Перейти к основному содержанию

Как вступить в НАТО: 5 правил Черногории

Рецепт победы в гибридной войне. Набор необходимых действий, составленный и уже испробованный Черногорией.

Черногорцам пришлось противостоять гибридному влиянию России, но они справились

Черногория с первого дня восстановления своей независимости в 2006 году декларировала приверженность евроатлантической интеграции. Ещё в 2007-м между страной и Европейским Союзом было подписано Соглашение о стабилизации и ассоциации. В 2010-м Черногория стала официальным кандидатом на вступление в ЕС. План действий по подготовке к членству в НАТО (ПДЧ) Подгорица получила в 2009 году. Однако только весной 2014-го, после российской аннексии Крыма и начала войны на Донбассе, черногорские власти заявили о своём намерении максимально ускорить вступление в Североатлантический Альянс и Евросоюз.

Теперь, через четыре с половиной года, Черногория может гордиться своими безусловными успехами. В июне 2017-го страна стала 29-м членом НАТО, и сегодня она — наиболее реальный претендент на вступление в Европейский Союз, намного опережая кандидата №2 — Сербию. И это несмотря на то, что процесс евроатлантической интеграции Черногории сопровождался активным гибридным противодействием со стороны России во всех сферах и по всем направлениям. Речь идёт и об информационных атаках, и об экономическом давлении, и об активности политических сил, ориентированных на Россию, и даже о попытке силового сценария смены власти.

Гибридное противостояние между Подгорицей и Москвой стартовало весной 2014 года.

После аннексии Крыма и начала гибридной войны на востоке Украины Черногория немедленно и без колебаний присоединилась к санкциям Евросоюза против РФ. Президент Филип Вуянович заявил, что Черногории, как стране-кандидату, необходимо проводить внешнюю политику, согласованную с ЕС и НАТО. Одновременно премьер-министр Мило Джуканович сообщил о планах Подгорицы как можно быстрее присоединиться к Североатлантическому Альянсу.

«Привет» из Москвы не заставил себя ждать.

"

Россия объявила о введении санкций в отношении Черногории: запретила поставки продуктов питания и вина, анонсировала ограничения на туристические поездки российских граждан на отдых на черногорские курорты. МИД РФ начало выпускать заявления, в которых напоминало черногорцам об их непростой истории взаимоотношений с НАТО — в 1999 году, во время авиаударов Альянса по Союзной Республике Югославия, часть целей была поражена и на территории нынешней Черногории.

Однако «домашние гибридные заготовки» российских чиновников и политтехнологов не сработали.

Апеллирование к бомбардировкам НАТО оказалась «выстрелом в молоко», так как Черногория и на официальному уровне, и на уровне массового сознания давно отмежевалась от Югославии и Югославских войн, и позиционирует события 1990-х как происходившие в другой стране и с другой страной. Черногорцы, в отличие от сербов, не считают, что НАТО в 1999 году воевало непосредственно с ними. К тому же Черногория давно признала Косово, ставшее тогда причиной для проведения операции НАТО, что наглядно показывает оценку официальной Подгорицей тех событий — она явно не просербская и не пророссийская.

Санкции в отношении экспорта черногорских товаров в РФ тоже оказались малоэффективными. Очевидно, эти меры не были полезными для экономики страны, однако из-за них внешнеполитический курс менять власть не стала, а народ и бизнес не начали этого требовать. Тем более что ещё одна анонсированная мера экономического давления на Черногорию, «курортная блокада», вообще провалилась. Туристы из России, по сути, проигнорировали призывы собственного правительства и продолжили ездить в Черногорию. (Тот редкий случай, когда лозунг «вне политики» оказался актуальным и полезным.)

Ещё одной ставкой Кремля была российская диаспора. В 2014 году в Черногории (в основном на побережье), по данным СМИ, постоянно проживало около 7 тысяч российских граждан (это больше 1% от общего населения страны, которое составляет почти 650 тысяч). На тот момент россияне владели примерно 40% земли побережья Адриатического моря, а владельцам российских паспортов принадлежало порядка 70 тысяч квартир и апартаментов.

Всё указывает на то, что Москва надеялась, что значительное присутствие российских граждан будет серьёзным подспорьем для сохранения небольшой балканской страны в орбите российского влияния. Однако с этим у Кремля возникли сложности.

Во-первых, очень мало кто из россиян обзавёлся черногорским паспортом, поэтому мало кто мог принимать реальное и легальное участие в политической жизни страны. Во-вторых, обитатели черногорских курортных городов с российскими паспортами просто захотели продолжить жить «вне политики». По свидетельству очевидцев, даже некоторые бывшие важные силовики-пенсионеры из РФ повели себя так же.

Традиционная ставка на российскую медиа-пропаганду тоже не принесла ожидаемого эффекта.

СМИ РФ вели интенсивную кампанию против вступления Черногории в Альянс. Каких страшилок они только не генерировали в отношении будущего страны! Однако влиять на общественное мнение в Черногории непосредственно через российские медиа оказалось практически невозможно. У местных россиян такие вбросы вызывали только негодование, так как ставили под угрозу их бизнес на туризме. Что касается непосредственно черногорцев, то они просто-напросто не знают русского языка (смотреть новости — это не то же самое, что перекинуться с туристом парой фраз). Уже давно, с распада Югославии, здесь не учат русский централизованно. Вторым языком в Черногории является английский (им владеют свободно фактически все выпускники школ последних лет и значительная часть работоспособного населения), третьим — немецкий, итальянский... Но никак не русский. Соответственно, трансляция русскоязычных каналов через кабельное телевидение на черногорцев никак не повлияла.

Что касается собственно черногорских СМИ, то обнаружилось, что лидеры на местном медиа-рынке — издания, работающие в соответствии с «журналистскими стандартами» (в хорошем смысле этого понятия) и придерживающиеся государственнических позиций. И это не только гостелерадиокомпания Radio Televizija Crne Gore, которая выступает в значительной мере с провластной риторикой. Речь идёт и о крупнейшем коммерческом медиа-холдинге (телеканал и газета) Vijesti, который подробнейшим образом освещал (и освещает) деятельность оппозиции (включая пророссийскую), готовит острые критические материалы-расследования против коррупции во власти, однако не скатывается в пропаганду, не публикует заказных журналистских материалов и не транслирует античерногорские месседжи.

Есть в Черногории и другие локальные масс-медиа, однако они гораздо менее популярны и не могут соревноваться с основными.

Конечно, нельзя преуменьшать влияние на черногорцев сербских СМИ. Однако ведущие медиа страны-партнёра Североатлантического Альянса (да, это о Сербии) не спешили транслировать открыто антинатовскую пропаганду, да ещё и с прицелом на соседнюю страну.

Определённую роль в неуспешности кампании против вступления в Альянс Черногории сыграло и то обстоятельство, что основная «ударная сила» российских пропагандистов на Балканах, сербская версия мультимедийного агентства Sputnik, заработала только в 2015 году. И хотя Sputnik немедленно начал транслировать кремлёвские страшилки про НАТО с расчётом на черногорскую аудиторию, они уже не могли никого переубедить.

В том же 2015 году летом был назначен новый посол РФ в Черногории.

Практически сразу, с осени 2015-го, ситуация начала накаляться. Оппозиция стала постоянно выходить на акции протеста, которые один раз — в октябре — даже переросли в силовое противостояние с полицией. И хотя среди протестующих были представители разных политических сил, желающие сменить власть по разным причинам, в том числе из-за масштабной коррупции и отсутствия демократии, основной движущей силой был всё же антинатовский протест, понятно кем инициированный. Достаточно будет отметить тот факт, что марши и митинги оппозиции в черногорской столице проходили под сербскими и российскими флагами с лозунгами «Не в НАТО!», «Путин!», «Да здравствует Россия!».

В эфире хорватского телеканала HRT Мило Джуканович тогда открыто обвинил Россию и Сербию в том, что они играют активную роль в подготовке к свержению власти в Подгорице.

В декабре 2015 года Черногория, получив официальное приглашение от НАТО, начала переговорный процесс по вступлению в Альянс. А в октябре 2016-го, в день голосования на парламентских выборах, в Подгорице произошла попытка государственного переворота.

Вечером, после закрытия избирательных участков, оппозиция должна была собраться на митинг возле парламента. Мятежники в форме, которая была похожа на форму черногорских спецназовцев, должны были заранее проникнуть в здание и расстрелять участников акции. Другая группа путчистов планировала захватить премьера Мило Джукановича.

Так должна была произойти насильственная смена власти и, соответственно, смена внешнеполитического курса. Однако накануне дня Ч черногорские спецслужбы раскрыли и задержали заговорщиков. (Следует отметить, что одна из самых сложных задач, которые нужно было решить Черногории перед вступлением в НАТО, — выкорчевывание российских агентов из силовых структур. Очевидно, это ей удалось).

Руководителями путчистов оказались один бывший высокопоставленный сербский силовик и Александр «Саша» Синджелич, который до того успел «засветиться» вместе с «зелёными человечками» в Крыму и среди боевиков в ОРДЛО. Синджелич начал сотрудничать со следствием и давать показания. Выяснилось, что организаторами переворота были сотрудники российских спецслужб. Позже стало известно, что это были агенты ГРУ ГШ РФ, фигурировавшие под именами Эдуард Шишмаков и Владимир Попов.

(Показательно, что россияне, живущие в Черногории, узнав о новостях, продемонстрировали своё категорическое несогласие с происходящим. Около двухсот граждан РФ, в том числе хорошо известный в Украине политтехнолог Марат Гельман, который с 2014 года живёт в курортном городе Будва, подписали и разослали в СМИ письмо, в котором осудили попытку переворота и вмешательства в черногорские дела).

Сейчас суд по делу о госперевороте всё ещё продолжается. Как и продолжается активность пророссийской оппозиции, два лидера которой, Андрия Мандич та Милан Кнезевич, обвиняются в причастности к организации путча, а их соратник, Небойша Медоевич, проходит в качестве свидетеля. В последние дни оппозиционеры проводят массовые протесты, выдвигая целый массив обвинений, требуя отставки власти и проведения досрочных выборов. Формально поводы для протестов не связаны с НАТО, делом о перевороте или отношениями с Россией. Однако будет наивным полагать, что РФ не имеет отношения к происходящему: Мандич и Кнезевич — постоянные посетители высоких кабинетов в Москве. Россия, очевидно, всё ещё надеется вернуть времена, когда Черногория была лояльной и «братской», а не прозападной и «натовской».

Впрочем, у черногорцев есть все шансы пережить и это испытание, поскольку они уже нашли рецепт победы в гибридной войне.

Набор необходимых действий, составленный и уже испробованный Черногорией, прост и очень краток:
– жёсткий, бескомпромиссный, неизменный и единый евроатлантический курс всей государственной власти;
– трезвый, прагматический подход к истории и будущему своей страны как у правящей элиты, так и у значительной части рядовых граждан;
– способность к стратегическому мышлению у большого числа граждан, которые готовы терпеть временные трудности ради достижения поставленной цели (санкции ради вступления в ЕС и НАТО);
– отсутствие зарубежных (российских) агентов в силовых структурах;
– честные СМИ, придерживающиеся государственнических позиций. Отсутствие среди популярных и авторитетных медиа нелояльных к стране и работающих против её национальных интересов;
– лояльность к стране проживания большинства населения, в том числе даже с паспортами других государств (например, РФ).

Черногории удалось все эти пункты претворить в жизнь. Вот только повторить этот путь в другом месте и в иных обстоятельствах невероятно сложно.

''отсканируй
и помоги редакции