Перейти к основному содержанию

Будущее прокси-войны. Инструменты Пекина

Африка радуется, а вот зря

Современный Китай давно располагает целым арсеналом инструментов для любого вмешательства в дела других стран. Ему доступны как прямые, так и косвенные пути влияния на ход событий далеко за рубежом. Например, на правах постоянного члена Совбеза ООН Пекин действительно способен на многое.

Если Поднебесная просто пожелает — её военным вполне по силам врываться в интересующий правительство внутренний конфликт. Цели можно добиться разными способами. Поддерживая резолюцию ООН, разрешающую вмешательство. Либо напрямую отказавшись её ветировать — то же самое, только без ответственности.

В конце концов, никто не мешает китайским дипломатам поступать наоборот. Пойти по пути наибольшего сопротивления и наотрез заблокировать такую резолюцию, если того вдруг потребует намеченная цель.

Кроме того, Пекин способен влиять на ход гражданской войны за счёт продажи оружия и помощи в наращивании потенциала. Китай уже давно предоставляет государствам-партнёрам свои передовые разработки. Причём не скупится даже на технологии по распознаванию лиц, созданные на основе искусственного интеллекта.

А заодно направляет военных инструкторов туда, куда только можно — сейчас их услуги востребованы во многих африканских странах. В сумме с поставками получается действительно мощный инструмент. К примеру, с 2014 по 2018 год именно Китай был пятым по величине экспортёром оружия в мире — он занял место сразу после США, России, Франции и Германии.

Местные производители, как правило, продают стрелковое оружие, а также недорогие виды лёгкого вооружения. В основном, эти закупки достаются развивающимся странам — а спрос не спадает по вполне понятным причинам. Тенденция не теряла своей актуальности годами — и вот, уже к 2010-му КНР стала поставщиком оружия №1 для некоторых стран. В особенности влияние Пекина возросло на африканские государства, расположенные южнее Сахары.

"

К тому же есть одно существенное отличие от западной манеры вести дела. В этом случае любые данные об экспорте китайского оружия считаются государственной тайной. Что способствует скрытым поставкам в зоны зарубежных конфликтов. А ведь китайское лёгкое вооружение стало причиной многочисленных гражданских войн в той же Африке. Ещё Пекин пытался помешать ООН детально изучить эти поставки оружия и расследовать их появление в очаге конфликта.

Китай располагает мощными экономическими и политическими инструментами, которые способны повлиять на ход любой гражданской войны за рубежом. Например, он может предоставить инвестиции для усиления государственного потенциала и строительства стратегической инфраструктуры. Или же позволить правительству в полной боевой готовности использовать помощь для подавления восстания.

Более того, Китай умеет использовать зарубежные политические инструменты. Здесь вам и поощрение подставных организаций, пропагандирующих в нужную Пекину сторону. А ещё наказание недружелюбной интеллигенции, если понадобится. И, конечно же, подкуп политиков.

Но есть ещё один инструмент, который КНР готова использовать для вмешательства — главный аргумент в наше время. Это не что иное, как миротворцы ООН. Ведь когда-то Поднебесная избегала подобных шагов, однако времена всё же меняются.

До 1980-х китайцы открыто осуждали поддержание мира как форму вмешательства. Тогда они чаще всего воздерживались при голосовании по соответствующим резолюциям ООН. Но уже после окончания холодной войны Пекин сменил точку зрения, ухватившись за настолько удобные рычаги.

И сразу же начал воспринимать миротворчество как средство укрепления собственного имиджа как «ответственной державы». А заодно — шанс на получение огромного опыта в военных конфликтах. В 2008 году в китайских официальных документах уже подчёркивалась важность отдельных видов военных операций.

Например, поддержание мира. Оказание необходимой помощи при стихийных бедствиях. Целые кампании по борьбе с пиратством и, конечно же, сильная сторона Пекина — развитие инфраструктуры. Так со временем китайские миротворческие инициативы лишь набирали силу. Из года в год они становились всё более амбициозными и масштабными, заставляя забыть о былых временах.

С 2010 года ситуация закрепилась и стабилизировалась. С тех пор во внешних кампаниях КНР задействованы более 15 тысяч военнослужащих. Они работают в более чем десятке различных миссий — и состав этих контингентов уже стал куда агрессивнее. Соответствуя требованиям правительства, из небоевых войск (таких как инженеры, полиция и медицинский персонал) он окончательно трансформировался в боевые силы.

Знаете, каков удельный вес Китая в подобных кампаниях? К 2020 году он стал десятым по масштабности участником миротворческих миссий.

 

Читайте также другие статьи из этой серии:

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.