Перейти к основному содержанию

Кому нужно 9 мая?

Пропаганда шепчет
Источник

В мире есть три категории людей. Первая вспоминает жертв Второй мировой без фальшивой радости. Вторая обливается алкоголем и радостно вопит «Можем повторить». Третьей все равно, и за нее ведет борьбу российская пропаганда – при этом забывая, о чем на самом деле шла речь после 1945 года. Об этом сегодня – после того, как стих последний залп праздничного салюта, съеден последний кусок шашлыка, а о ветеранах вновь благополучно забыли до следующего года – мы и поговорим.

Финансовая мощь

Давайте не будем показательно хвалить 8 мая – я лишь вынужден констатировать, что его сосед по календарю давно превратился в фестиваль сплошного лицемерия. Процесс шел не один год, и важнейшую роль в «идейном» обновлении Дня победы сыграли две вещи: деньги и политика. После 1991 года Кремль отчаянно нуждался в объединяющем факторе для постсоветского пространства – вот только не мог его отыскать.

Энергетическое сотрудничество закончилось привычным шантажом с помощью вентиля. Военное партнерство – показательным нежеланием делить тот же Черноморский флот. Политическое сближение любого политика из молодых постсоветских стран заканчивалось либо покорным выполнением барской прихоти, либо ничем. Дружба не бывает односторонней, так что особой дружбы здесь и не было.

Чем ты надавишь на осколки СССР? Ничем. Россия не отличается сильной экономикой, дипломатией и даже способностью вести дела без давления. Так сформировался настоящий кризис идей. Гоняясь за внешнеполитическими ориентирами, Кремль безнадежно проиграл на фронте внутреннем: там, где было важно учитывать социалку, демографию и даже перспективы на более-менее слитную смену поколений.

По этой причине, раз с амбициями прощаться не хотелось, Россия была вынуждена обратиться к сказочным повествованиям. И наняла своих Вильгельмов Гауфов. Худо-бедно, но очень настойчиво слепила изо «дня, когда деда наконец-то вспомнили раз в году» не обычную цифру в календаре – а настоящий карго-культ. И чтобы эта затея хоть как-то работала, ее завалили деньгами.

Кремль усилил свою цель в медиа, поддержал государственными рычагами – так, в конце концов, и вдолбил нужные понятия в головы сограждан. Это странный подход, не очень-то современный. Обычно так поступает не государство, а шестиклассник, покупающий себе лайки в Instagram. Ведь в то же самое время цивилизованный мир вообще не тратит средства на раскрутку 8 мая. Зачем? Это глупо.

И, тем не менее, в этот день многие страны делают то, что и должны. Вспоминают павших. Радуются, что подобная участь миновала все последующие поколения. Западная идея живет без денег, потому что она вполне логична. А вот уберите кэш от бренда «9 мая» – сами увидите, как без внешней поддержки испустит дух неискреннее, фальшивое и раздутое явление.

Задайте себе вопрос: зачем же Кремль регулярно вкладывает космические суммы во вполне устоявшуюся традицию? Знаете, во сколько обошелся московский парад в 2017 году? Полмиллиарда рублей. Из них полсотни ушло на подготовку Красной площади к мероприятию. Дальше аппетит лишь разгулялся. В 2020 году траты почти достигли миллиарда «деревянных».

Перед нами картинка, якобы объединяющая людей. Не можешь победить или заинтересовать выгодой – возглавь по выдуманному поводу. Так Россия, давно утратившая все собственноручно созданные традиции, принялась разгонять искусственное явление. С помпой, щедрыми вкладами и освещением, как обычно. Годы идут, ветеранов все меньше – и только финансирование карго-культа растет с завидной стабильностью.

Потому в России обанкротится еще не один «Метрострой», а миллионы граждан будут жить в сплошной нищете. Чтобы куда-то вложить деньги, их надо вытащить из другой статьи расходов. И в самом деле, не за свой же счет тешить эго Путина регулярными парадами.

Вопрос пропаганды

Раз карго-культ чуть прижился, им можно (и нужно) пользоваться. Россия использует 9 мая во многих направлениях, и основным здесь остается внешнеполитический интерес. Ее гражданам это ничего хорошего не сулит – но ведь о них в Кремле и в другие поры года не шибко заботятся. Зато переживают, сработает ли внутренняя фишка на внешнюю аудиторию. Ведь с точки зрения внешней политики, здесь открываются сразу два инструмента.

Во-первых, максимально лояльных иностранных политиков можно созвать на парад, после чего от души сфотографировать и носиться со снимками еще год. В аккурат до следующего повода. Ты одновременно показал миру, кто пользуется уважением в Москве – и заодно усилил картинку для внутреннего рынка. К тому же, если надо наказать руководство очередной банановой республики, ты его попросту не приглашаешь.

А европейцами – вообще жонглируешь. Пока Кремль искренне любил итальянца Маттео Сальвини, его разве что на иконах не рисовали. Вот только на парад так и не доехал этот любитель сепаратизма. И не зря, ведь сейчас упор делается на президента Франции – потому россияне долго форсировали тему его приглашения. По сути, 9 мая прикрывает огромную дыру в традициях и менталитете современной России. Если убрать эту дату, под каким предлогом позвать хоть кого-то серьезного? На день рождения Пригожина политики уровня Макрона, уверен, все же не приедут.

В общем, не так важны дед и сто побед, как шанс покрасоваться перед нужным тебе правителем, представ в исключительно светлом облике. Именно в «светлом», я сказал. Ведь во-вторых, это отменный шанс покачать другие страны на предмет внутренних конфликтов, самим в это время паря над схваткой с телевизионной камерой. Например, устроить в Украине пробежку «Бессмертного полка», дождаться – или самим устроить – мордобой, а затем громко возмущаться, копируя тон европейской толерантности.

Так включается более агрессивная сторона майских событий. Обобщение противника и замалчивание собственных залетов – все как Соловьев любит. И вот вам свежий пример. На днях в Украине нетрадиционный массаж пинками пережил стрингер российского ресурса Ruptly. Это происшествие сразу же вызвало реакцию российского союза журналистов. Момент очень характерный, сейчас объясню.

Вы только посмотрите: насколько же оперативно ребята сориентировались, почти моментально. Всего полдня – и готово. Правда, быстрые Гонсалесы? На ходу подметки рвут.

Но так они успевают далеко не везде. Более того, совершенно игнорируют аналогичные происшествия в собственном государстве. Вот я отлично помню, как в 2010 году в России избили журналиста Олега Кашина. Сотрудник «Коммерсанта» освещал ряд острополитических тем, в том числе и президентские шаги Дмитрия Медведева. Еще помню, что в результате парень впал в кому. А вот чего точно не припоминаю – так это реакции местного союза журналистов. До сих пор нет. 11 лет прошло, пора бы уже.

В прошлом году снова «Коммерсант» пострадал – на этот раз отмутузили его фотокорреспондента. Анатолию Жданову не повезло: он просто снимал обменные пункты и «доснимался». Вышли неизвестные и на языке жестов объяснились. А что союз журналистов? Молчит. К слову, примерно тогда же в Москве блогера в больницу отправили путем массажа черепной коробки. Егор Жуков, оппозиционер.

Читайте также:

Не то, чтобы я лез в чужие дела, просто до сих пор не слышу возмущенных криков от союза журналистов. Наверное, слова подбирают. Или мои слова еще раз подтверждаются: подобные структуры содержатся на коротком поводке исключительно для того, чтобы апеллировать к толерантности населения соседних стран. Тех, которым под видом «дедовского» праздника всучили очередную провокацию и затем нагло этим воспользовались.

В общем, так это все и работает. Противника важно обобщить до уровня «Там все такие». Гиперболизировать любое происшествие, раздувать его всеми доступными способами, при этом не замечая бревно в собственном глазу. Ни разу не обратить внимания на то, что у самого под носом точно такое же происходит все 365 дней в году. Ну да, ну да. Куда там – ведь это не связано с 9 мая, так кому оно вообще надо.

Просто Кашин и другие представители прессы – не мясные снаряды, которые взрываются ради оживления карго-культа. Потому эту «память» Кремль не шибко оплачивает. А нет денег – нет и места в эфире. Теперь небольшой вопрос. Скажите, ради 8 мая кто-то шел на подобные меры? Я что-то не видал такого трэша. Но буду искренне рад, если кто-то меня порадует аргументами.

Джонни, я не чувствую своих денег!

Макрона и вождей братских племен просто так на шашлыки не вытащишь – их надо звать на пышные парады с представительскими расходами по цене внешнего долга африканских стран. И эти деньги откуда-то берутся. Точнее, у кого-то. Та же средняя российская пенсия в 2021 году составила 15 тысяч рублей. Честно, я сомневаюсь в правдивости этих данных. Но даже если информация не рисовалась в свете грядущих выборов – эти пенсии ждет проверка инфляцией.

Вот вам категория, в которой до сих пор попадаются чудом выжившие ветераны. 15 тысяч рублей. Ладно, плюс доплаты. Но все это против целого миллиарда – вот так Кремль и оценивает людей, подвиг которых вешает на уши что своим гражданам, что их соседям. Парады будут проходить каждый год. Стоимость их окажется все выше и выше. Дальше как в анекдоте: папа не станет меньше пить, просто ты будешь меньше есть. 

Ведь в мире, где бал правит недорогая нефть и санкции, особых шансов взять средства из-за границы не выпадет. Потому Кремль доил, доит и будет доить своих сограждан. И взамен подарит им еще один выпуск праздничного мифа, который «порохом пропах». Не то, чтобы я диктовал Путину, как ему лучше издеваться над жителями РФ... Но празднование Дня Победы таких ужасающих мер все же не требует.

Можно ведь обойтись меньшими расходами. Тихо, мирно, искренне, и бюджету легче. Иначе получится современная гуманитарная катастрофа со звездой на обложке.

– Джонни, я не чувствую своих денег!

– У тебя их нет. Пошли на парад.

Знаете, я не в силах убедить вас, потому даже не попытаюсь это сделать. Лишь объясню свою позицию. Видите ли, здесь дело не в цифрах, и не в «правильности» выбора. Скорее, в ваших моральных ценностях и принципах, которые и определяют отношение ко Второй мировой в целом. Лично для меня это одна братская могила на миллионы человек – как невинных, так и отъявленных военных преступников со всех сторон конфликта.

Уверен, вы в своей жизни видели хотя бы одни похороны. И почему-то полагаю, что там не устраивали бедлам с воплями «Можем повторить!». Никто не предлагал скорбящим родственникам заняться дегустацией дешевого пойла из масс-маркета, заливая могилу пеной. Более того, если бы кто-то решился – комплиментов не дождался бы точно. Точно так все обстоит и здесь.

Лично я, изучая события Второй мировой, не могу радоваться финальным результатам, равно как и самому событию. Погибли люди, и немало. Были сожжены целые города. Что с гуманистической, что с политической, что с экономической точки зрения победила лишь война: она действительно нанесла огромный ущерб. Что тут праздновать? То, что все уже кончилось? Не могу. Ведь оно не кончилось.

Упиваясь эйфорией, затем СССР пошел еще дальше, экспортируя войну во все регионы подряд. Ввязался в гонку вооружений, провоцировал цивилизованный мир Карибским кризисом и прочими проделками пещерного человека. Пока Европа пыталась вернуться к обычной жизни, советские военные продолжали «помогать» другим странам. Да, европейцы тоже воюют за границей, и проводят масштабные операции. Но они не вяжут все это в мифологию, построенную на одной-единственной дате.

Понимаю, вы можете приписать мне неуважение к ветеранам. Что же, это ваше право. Но задумайтесь: каким словом, в таком случае, назвать политику Кремля по отношению к людям, прошедшим войну. Многие из них умерли забытыми. Кого-то забрали в лагеря, чтобы добить после плена. Кому-то подложила свинью собственная медицина, «лучшая в мире». Кто-то просто отдал Богу душу, доживая в нищете и без малейшего внимания со стороны властей.

Все это время их власть романтизировала ужасы войны, параллельно навязывая конфликты как решение проблем. На широкую ногу и как можно большему количеству стран. Скорбь превратилась в глобальный праздник, а затем стала обложкой для проделок высшего руководства России. Так что, если кто-то и не уважает ветеранов, то лишь Кремль. Вместе со всеми поколениями его обитателей за последние полсотни лет.

Никогда не видел, чтобы людей настолько мастерски брали в заложники. Тем более, стариков, которым вообще-то нужна настоящая помощь. Но они получат лишь дорогостоящий парад и три гвоздички в день, давно уже пропитанный не порохом и радостью победы, а лицемерием и пропагандой.

Вместо постскриптума хочется напомнить Кремлю слова Виктора Астафьева: «Преступно романтизировать войну, делать ее героической и привлекательной. Тот, кто врет о войне прошлой, приближает будущую».

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.