Перейти к основному содержанию

Ихтамнеты: начало. Жизнь после референдума

Украина выводы сделала (надеемся)

Вскоре после референдума состоялся областной съезд делегатов четырёх северных уездов Черниговской губернии. В середине июля 1918 года он решительно отверг притязания Скоропадского присоединить эти территории к Украине.

В своём решении съезд заявил:

«Ввиду того, что трудовой народ видит в присоединении к Украине полную гибель всех социальных завоеваний рабоче-крестьянской революции, видит мёртвую петлю, которая наглухо и, может быть, надолго затянет и удавит трудовой народ, мы считаем, что только присоединением к Российской Советской Федеративной Социалистической Республике мы можем спасти и удержать за собой всё то целое и великое завоевание трудового народа, которое добыто путем великих жертв и пролитой крови, которое только одно может обеспечить залог счастья и святой жизни и в будущем привести к торжеству Интернационала и полного социализма, а потому мы, областной съезд Советов, всецело высказываемся за присоединение в политическом и территориальном отношении 4 северных уездов Черниговской губернии — Стародубского, Мглинского, Суражского и Новозыбковского к Великороссии, где существует политическая власть, власть трудового народа».

Решение съезда заканчивается словами: «Да здравствует присоединение четырёх северных уездов Черниговской губернии к Великороссии». На фоне опыта последних лет — как, вам ничего не напоминает?

Но данные воспоминания прямо противоречат донесениям в Киев того времени, которые также использовались главой Украинской делегации Шелухиным в качестве доказательства нелегитимности данного плебисцита.

[…] Доклад губернского старосты (город Чернигов) от 21 июня 1918 года.

В Мглинском уезде царят большевистские банды, которые скопились в районе ст[анции] Унеча — Жудилово — Почеп, численность их достигает тысячи человек, причем они ещё пользуются помощью из Брянска Орловской губернии. В г[ороде] Мглине имеют пребывание двести — двести пятьдесят большевиков, которые занимаются грабежами и производят разные насильственные действия. По имеющимся сведениям во Мглинский уезд советской властью послано сорок агитаторов, задача коих заключается в подстрекательстве населения против украинской власти. Кроме сего, туда же командирована комиссия из Москвы, которая проводит анкету среди населения о том, кто желает присоединиться к Москве и кто желает подчиниться украинским властям. Над теми лицами, которые желают быть во власти украинского правительства, чинятся насилия и уже сто пятьдесят человек арестовано при местной тюрьме. При таком положении угроз со стороны большевиков многие подали свои голоса за соединение с Москвой.

Об этой анкете во время переговоров с Раковским вспоминал Шелухин:

[…] Телеграммы доносят о том, что творится на местах. Мы знаем, что анкета была сделана в Черниговской губернии под пулемётами ваших красногвардейцев. Это не свобода, а наоборот. Про какую свободу можно говорить, когда такие пулемётные условия […]

Полагаю, даже не зная историю, вы можете догадаться о логике происходящего. Стараясь увлечь за собой соперников, РСФСР нагло затягивала время: наотрез отказывалась проводить демаркацию границ. Подогревало эти настроения и коммунистическая пресса в Украине. Вот ещё один пример.

[…] Мы будем равняться на Советскую Россию! Никакого политического сепаратизма, никаких приграничных линий украинские рабочие признавать не будут! […]

Конечно, с такими бравадами и мозг откажет. Того и добивались.

Сидя на двух стульях, российская сторона всячески отрицала своё участие во всё ещё продолжающихся боевых действиях в нейтральной зоне на Северщине. Более того, в своих речах упорно доказывала, что виноваты здесь не красноармейцы, а… украинские повстанцы. Чуркину понравилось бы.

''

''

Не обошлось без курьёзов. Неоднократно во время боевых столкновений так называемые «повстанцы» попадались в плен. Вот как описывается один из многочисленных случаев:

«Взятые пленные называли себя повстанцами из Украины. Участники нападения на Каменную Слободу. В нейтральной полосе находится несколько тысяч вооружённых. Главные силы — в с. Андрейковичи, имеют приготовленную позицию и артиллерию. Командование и снабжения находятся на ст. Унеча по Советской стороне. Значит, Раковский в Киеве пускал пыль в глаза»

После всех этих событий большевики не скрывали и того, что поставляли на нейтральную полосу людей из Великороссии. А вместе с ними, чтобы дважды не бегать — боеприпасы и оружие.

[…] Помню, что на одном из таких заседаний Соколовской было оглашено письмо, полученное ею из Москвы, с которой она держала связь и куда уже успела сообщить о том, что на Черниговщине имеется подпольная организация. В этом письме говорилось, что к нам из Москвы посылается военный организатор Крапивянский, которому даны были определённые полномочия по организации боевых единиц. Посылался он украинской повстанческой «Девяткой». Когда Крапивянский приехал в Нежин, у нас существовала уже подпольная организация. Лично я находился на нелегальном положении, так как знал, что меня собираются арестовать. Крапивянский родом происходил из Володьковой-Девицы. Был он военный, бывший подполковник империалистической войны, член КП(б)У.

Особую цель в действиях так называемых «повстанцев» занимала и борьба с лояльным к киевской власти населением. Людьми, которые обеспечили поддержку обороняющимся украинским войскам, как с боевой, так и с финансовой стороны.

Видя, какие потери несёт армия УНР от действий большевиков на примере жителей Стародуба, помогали многие. И враг чётко показал свои приоритеты. Расправы со стороны большевиков были довольно жестоки:

[…] Часть наших парней расползлась по селу ловить кулаков, а часть мотнула в лес с той же целью. Один из кулаков, по фамилии Попович, оказал сопротивление. Проклятый кулак сам и вся его семья — два сына, жена и дочь — вооружены были до зубов. По нас сразу же застрочили из пулемётов. Мы подожгли хату. Немного выждав, они выскочили и бросились бежать, мы вдогонку... Там всех и перестреляли. В тот же день к нам в лес привезли кулаков шпионов. Они были расстреляны вместе с Павлушкой, членом Совета хлеборобов, который выдавал наших партизан […]

Всё это спонсировалось из Москвы. Только к концу мая 1918 года Великороссия направила в Украину 22 млн рублей, оружие и боеприпасы. А в июле того же года на призыв Ленина помочь Украине, которая якобы «воевала с оккупантами», большевики отозвались довольно сильно — добавили более 2 млн рублей.

С учётом того, как население жило в те времена и продолжало выживать до конца ХХ века… Инвестиции масштабные, согласитесь.

Огромную помощь поставляли из Брянска и Курска — в виде боеприпасов и обмундирования. Пулемёты поставляли из Брянска, в то время как винтовки и патроны — чаще из Смоленска.

А уже в ноябре 1918 года командованию Резервной армии Орловского военного округа были подчинены 1-я и 2-я Повстанческие дивизии, сформированные в нейтральной зоне. В то же время были разработаны планы наступления в сторону Украины.

И 30 ноября эти соединения вошли в состав Украинской советской армии (командующий В.А.Антонов-Овсеенко), штаб которой располагался в Орле. Как и в Орле же 9 декабря был создан Черниговский военный комиссариат, так и другие органы местной власти, на территории которой они на тот момент ещё не находились.

Подготовка завершилась, и головорезы пошли «помогать». 12 декабря части украинской советской армии начали наступление на территории УНР. Ими были заняты Клинцы, Новозыбков, Новгород-Северский, Глухов, Шостка, Волчанск, Купянск и Белгород. Но признать свою ответственность было бы слишком не по-русски.

Потому, топя в крови огромные территории, большевики продолжали прикидываться мебелью на дипломатическом уровне. И на начатых после этого переговорах Директории УНР и РСФСР последние заявили: никаких российских войск в Украине нет. Более того, предложили объединить Директорию с украинским советским правительством.

И вот, прошли годы, а вы дочитали мой текст. Так что, нынешние идеи Путина насчёт гибридной войны — авторская концепция? Правда?

Ранее:

У самурая нет цели, есть только путь. Мы боремся за объективную информацию.
Поддержите? Кнопки под статьей.