начальной школы, просто в будущем ситуацию скрасил переезд семьи из Ричмонда на новый ареал обитания. Один брат хочет учиться, да не может, второй тупо не может. Красота.

Чтобы жизнь медом не казалась, судьба подготовила беднягам еще одно испытание. У Милтона Райта наметились проблемы на работе, так что глава семейства также не издавал тугих струй оптимизма. Вообще как-то не очень приятно быть епископом евангелической церкви, при этом успевать лечить жену и сына, вправлять мозги другому сыну, тащить воспитание еще трех детишек и помнить о смерти умерших в младенчестве близнецов. А тут еще и работа, в которой можно черпать вдохновение, не отстала и проблем подогнала полный ящик.

''

 

Этот текст не о том, как у братьев упал первый самолет. Он не о том, как они выдержали конкуренцию и наказали выскочек из Смитсоновского института. Статья просто рассказывает, какие преграды прошел один человек, позже ставший титаном в мире авиации: причин сломаться, скурвиться и стать еще одним неудачливым алкоголиком в легионе себе подобных. Это и есть мотивация, которую следует преподавать в школах. Неприятно, местами больно и напоминает трэш-хоррор, но это так и подается.

Какие, к чертовой прабабушке, самолеты, если вся жизнь стала сплошной борьбой парней с сукой-судьбой. Много проблем? Уилбур и Орвилл бросают среднюю школу, чего раньше не планировалось. Хочется открыть бизнес? Они самостоятельно собирают печатный станок. Прогорели с выпуском ежедневной газеты? Не беда, переключимся на коммерческие продукты. Всю жизнь в одном русле? Нет, братья видят рост велосипедной моды и открывают магазин с мастерской, стреляя точно в яблочко.

В 1896 году, через десять лет после злополучного хоккейного поединка, Уилбур вдруг узрел мотивацию в чужой гибели. Тогда во время очередного полета насмерть разбился Отто Лилиенталь, ранее создавший планеризм как науку. Человек оставил после себя тысячи успешных полетов, готовую дисциплину и объясненный, доказанный принцип работы птичьих крыльев. И Райт вдруг понял, что это поле можно пахать ради будущих плодов: гораздо легче тянуться к звездам, стоя на плечах титанов. Так и началась будущая история.

Чтобы стать успешными авиаторами, братья прошли личные невзгоды, семейные проблемы, чередовали гениальные идеи с обидными провалами… и все же они смогли. Ответственность за себя, свою семью и будущее они несли до самой смерти. Мне кажется, это гораздо более подходящий пример для подражания, чем уже забытые поэты и художники. Ведь эта поэзия писалась ценой здоровья и жизней, когда наших дедов еще и на белом свете не было.

Красивый и жестокий момент: человек, устроивший братьям Райт едва ли не первое серьезное испытание в их жизни, встречал их первые авиационные разработки по пояс в крови. К тому времени он уже являлся убийцей, которому вскоре предстояло познакомиться с электричеством гораздо теснее и ближе. Скажете, что судьба расставила все по своим местам? Увы, без стойкости будущие изобретатели спились бы в захолустном баре.

За все надо платить, а уж за свое будущее в обход системы образования – и подавно. Мне кажется, они справились на твердую пятерку.

Рубрика "Гринлайт" наполняется материалами внештатных авторов. Редакция может не разделять мнение автора.

Население устало от войны, «партия мира» набирает обороты. Как победить президенту, не желающему уступать? Спросите, и Илья Старцев напомнит кейс Авраама Линкольна.

А истина состоит в том, что победы без борьбы не бывает. А потому очень важно сохранять холодную голову и способность рационально мыслить, не поддаваясь эмоциям.

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.

''отсканируй
и помоги редакции

Become a Patron!

Загрузка...